"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 316

Избавляться от столь высокопоставленных особ Джону еще не приходилось, тем не менее задача не казалась слишком сложной – школа у него хорошая, а намеченные в жертвы объекты являлись закоренелыми романтиками, пренебрежительно относящимися к собственной безопасности. Не в силу недалекого ума или отчаянной бесшабашности, а единственно по причине своеобразного восприятия мира. Логика у таких людей заключается в том, что если они сами не способны на вероломство по отношению к врагу, то считают, что и враг будет играть по тем же правилам. А это очень большая ошибка. Игра действительно ведется по правилам, но эти правила, по сути, сводятся к одному-единственному постулату: если ты становишься врагом Фрадштадта, то ты должен умереть.

Чем руководствовались эти молодые талантливые люди, становясь поперек дороги у самого могущественного королевства мира? Да ничем. Они и не помышляли наносить вред Островам, заботясь лишь о благосостоянии своей страны. Беда в том, что этим самым они одновременно наносили вред Фрадштадту, так что судьба их была предопределена в тот самый момент, когда они ступили на путь укрепления таридийской армии и флота.

Особенно это касается флота. Можно даже с уверенностью утверждать, что точка невозврата преодолевается именно в момент принятия решения о строительстве собственного военного флота. Полковник Гринвуд сообщил Олстону добытые разведкой сведения о закупке у Криола двух линейных, пяти бомбардирских кораблей и трех фрегатов, а также о подходящей к завершению работе по переделке восьми непрофильных судов в бомбардирские на верфях в Южноморске. Была еще неподтвержденная информация о строительстве закрытого дока и закладке нескольких военных кораблей на стапелях верфи в Мерзлой Гавани. Для серьезной конкуренции с Островами объемы смехотворные, но чересчур резвый старт. Если так пойдет и дальше, то лет через восемь-десять у Короны могут возникнуть проблемы на море. А большая доля в создающемся флоте бомбардирских кораблей наводит на серьезные размышления о правдивости слухов о наличии новых орудий. Иначе с чего бы такой упор на плавучие батареи?

А тут еще расследование исчезновения нескольких мастеров-зеркальщиков вместе с семьями вроде бы стало указывать на таридийский след в этом деле, так что претензий к северному соседу у Короны накопилось уже порядочно. В общем, таридийские господа приговор подписали себе сами. И капитан Олстон без всяких сожалений приведет его в исполнение. Тем более что эта миссия должна стать для него «золотой» – лорд Вулбридж обещал за нее солидное денежное вознаграждение, достаточное для покупки собственного поместья на морском побережье, а также повышение в звании и возможность перехода из полевых агентов на штабную службу. Более чем весомый аргумент.

На этот раз капитан решил не рисковать и высадился на берег в безлюдном месте километрах в двадцати восточнее Южноморска. Фрегат сразу ушел в море, чтобы не маячить в пределах видимости с суши. Он будет каждый день с наступлением сумерек возвращаться и высматривать сигнал к эвакуации.

Со следующим пунктом плана вышла небольшая проблема. «Надежный человек», оказавшийся местным контрабандистом Иваном, встретил Джона крайне неприветливо. Деньги за содействие после недолгих размышлений всё-таки взял, но заявил, что впредь не сможет оказывать подобные услуги из-за слишком большого внимания, оказываемого нынче побережью пограничной стражей и Сыскным приказом. Олстон справедливо рассудил, что его эта ситуация не касается – важно, что ему окажут помощь, а дальше уже пусть другие агенты договариваются. Лично он рассчитывает больше никогда не ступать на таридийскую землю. По крайней мере, в качестве полевого агента.

Иван предоставил в распоряжение фрадштадтцев стоящий на отшибе и имеющий скрытые пути подхода лодочный сарай и показал кратчайший путь к усадьбе графа Измайлова и деревне Юзовке. Последняя была интересна тем, что являлась местом проживания повара Семена Левашова и его семьи.

Два дня Олстон с двумя помощниками-соплеменниками потратил на изучение местности, в то время как четверо наемников бездельничали в лодочном сарае. В боевую группу вошли сплошь уроженцы континента, в разное время и по разным причинам обосновавшиеся на фрадштадтских островах. Вроде бы даже среди них был таридиец, но капитану было на это наплевать – главное, чтобы дело свое знали. Наемникам был выдан небольшой аванс в силирийских кронах. Проявившим же недовольство наемникам по этому поводу объяснили, что ни один предмет в случае непредвиденных обстоятельств не должен указывать на принадлежность команды убийц к Островам. Потому и оружием их снабдили с заграничными клеймами.

На четвертый день в имение Измайлова пожаловали высокие гости. К тому времени повар уже был обработан и под страхом расправы над семьей вынужден был принять правила игры. В качестве же пряника повару пообещали заплатить пять тысяч рублей – с такими деньгами он мог спокойно увезти семью хоть на край света. Определенные сомнения насчет этого человека у Джона были, но тут уж приходилось доверять наработкам начальства. Спустя два-три часа после ужина жертв должен был убить яд. Но наемники этого не знали, они шли решать вопрос самостоятельно, вооруженные силирийским оружием и с силирийскими деньгами в карманах. Доберутся они до цели – хорошо, не доберутся – тоже не беда, дело будет сделано, а «силирийский след» надолго, если не навсегда, собьет с толку следователей.

У Олстона не было возможности удостовериться в применении яда, но дверь черного хода кухни его невольный подручный открыл, хотя и позже, чем ожидалось. С сопровождавшим его солдатом охраны наемники расправились быстро и аккуратно, повару же капитан лично вручил причитающуюся сумму и отправил домой. Правда, далеко ему уйти не удалось – на окраине леса его встретили помощники Джона и помогли исчезнуть с лица земли. Пусть Сыскной приказ поищет.

Наемники проникли внутрь усадьбы, а капитан Олстон с присоединившимися к нему помощниками остался на своем наблюдательном посту. Минут сорок всё было тихо, как и полагалось по плану. А вот потом всё переменилось: раздались крики, шум разбитого стекла, в окнах графского дома загорелся свет, по двору забегали солдаты охраны царевича.

– Уходим! – скомандовал Олстон.

– Но как мы узнаем результат? – спросил один из помощников по фамилии Милнер.

– Это моя забота, – отрезал капитан, – сейчас находиться в окрестностях станет опасно для кого бы то ни было.

Фрадштадтцы спустились на берег моря, в условленном месте развели костер, и спустя час всех участников акции, кроме Олстона, забрала шлюпка с «Коннора». Капитан же провел остатки этой ночи, прячась среди прибрежных скал. Велико же было его разочарование, когда утром в подзорную трубу он разглядел на беленой стене конюшни жирный знак «минус», нарисованный углем. Это означало, что миссия не достигла намеченного результата и всё придется начинать сначала. Жаль, Джон считал, что задумано было вполне надежно и изящно.

Однако что-то пошло не так. Возможно, повар повел-таки свою игру и не использовал яд, а бойцы не смогли пройти сквозь охрану. Детали были уже не так и важны. Олстон был раздосадован неудачей, но окончательно испортили ему настроение действия таридийцев, организовавших грамотное прочесывание окрестностей и обнаруживших тело несчастного повара. Еще один неприятный сюрприз.

Но и это были еще цветочки. Когда руководимые красномундирниками солдаты приступили к осмотру прибрежных скал, где разведчик устроил свой наблюдательный пункт, ему стало по-настоящему страшно. Впрочем, на этот раз обошлось: быстро наступившие сумерки спасли Джона от обнаружения. Так что этой ночью капитан Олстон испытал огромное облегчение, ступив наконец на палубу фрадштадтского фрегата.

Бросать начатое дело на полпути было не в его правилах, да и обещанная награда продолжала гнать вперед, поэтому он, пересев в море на первый встречный фрадштадтский торговый корабль, отправился-таки в Южноморск, где до поры до времени укрылся на территории торгового представительства.