"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 628

И внутри Хэлы что-то щёлкнуло. Она села на него и уставилась, как будто видела впервые. Внутри взметнулось пламя, зов теней стал невыносимым, понимание, знание, чутьё… Как она не видела этого раньше, почему? И почему сейчас увидела, потому что посмотрела иначе? И как же бесит, что невозможно этому научиться, что ж такое!

— Хэла, ты чего? — Рэтар положил ей руки на бёдра и нахмурился.

Хотелось плакать и смеяться. Намного сильнее, чем вчера разрывало этими эмоциональными качелями. Ей было так страшно всё это время и теперь…

— Всё хорошо, — улыбнулась она и обняв руками лицо поцеловала.

— Хэла, теперь ты меня пугаешь, — нахмурился феран, ещё сильнее цепляясь за неё.

— Так тебе и надо, — и ведьма снова его поцеловала.

— Хэла, так, подожди, — Рэтар ловким движением перевернулся и она оказалась под ним, конечно же теперь в полной беспомощности, ну разве что только можно шарахнуть его током, но божечки, конечно она этого никогда не сделает.

На глаза навернулись слёзы и Хэла почувствовала, как феран снова, как вчера и позавчера, впал в панику.

— Всё хорошо, боже, всё хорошо, — и может целовать его она и не может, но обнимать-то получается.

— Ведьма, чтоб тебе! — рыкнул Рэтар и огонь внутри него полыхнул едва контролируемой яростью.

— Я просто так сильно боялась за тебя, понимаешь? — прошептала Хэла. — Всё это время я борюсь с этой твоей головной болью и заговариваю, заговариваю её, я уже всё вокруг тебя заговорила, тебя заговариваю, а не получается, точнее получается, но совсем на чуть-чуть, а потом опять, как будто я не делала ничего. Я уже всего тебя вдоль и поперёк рассмотрела на болезни всякие, искала-искала… и я такая дура, такая дура, я не искала заговор, не искала. Я думала, ну у тебя же не может быть злого заговора чёрной ведьмы, ты же феран…

— Даже если и был, — Рэтар кивнул, — эйолы мне бы сказали…

— Ничего бы они тебе не сказали, этот бы не увидели. Как и маги. А я не искала. Прости меня.

Она улыбалась, а слёзы всё текли сами собой, счастливые, дурные такие, неприятно затекали в уши, мочили волосы.

— Хэла, — и ведьма видела, как Рэтара выворачивают её слёзы и не стала бы так его мучить, но вот выпирало из неё при нём вся эта женская слабость, что давила в себе обычно беспощадно.

— На тебе заговор ведьмы чёрной, я его вижу и я его изведу, понимаешь? — прошептала Хэла. — У тебя не будет больше болеть голова, Рэтар! Ну, точнее будет, но как у всех остальных людей, иногда, понимаешь, а не вот так, чтобы ты и дня без этого прожить не мог, так не будет.

Феран смотрел на неё удивлённо и совершенно непонимающе.

— Ты меня с ума сведёшь, ведьма, — проворчал обречённо и поцеловал.

Хэла обняла его за шею, её счастье было таким огромным, безбрежным, а главное она была полезной, была ему полезной…

— Не плачь, — шепнул Рэтар ей, продолжая целовать.

Поцелуй раздул пламя, как у них и было все эти дни — они сами кажется не понимали, как так получается.

Хотя Хэла понимала, потому что всё было новым, всё было таким долгожданным… прикосновения, поцелуи, даже взгляды и эта болезненная одышка, когда не хватает воздуха, когда словно пробежал стометровку из последних сил и быстрее всех. Рэтар оторвался от неё, чтобы снять рубаху.

— Тебе не кажется, что раздеваться в начале самого утра, чтобы снова одеться, очень странно? — спросила Хэла, пытаясь прийти в себя, потому что от этого мужчины у неё совершенно дурела голова, в ней можно было в такие моменты найти только самые пошлые из мыслей, причём порой ведьма сама себе удивлялась, когда какая-нибудь совершенно неприличная мыслишка начинала изводить её и доводила до грани, говоря: “ну, скажи ему, а вдруг он не против”?

И, о боги, что это порой было такое… но она не могла позволить себе такое ему озвучить, это чаще всего было слишком для этого мира.

— Мне кажется, что тебя не может остановить наличие или отсутствие одежды, Хэла, — проговорил в неё Рэтар.

— Мне в одежде даже комфортнее, — прохрипела она, а Рэтар задрал её юбки практически ей на голову и стал целовать те места, которые оголились.

Всё. Уух, ветер воет в пустоте черепной коробки. А, нет, только одна мысль. Жёсткая и страшно неприличная. А она может позволить себе такое озвучить? Но это было уже не важно, потому что самой захотелось избавиться от всего сдерживающего и не комфортно в одежде, нет! Потому что хотелось почувствовать, чтобы сгореть к чертям, которые снова плясали у неё в внутри, вместо пресловутых бабочек.

“Только не смей сбавлять темп, только… — молила Хэла, — ох, боже, если ты там где-то есть, пусть это не заканчивается, пожалуйста!”

Небо начало светлеть, когда они устроившись рядом с друг другом отчаянно пытались снова вспомнить каково это — просто дышать.

Хэла голая лежала на животе и смотрела на изменяющееся небо и пытаясь вернуть себе способность мыслить. Рэтар медленно гладил её спину. Потом нагнулся над ней и стал целовать линию позвоночника от поясницы, продвигаясь вверх. Этого она выдержать уже не смогла.

— Перестань, — рассмеялась ведьма, заёрзав. — Ты щекотный.

— Хочешь сбрею всё? — спросил феран внезапно.

— Не надо, — улыбнулась Хэла.

— Я собирался в это благословение Изара сделать это.

— В смысле? — она посмотрела на него с непониманием.

Рэтар рассмеялся:

— На благословение Изара мужчины сбривают бороды и иногда волосы. Это обряд обновления и благодарности, — пояснил он.

— Боги, каждый тир? — повела бровью ведьма.

— Не все, это не обязательно, — мотнул головой феран. — Но Тёрк вот каждый, а я уже давно этого не делал, тиров десять, но в этот раз надо.

— Почему? — спросила она.

— Потому что в этот раз мне есть за что благодарить, — нагнувшись он поцеловал её плечо, а Хэла спрятала лицо, потому что — ну, сколько уже можно доводить её?

Она хотела много-много чего сказать, но у неё не получалось, потому что всё это заваливало её с головой в нежность, умиление, какую-то невообразимую негу наслаждения каждой секундочкой того, что происходило.

— Надо вставать и делать дела, — слабая попытка выбраться из постели, хотя её желание говорило совсем об обратном.

— Ты не хочешь, — шепнул ей на ухо Рэтар.

— Не хочу, — отозвалась Хэла и закрыла глаза.

Он продолжил целовать ей спину.

— Я вот думаю про заговор ведьмы. То есть она на меня его наговорила, когда клеймо действовать перестало, — сказал феран. — Но почему не было его видно? Не только эйол меня смотрел, но и маги. Ты права… А голова у меня болеть стала после ранения.

— Я не знаю пока, но я постараюсь разобраться и тебе расскажу.

— Точно? — спросил феран снова оказавшись у её уха.

— Точно, — шепнула ведьма, окунаясь в счастье.

Внезапно внутри всё рванулось, тени дёрнули её и она вспомнила, что вчера почувствовала смерть. Напряглась.

— Хэла? — повернув голову, ведьма встретилась с его полным тревоги взглядом.

— Вчера кто-то умер, — проговорила она, пугаясь этого осознания.

— Хэла, — лицо ферана стало напряжённым.

— Ты поэтому ушёл? — она привстала на локтях, всматриваясь в него. — Рэтар, кто?

И мужчина стал хищником в ожидании нападения. Клыкастым, жестоким, опасным, лютым.

— Шера, — проговорил он с трудом.

— Как? — спросила Хэла, ошарашенная этой вестью.

С чего вдруг молодой и сильной, здоровой девице умирать? Да она могла сама кого хочешь извести и даже не заметить.

— Её убили, — тихо ответил феран и сел, потом спустил ноги с постели, встал и стал одеваться.

Рэтар был зол. Хэла видела, как внутри него бушует пожар, видела как огонь едва умещается внутри его тела, а он отчаянно пытается держаться, чтобы не сказать лишнего, чтобы не сделать чего-то о чём пожалеет потом.

— Ты знаешь кто?

— Я не уверен, — она видела, что феран солгал. — Я не могу доказать. И Хэла, никто не должен знать, что она убита, что умерла.

— В смысле, ты хочешь это скрыть? — и ведьма нахмурилась не понимая его мотивов.