Моя Твоя дочь (СИ) - Тафи Аля - Страница 16

— Что она меня обманула? — с горечью закончил за нее Андрей.

— Да, — еле слышно прошептала мать. — Он сказал, что ребенок не твой. А значит нам не нужен.

— И ты ему поверила? — Андрей наконец поднял глаза, и в них был огонь боли.

— Ты же тоже поверил, Андрей. — тихо сказала мама. — Я узнала обо всем в прошлом году. Когда Юля ушла от тебя. Костя с твоим отцом тогда сильно повздорили и в общем Костя тогда и крикнул, что лучше бы ты своего ребёнка воспитывал. И что все было зря…

— Инсульт? — осенило Андрея.

— Да. Для меня это было потрясением. — мама снова всхлипнула. — Я захотела с ней увидеться, Андрей, но твой отец… он запретил мне. Он сказал, что это разрушит нашу семью, что это позор… — Позор? — Андрей вскочил со стула. — Позор — это то, что вы сделали! Вы лишили меня возможности быть отцом, вы лишили Еву дедушки и бабушки! Вы… Он замолчал, не в силах сдержать болезненного всхлипа. Его сердце сжалось от боли. — Я хочу чтобы ты знала правду. Ева больна, мама, — тихо сказал он. — Мы с Машей боремся за её жизнь. Маша ждёт ребёнка. Мы надеемся, что костный мозг малыша подойдёт Еве.

Лицо матери побледнело, губы задрожали. — Как? — прошептала она. — Но… но как же…? — она тихо расплакалась, уткнувшись в свои ладони. Наконец тихие всхлипы прекратились и мама сказала: — Я хочу ее увидеть. Я хочу увидеть свою внучку, Андрей.

Андрей кивнул. Он понимал, что это будет непросто, но он был готов дать своей матери шанс. Ведь дала же Маша ему шанс. Ева заслуживает быть любимой.

Глава 22

Андрей

Шестой месяц беременности Маши протекал спокойно.

Они ждали девочку, Надежду. Андрей с любовью обустраивал детскую, выбирая самые нежные оттенки для стен и занимался выбором мебели. Он словно пытался наверстать то, что упустил с Евой.

У Евы тоже была теперь своя комната. Светлая, нежно розовая, такая прям зефирно девчачья. Он накупил ей столько игрушек, что Маша ругалась, что скоро они будут жить как в магазине.

Но это же такие мелочи!

Ева радовалась предстоящему рождению малышки, с воодушевлением выбирая имя для сестренки. В ней проснулся давно забытый огонек жизни, и Маша с Андреем тайно надеялись, что появление малыша станет для Евы тем самым чудом, которое поможет ей окончательно победить болезнь. И не только благодаря костному мозгу.

Близится Новый год. Время, когда люди верят в чудеса. Время сказки и добра… Но у судьбы свои планы. Внезапно Еве стало хуже. Резко, пугающе, словно кто-то выдернул тумблер, отвечающий за ее силы. Бледность, прежде казавшаяся остаточным явлением болезни, стала болезненной, восковой. Аппетит пропал, глаза, недавно сиявшие радостью, потускнели, наполнившись усталостью и болью.

Просто в один день Ева легла и больше не вставала. Врачи разводили руками, увеличивая дозировки лекарств, но без особого результата.

Маша с Андреем метались между больницей и домом, пытаясь быть сильными, не показывать своего страха и отчаяния перед Евой.

Маленькая девочка с серьёзными, не по детски мудрым глазами лишь грустно улыбалась им, разрывая их сердца в клочья.

— Что делать? Что?? — Андрей с безумным глазами метался по кабинету врача. — Доктор!

Но доктор лишь устало вздыхал, пряча глаза.

Что можно сделать? Все что могли и наверное даже больше, они делают.

— На все воля божья. — наконец выдохнул врач. — Будем верить до последнего.

А как верить, когда смотришь в такие родные, любимые глаза и видишь как в них постепенно гаснет жизнь?

Это не выносимо…

Андрей готов был рвать, зубами грызть землю, потратить все деньги, лишь бы помочь Еве.

Им совсем чуть- чуть не хватало времени. Маша чувствовала, как шевеление ребенка внутри нее становится все более отчетливым, все более настойчивым. Новая жизнь боролась за свое право появиться на свет, а Ева, словно уступая ей место, угасала с каждым днем.

И они ничего не могли сделать.

Маша

Легко сказать- Верь…

А как? Скажите, как верить? Верить, когда смотришь в глаза, в которых с каждым днем, с каждой минутой гаснет огонек жизни.

Как верить, когда единственное что говорит врач это безнадежное- «Крепитесь!»…

Маша отчаянно хотела верить… Нет, не так. Она очень хотела — Верить!

Но не получалось…

— МаМася, ты патесь? — слабые пальчики пробежались по мокрым щекам. — Не пать! Я ф тобой!

Маша улыбнулась, сдерживая очередной отчаянный всхлип.

— И я с тобой солнышко…

— Мы, скази… Мы ф тобой. Ты и Надя.

— Ты права, мы с тобой! Все мы… Я, папа, Надя…

— И баба! — Ева чуть улыбнулась. — Баба тозе.

— И баба. — Маша нежно погладила малышку. — Мы очень сильно любим тебя, Ева.

— И я лублу. Синя-синя.

Ева задремала, а Маша так и лежала рядом с ней, не в силах отпустить её от себя.

— Маша! — тихий шёпот Андрея разбудил её. — Маша…

Видимо она уснула и сейчас с ужасом смотрела на пустое место рядом с собой.

— Ева?! Андрей! Где Ева!

Паника удушающей волной скрутила внутренности и она вцепившись в него руками зажмурилась.

— Все хорошо, Маша. — Андрей сжал её в объятьях, прижимая к себе. — Все хорошо, Маша! Они нашли донора!

Андрей

Он не верил… Просто не мог поверить в чудо. Ева получила шанс на жизнь! Шанс на будущее…

Он не мог, но так отчаянно хотел верить и в тоже время боялся… Дико боялся что это сон.

Сейчас откроет глаза и снова попадёт в безнадежный ад больницы.

Он никому этого не желал. Никому.

Кто-то скажет- Карма.

Он виноват. Бесконечно виноват перед Дашей, ее родителями, Машей и конечно же Евой… Он страшно виноват. И готов искупаться свою вину всю жизнь.

Но не ценой жизни ребёнка! Это непомерная цена… Пусть его накажут! Только не Еву.

Но у Бога свои уроки.

И он, Андрей, усвоил свой. До конца жизни будет помнить угасающие глаза Евы и смертельную тоску в глазах Маши. И свое бессилие.

Деньги превращаются в фантики, когда ты не можешь спасти жизнь близкого. Абсолютно бесполезные фантики…

Перед Богом все равны. Все будут нести свой ответ.

Тебе кажется, что ты на коне, ты победитель. У тебя дорогая машина, квартира в центре города и может даже не одна. И все это становится не нужным когда оказываешься один на один с болезнью.

Мы приходим в этот мир босыми, босыми и уходим. Деньги всего лишь дарят удобство, комфорт, ощущение власти и вседозволенности.

Всего лишь ощущение…

Настоящая власть не у нас в руках, сколько бы денег на счету не было. Нет.

Сжимая в руках Машу, Андрей отчаянно молился, благодаря за помощь. Он Верил. Верил ему и он помог.

— Это правда, Андрей? Правда? — Маша неверяще смотрела на него сквозь пелену слез.

— Правда, Маш. Правда. Сейчас все будет хорошо. Обязательно будет хорошо. Главное — Верить!

— Да… Да! — Маша кивала, стирая слезы с щёк. — Я верю! Правда! Верю…

Глава 23

— Баба! — Ева протягивает руки к его матери и сердце сжимается от боли.

Девочки любят бабушку. Безумно радуются ей. И она их любит.

Это очень трогает…

Наверно так будет ещё долго. Может даже всегда.

Остро, больно, мучительно.

Говорят, что время лечит.

Врут. Время помогает притупится боли, помогает смириться, но не лечит. Лечит любовь.

— Ба-ба… — повторяет за сестрой маленькая Надя и Андрей зажмурившись, чтобы не разреветься позорно от избытка чувств, отворачивается от них.

Самый главный вопрос- Что если бы…, всегда будет висеть между ними. И в то же время он понимает, что не дай он тогда матери шанс на прощение, не было бы у его девочек такой любящей и любимой бабушки.

Настоящей. С вкусными пирожками, безмерной любовью, сказками на ночь.

Наверно права Маша. Нужно уметь прощаться с прошлым. Уметь прощать и в первую очередь прощать себя.

Только как это сделать?

Его вина огромна.