"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 530

Мира попятилась назад, к выходу. Противница снова метнулась к застрявшей в полу палке и с остервенением начала дергать её из стороны в сторону, пытаясь вытащить из щели. Шею Алексы заливала кровь. Она подняла голову и на миг их взгляды встретились.

— Беги, беги, инвалидка! — заорала противница. — Я всё равно тебя догоню! И проломлю твою тупую башку!

Мира, шатаясь, вышла в другую комнату, посмотрела на пол возле кровати: не завалялась ли здесь ещё одна палка? Не завалялась.

Больше не задерживаясь, она заковыляла на улицу. Уйти в лес, найти нору, спрятаться, переждать, прийти в себя…

Выйдя из дома, остановилась, тупо глядя перед собой. Это было не то место, по которому они с Алексой прошли несколько минут назад: железная дорога осталась, но теперь она проходила не через лес, а по бескрайней степи. Ветер шевелил жёлтую траву, на затянутом облаками сером небе можно было разглядеть бледное, болезненное солнце.

«Значит, в лесу мне не спрятаться», — подумала Мира.

Тут же вспомнились слова Алексы: «Будем шататься до тех пор, пока не помрём от жажды и голода».

Всё правильно — вот почему их не преследовали и не насылали новые кошмары. Они с Алексой и есть кошмары друг друга.

Мира заковыляла вдоль железки, с трудом переставляя ноги и молясь об одном: не упасть. Она знала, что уже не поднимется. Пройдя метров сто, обернулась. На крыльце дома стояла одинокая фигура с палкой в руке. Сердце сделало рывок и в панике забилось о рёбра. Мира понимала, что это конец. Алекса физически сильнее, и от неё не убежать.

Повернув направо, она зачем-то полезла на железнодорожную насыпь. Животный, безотчётный страх гнал её без цели и смысла. Спотыкаясь, Мира перешагнула через рельсы, вскользь отметила, что кроме основных, к ним добавились контррельсы.[1] Мелькнула мысль, что для абсолютного несчастья ей осталось застрять между ними ногой. Как могла осторожно, Мира перешагнула через рельсы; царапая спину о камни, съехала с насыпи. Обернулась.

Алекса появилась на насыпи в другом месте, чем она ожидала — гораздо ближе. Встретившись с Мирой взглядом, противница улыбнулась, помахала палкой. Испачканная в крови шея казалась чёрной.

Наверное, нужно было гордо и смело встретить смерть лицом к лицу. Но Мира малодушно закрыла лицо руками. Внутри всё дрожало от страха, по щекам катились слёзы. Вот сейчас… Сейчас…

Наверное, нужно было гордо и смело встретить смерть лицом к лицу. Но Мира малодушно закрыла лицо руками. Внутри всё дрожало от страха, по щекам катились слёзы. Вот сейчас… Сейчас…

Наверху раздался женский крик. Мира отняла руки от лица. Алекса стояла, согнувшись: как будто, что-то искала между шпалами. Вот она вскинула голову; Мира увидела её искажённое страхом лицо.

— Меня зажало! — крикнула противница. — Между рельсами!

Мира почувствовала, как накатывает истерический хохот. Её зажало. Зажало! Е-ё! За-жало!

Она перевернулась на спину, глядя в низкое небо и сотрясаясь от хохота.

— Я согласна объединиться! — доносилось будто издалека. — Ты слышишь? Я согласна, хватит ржать! Помоги мне! Ты всё равно одна тут подохнешь!

Вдалеке раздался гудок поезда.

Алекса заорала с новой силой:

— Твою мать, помоги мне! Подёргай рычаг на столбе! Надо перевести стрелки! Сука! Тварь! Спаси меня!

Мира посмотрела на противницу. От рычага на столбе её отделяло несколько метров. Алекса попыталась дотянуться до рычага палкой, но не смогла. Тогда она вставила палку между рельсами и нажала на неё, пытаясь развести их. Палка погнулась. Алекса в бешенстве откинула её в сторону.

Вдалеке появился поезд.

— Мира! — опять закричала противница. — Пожалуйста, дай мне шанс! Я всё поняла! Прости меня! Прости пожалу…!

Её заглушил надрывный гудок поезда. Он приближался с лязгом и грохотом, земля подрагивала. Криков Алексы теперь не было слышно. Она беззвучно открывала рот и в мольбе тянула к Мире руки.

Вспомнились их пьяные объятия и клятвы зафрендиться. Две напуганные девочки заблудившиеся в своём одиночестве посреди огромной каменной Башни.

Мира шевельнулась в безотчётном порыве встать. Нога отозвалась острой болью, и тут же вспомнилось, как Алекса пнула её в драке. Потому что знала — будет очень больно.

Она зажмурилась и закрыла уши руками, но грохот поезда было не заглушить. В какой-то миг показалось, что сквозь него прорвался отчаянный женский крик… Мира ещё сильнее зажала уши. Поезд грохотал прямо над ней.

…

Всё когда-то заканчивается. Вот и шум поезда начал затихать, а потом исчез вдали. Мира продолжала лежать, накрыв голову руками. Ей казалось, что она умерла, проросла жёсткой колючей травой, стала всем и одновременно ничем.

Неожиданно кто-то бережно поднял над землёй и понёс. Она чувствовала, тепло рук и дыхание на своей шее.

— Гай, — шепнула Мира. — Наконец-то ты вернулся! Я тут такое натворила…

Она приоткрыла глаза и увидела близко от себя лицо стража, которого назначил Гай. Он нёс её по коридору, мимо чадящих факелов. Она хотела спросить, куда они идут, но только беззвучно открыла и закрыла рот. Вот страж остановился перед широкими дверями, те открылись, и Миру ослепил яркий свет. Она зажмурилась.

— Приветствуем победительницу турнира! — провозгласил кто-то рядом. — Слава победительнице!

В уши ворвался рёв голосов, выкрикивающих её имя. Мира приоткрыла слезящиеся глаза: блеск многочисленных свечей, пьяные, радостные, раскрасневшиеся морды. Эти люди получили сегодня удовольствие, наблюдая затем, как убивают друг друга загнанные звери.

«Ненавижу», — отчётливо и холодно подумала она.

Отыскала взглядом Даяну — она кокетничала с красивым шатеном — и, собрав силы, как могла громко, крикнула:

— Где писарь? Я хочу быть лодочницей! Как мой наставник.

Последнее, что она видела, это перевёрнутое от удивления и досады лицо Даяны и взгляд, которым она обменялась со стоящим в стороне от всех Хадаром.

Потом комната с находящимися в ней людьми поплыла, и Мира потеряла сознание.

[1]Ко́нтррельс, или охра́нный рельс— устройство на железной дороге для предотвращения схода поездов с рельсов, а также для корректировки направления движения колёсной пары при прохождении стрелочного перевода. Представляеет собой дополнительный рельс, металлическую полосу или уголок, установленные внутри колеи рядом с основным рельсом, которые, входя в соприкосновение, удерживают колесо в заданном пространстве в случае его отклонения от траектории.

Глава 8. Магда

Магда узнавала о настроении Гая по звуку его шагов. Медленные и как будто задумчивые — значит, настроение хорошее. Быстрые — плохое. Сегодня он влетел, как вихрь. Магда даже из-за стола встать не успела, чтобы его встретить.

— Вода жизнь, — негромко сказала она.

Не ответив, Гай взял стоящий у стены мешок, с каким обычно ходил в плавание, стал скидывать в него пожитки. Спросил через плечо:

— Где Найра?

Магда махнула рукой за ширму, которая делила комнату на две части.

— Дала ей снотворную настойку, — ответила она. — Спит.

Встав из-за стола, подошла к Гаю, остановилась у него за плечом и тихо спросила:

— Что там было?

— Я не смог поговорить с Хадаром о твоём спасении Кларка из Закуполья: разговор подслушивала Даяна. Нельзя, чтобы она узнала про Закуполье. Всю жизнь потом шантажировать тебя будет. Думал, встретиться с Хадаром ещё раз, но меня к нему не пустили, — он перестал собирать вещи и виновато посмотрел ей в глаза.

Магда сдержала вздох. Села на стул, уронив руки между коленей. Гай оставил мешок, подошёл к ней и сел рядом на корточки.

— Прости, — тихо сказал он.

Она молчала, чувствуя, как холодеют от страха руки. Сегодня на рынке она услышала, что в Город прибыл сам Колдун. Магда чуть сознание не потеряла от страха, но теплилась надежда, что Гаю удастся заручиться поддержкой Хадара. Теперь эта надежда растворилась в волне неотвратимости наказания.