Разбитая любовь (ЛП) - Браун Стейси - Страница 61

Я хмыкнула. Рис плюхнулась на край моего шезлонга, потянувшись за чипсами.

— Что ты собираешься делать? — Стиви отставила свой напиток в сторону.

Я потерла нос от досады.

— Понятия не имею. Знаю только, что не могу просто взять и уйти от него, — после того, как Лука уехал, правда моих чувств к Хантеру превратилась в жгучее давление внутри. Все причины не любить его отлетали, словно перья с моей татуировки.

— А как же Нью-Йорк?

Откинувшись на спинку шезлонга, я застонала.

— Я все равно поеду. Единственное, что я поняла, это то, что я не могу остаться здесь. Мои мечты там. Но… — обхватив ноги руками, я уткнулась в них лбом, чувствуя себя разорванной на части. — Он значит для меня все. Если есть шанс…

Стиви кивнула, губы сжались, будто она понимала мое разочарование и боль.

— Не сдавайся… ни с тем, ни с другим.

Я повернула к ней голову.

— Возможно, от меня уже ничего не зависит. Может, он уже покончил со мной.

Стиви рассмеялась.

— О, Виски, если бы ты видела, как он до сих пор на тебя смотрит… Это еще далеко не конец.

Глава 29

Джеймерсон

Прошло еще три дня — никаких ответов на звонки и сообщения. Я зашла в гараж, когда работала, надеясь увидеть его там, но Даг сказал, что он взял отгул, чтобы побыть с мамой. Я боролась с желанием поехать к ним домой, понимая, что это нарушение семейного пространства, но здравый смысл и приличия уже не владели мной. Потребность увидеть его затмила все остальное.

Мой желудок подскочил к горлу, когда я подъехала к дому на своем джипе. День выдался пасмурным, небо хмурилось, грозя молниями и дождем, только еще больше сгущая воздух. Это был один из тех дней, когда молишься о дожде, чтобы хоть как-то облегчить липкую, застоявшуюся жару.

Сердце колотилось, ноги не хотели идти по ступенькам крыльца. Этот дом хранил в себе, словно альбом с фотографиями, и хорошие, и ужасные воспоминания, все они смешались в моей голове, как кадры фильма. Воспоминания о Колтоне, Хантере и теперь о Джулии.

— Ты сможешь, — пробормотала я себе под нос, сжимая в руках принесенные цветы. Решающим фактором, позволившим мне приехать, стало то, что я якобы собиралась проведать Джулию. Это была маленькая ложь, хотя мне действительно хотелось узнать, как она себя чувствует.

Дрожащими руками я я нажала на звонок. В моих ушах звенело от звука шагов, затем щелкнул замок. Дверь распахнулась.

На пороге стоял Хантер в свободных шортах и футболке. Небритость и коротко стриженные волосы делали его менее мальчишеским и более мужественным. Мне казалось, будто он ударил меня в грудь, выбивая весь воздух.

Его взгляд скользнул по мне, как будто пальцами, челюсть сжалась, он облокотился о дверной косяк.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он. Холодно. Безразлично.

— Я… я, эм… — я подняла букет. — Пришла узнать, как твоя мама.

Он скрестил руки на груди, его внимание все еще скользило по моей коже.

— Ей стало лучше. Сейчас она спит. Но я передам, что ты заходила.

— Ох, — я моргнула, разочарование сдавило грудь. — Хорошо. Спасибо.

Он забрал цветы, другой рукой придерживая ручку двери, готовый ее закрыть.

— Хантер Браунинг Харрис, — раздался резкий женский голос, заставив меня повернуть голову к фигуре за ним. Джулия стояла там, ее каштановые волосы распущены, она была одета в простое длинное летнее платье, без макияжа. Она выглядела уставшей, но при этом молодой и совершенно не похожей на себя. Она была красивой женщиной, но я никогда не видела ее без всех ее дизайнерских нарядов и масок. — Так я учила тебя обращаться с гостями?

— Не особо-то и учила, — пробормотал Хантер себе под нос так, чтобы услышала только я.

— Джеймерсон, — Джулия подошла к дверному проему и отодвинула Хантера в сторону. Она схватила меня за руки, ее длинные, струящиеся рукава поднялись достаточно, чтобы увидеть бинты, обернутые вокруг запястий. — Я надеялась увидеть тебя. Я просила Хантера пригласить тебя, но он сказал, что ты занята на работе.

Мой взгляд метнулся к Хантеру. Он опустил глаза, не встречаясь с моим.

— Входи, пожалуйста, — она втащила меня за порог, не оставляя выбора. Это была не та Джулия, которую я знала. Она всегда была холодна и неприветлива со мной, тонко намекая, что я недостаточно хороша для ее драгоценного сына. Эта Джулия держала меня за руки так, будто боялась, что я ускользну. Она подвела меня к дивану в гостиной и жестом указала сесть рядом.

— В мире не хватит извинений и благодарности. Хантер рассказал мне, что ты спасла мне жизнь, — ее ресницы затрепетали, нос задергался, словно она пыталась не заплакать. — Мне так стыдно. Стыдно за то, что ты видела и пережила из-за меня, — она сглотнула, щеки покраснели от эмоций. — Я долго, очень долго была в плохом состоянии. Смерть Колтона подняла все на поверхность, и вместо того, чтобы быть сильной ради другого сына, я сломалась. Я не могла видеть и чувствовать счастье. Я приклеивала улыбку к лицу, но внутри была пустота. Развод… — она отпустила мои руки, чтобы вытереть лицо. — Нельзя вешать груз на то, что уже пусто внутри, иначе оно сломается.

Жестокое откровение Джулии ошеломило меня.

— После того, что со мной случилось, мне предстоит долгий путь, — она подчеркнула последнее слово.

— Мам, ты должна выговориться, — Хантер подошел ближе к нам, скрестив руки на груди. — Ты знаешь, что сказал терапевт. Чем больше ты отмахиваешься и преуменьшаешь…

— Да, Хантер, — Джулия немного опустила голову, поймав мой взгляд. — Хантер ходит со мной на сеансы терапии. Он постоянно на меня наседает.

Теплота наполнила меня, когда они обменялись взглядами.

— После того, как я попыталась покончить с собой, — Джулия сжала руки в кулаки, ее лицо болезненно дернулось при этих словах. Я понимала, почему важно выговориться, а не спрятать в шкафу и сделать вид, будто этого не было. — Впервые за многие годы мне кажется, что я снова могу дышать. Что в конце тоннеля есть свет. Это будет тяжелая работа. Иногда из-за смерти Колтона мне все еще кажется, что я никогда больше не найду счастья, но ради другого сына я хочу попробовать. То, через что я заставила его пройти… я хочу быть той матерью, которую он всегда заслуживал.

Слезы сдавили мне горло, на этот раз я сама взяла Джулию за руки.

— Я так рада.

— Спасибо, но я никогда не прощу себя за то, через что заставила тебя пройти. Тебе не следовало с этим сталкиваться. Не после всего, что ты и сама пережила, — по ее щекам текли соленые дорожки боли. — Мне так жаль, Джеймерсон.

Не задумываясь, я обняла ее, крепко прижав к себе. Я никогда не мечтала, что не только захочу обнять Джулию, но и почувствую к ней глубокое сострадание и любовь. Та ночь была одной из худших в череде плохих событий для меня, но если это было нужно, чтобы открыть ей глаза, чтобы она увидела Хантера… то как я могла бы ненавидеть ее за это?

— Спасибо, что спасла мне жизнь. За то, что дала второй шанс, — прошептала она мне на ухо, прежде чем отстраниться, выдохнув с облегчением. — Я все еще очень быстро устаю. Пойду, пожалуй, отдохну.

— Да, конечно, — я встала вместе с ней, немного поддерживая ее, прежде чем Хантер взял ее под руку.

— Я в порядке, — она похлопала его по руке. — Останься здесь с Джейм.

Он кивнул, но наблюдал за ней, словно ястреб, пока она поднималась по лестнице.

— А, и спасибо за цветы, Джейм. Они прекрасны. Пусть Хантер поставит их в воду, — сказала она через плечо, прежде чем исчезнуть на последней ступеньке второго этажа.

Как только Джулия скрылась из виду, напряжение в комнате возросло. Мои пальцы нервно теребили подвеску на шее. Я покосилась на Хантера.

Его глаза были прикованы к серебряному перу, зажатому между моих пальцев. Он резко отвернулся, указывая в сторону кухни.

— Ваза… воду, — пробормотал парень так тихо, что я уловила только эти два слова. Он сорвался с места и вышел из комнаты, словно ему поручили срочное задание.