Звёзды - Юэ Ци - Страница 10

При виде изнанки вырезанной деки Го Юань улыбнулся и передал ее Юнь Шань. На обратной стороне был наклеен странный значок в виде осьминога размером с квадрат со стороной около пяти сантиметров.

– Хотите найти организацию, стоящую за Ван Хайчэном? Попробуйте начать с этого.

Юнь Шань с самого начала держала каменное лицо, из-за Го Юаня постоянно была наготове и к тому же относилась к нему с сильным подозрением, как вдруг он за несколько минут нашел зацепку, которая все это время была у нее под носом. Юнь Шань и обрадовалась, и удивилась, но изо всех сил старалась этого не показать.

Она внимательно осмотрела значок: тот был металлический, овальной формы. В центре рисунка – осьминог с глазами и плоской головой, с шестью соединенными под ней щупальцами и парой крыльев, раскинутых в обе стороны между головой и щупальцами. Форма всего значка немного напоминала символ Бэтмена. На лицевой стороне был рисунок, а после удаления клея на обратной стороне обнаружился текст, вырезанный бисерным шрифтом:

«Если есть немного тепла и лучик света, то можно, как светлячок, хоть на чуть-чуть рассеять тьму, не дожидаясь факела. А если факел так и не появится, единственным светом буду я сам».

– Лу Синь, «Горячий ветер», – небрежно назвал источник Го Юань. Разумеется, это было как-то связано с происхождением кодового названия организации – «Светлячок». Но в чем был смысл цитаты? Она не только не вязалась с личностью террориста, такую связь даже и вообразить-то было трудно. Неужели Ван Хайчэн считал себя единственным источником света?

– Вот уж не ожидала, что вы, детектив, еще и книжки читаете, – небрежно обронила Юнь Шань.

– Не так бодро, как вы, новые, по щелчку декламировать не могу, – ехидно ответил Го Юань, – но буковки более-менее различаю.

Юнь Шань было скучно обсуждать такое. Ее генная модификация не затрагивала ничего, связанного с памятью, эта технология все еще оставалась довольно опасной.

Но в любом случае, если есть значок, то появилась и подсказка.

– Такую штуку да спрятать в потаенном месте, среди личных вещей, – добавил Го Юань. – Похоже на сектантов. Геморройчик.

И он был более чем прав. Когда речь идет о бизнесменах, которые действуют исключительно из корысти и не гнушаются терактов в утилитарных целях, то для них в первую очередь важны точность и надежность. Они не станут хранить вещи, которые можно отследить. Но если дело касается людей, исповедующих какую-то веру, то они, как правило, носят с собой что-то, что эту веру укрепляет.

На самом деле бизнесмен, руководствующийся выгодой, действует так, что его отследить даже легче, и у него есть свои собственные суждения о себестоимости прибыли и убытка; но террористы, движимые верой, совсем не такие. По каким-то непостижимым причинам они превращаются в самых свирепых чудовищ, с которыми невозможно общаться и уж тем более невозможно предсказать их действия.

Юнь Шань была детективом из отдела по борьбе с терроризмом и имела больше опыта в таких делах, чем местные агенты вроде Го Юаня. Она взяла значок и передала техническому эксперту:

– Добудьте данные мониторинга Тяньван и проведите сравнительный анализ изображений. Нужны будут все результаты, связанные с этим, но сперва данные за последний месяц. Дайте знать, как только что-нибудь найдете.

– И когда же будет результат всего этого земного бардака? – поинтересовался Го Юань.

– Предварительные результаты придут не менее чем через сутки, – ответил ближайший к ним техник.

– До Саммита G19 осталось всего три дня, как можно терять целый день? Что вы обычно делали в такой ситуации? – пустился в рассуждения Го Юань, непринужденно расхаживая по руинам и не отставая от Юнь Шань. За его болтовней та почувствовала желание спровоцировать спецгруппу и проверить ее на профпригодность.

– Тяньван уже просеивает недавнюю подозрительную переписку, а в нашей системе есть данные динамического отслеживания опасных лиц за двадцать лет. Сейчас мы проводим сравнение и проверку, чтобы найти тех, кто как-либо пересекался с Сычуанью за последние полгода. Что, товарищ Го, у вас есть какой-нибудь мастерский прием? – не удержалась от шпильки Юнь Шань.

– Прекрасно, прекрасно, просто высший класс. Хорошо быть прямо под Министерством. А кто согласовывает данные системы общественной безопасности?

– Какие именно?

– Поданные за последний месяц заявления – гражданские, уголовные дела, пусть даже драки. При этом сведения о некоторых мелких кражах в интранет не выкладывают, так что нужно в каждом участке найти кого-то, кто вышлет нам информацию. Когда сможете закончить?

Глядя на озадаченное лицо девушки, Го Юань добавил:

– Ну хорошо, если вы этого еще не сделали, то поторопитесь сделать.

Он бесцеремонно подтащил к себе ближайшего эксперта и продолжил инструктаж, так и не объяснив Юнь Шань, зачем нужны материалы из отделений общественной безопасности.

Обойдя руины, технический отдел наверняка разыскал немало интересного, но Го Юань не нашел ничего полезного. В этот момент планшет эксперта, который следовал за ними, зазвонил. Молодой человек поднял руку, глянул и тут же шагнул вперед, громко объявив:

– Есть предварительный результат по значку!

Юнь Шань по привычке протянула руку, но замерла на полпути. Увидев это, Го Юань улыбнулся и жестом предложил ей посмотреть первой. Она взяла планшет, молниеносно пробежала глазами вниз по тексту, и только тогда Го Юань невозмутимо спросил:

– Миф о Ктулху?

Юнь Шань была обескуражена, потому что картинка на планшете действительно изображала героя искусственной мифосистемы по имени Ктулху. Оказывается, Го Юань был в курсе, и Юнь Шань это расстроило. Раз он знал, то почему сразу не сказал, почему выжидал до сих пор? И в то же время ее озадачивал другой момент – если этот «искусственный миф» известен лишь в узких кругах, то откуда Го Юанью о нем известно?

Юнь Шань быстро просмотрела соответствующее пояснение. Миф о Ктулху – это мифологическая система, созданная одним американским писателем[18] в начале двадцатого века. Ее отличительной особенностью стало создание ужасающих и неописуемых древних богов. В традиционной мифологии боги могли питать к людям особые чувства – кто любовь, кто ненависть, – древним же богам в ктулхианской мифологии не было дела до людей вовсе. Они обладали пугающей мудростью, неописуемой внешностью и непостижимой для смертных волей. Смертным достаточно было соприкоснуться с таким богом, чтобы обезуметь, поскольку человеческий разум не в состоянии переварить такую мудрость. Поначалу, когда повести только вышли, особой популярностью они не пользовались, но со временем положили начало субкультуре.

Согласно произведениям мира Ктулху, эти боги были неописуемы. Человеческое зрение могло увидеть лишь осколки их тени, а человеческий язык был не в состоянии обрисовать их внешний вид. Человеческий разум разрушался сразу после контакта. Но позже поклонники все же смогли изобразить облик богов на основании фрагментов, данных автором оригинальных романов. Наиболее известен Ктулху, древнее божество в виде крылатого осьминога – именно оно и послужило источником для этого значка.

– Вы были там ближе всех, все видели, – Го Юань указал на землю, не сводя глаз с Юнь Шань, – вы помните что-нибудь, связанное с этим мифом?

Неописуемый, непостижимый бог. Сердце Юнь Шань похолодело. Она была материалистом, но чем больше вспоминала ту сцену, тем страшнее ей становилось, тем сильнее крепло ощущение, что она побывала в страшном сне. Лианы и биомасса действительно тянулись к небу, словно щупальца, пытаясь все оплести и ассимилировать.

– Эй, але! – крикнул стоявший рядом Го Юань, и Юнь Шань очнулась. – В любом случае это же не мог быть сам древний бог, да? – улыбнулся он.

Непонятно, когда он успел забрать у нее планшет, но теперь быстро листал результаты сравнения, ткнул пальцем в фото и торжественно возвестил: