Звёзды - Юэ Ци - Страница 93

– Если что?! Если там есть инопланетяне? Если Конструктор начнет нас препарировать? – как из пулемета, строчила Бай Хунъюй. – Так и пусть! Пусть они придут! Босс, я правда не понимаю, вы хотите всю жизнь прожить как племенная свинья на ферме? Никогда не узнать правды, сидеть с закрытыми глазами? Просто чтобы быть живым? Но ведь там истина, скрытая, а мы завязываем себе глаза и притворяемся, что не знаем. Мы же ученые, мы люди, которые ищут истину, разве нет?

Ван Хайчэн глядел на ученицу и понимал, что за пять лет она сильно изменилась, и вместе с тем многое в ней изменить было невозможно.

– Мы ученые, да, – ответил он. – Мы люди, которые ищут истину, да. Но до этого мы были просто людьми. И если цена поиска истины – гибель человечества, я бы предпочел завязать себе глаза.

Бай Хунъюй все смотрела на него.

– Но если мы вот так завяжем себе глаза, то человеческий мир навсегда останется изолированным. Мы как будто живем в детском саду, в безопасности, без рисков, но при этом у нас никогда не будет шанса повзрослеть. Все наши будущие возможности ограничены постулатами этого детсада!

Свет на «Пчеломатке» начал сжиматься, и на столе, где сперва невозможно было разглядеть материи, тем не менее укрытой непрерывно льющимся светом, стали появляться черные пятна. Появились и другие лучи, но не из тектоса, а из всего вокруг. Тела всех присутствующих начали источать прозрачный розовый свет. Сила «Моисея» теперь проявлялась непосредственно, окончательная эволюция тектосов близилась к завершению.

Запускать их коллапс нужно было прямо сейчас. Разрушение или перемены – все определялось именно в эту, последнюю секунду открытого окна.

Ван Хайчэн не шевельнулся. Наше будущее может быть ограничено постулатами детского сада. Он понял, о чем говорила Бай Хунъюй: если не разрушить барьер космических законов, охраняющий Солнечную систему, человечество навсегда останется в ничтожно малом уголке Вселенной.

Начал проявляться черный покров тектосов. Более не отдельные единицы, они были связаны друг с другом. Как и предполагал Ван Хайчэн, даже будучи независимыми, они представляли собой единое целое, трансфинитный механизм, выходящий за рамки законов этого мира. Эта штука начала появляться из пустоты и вскоре должна была вытащить Солнечную систему из привычных барьеров, которые изолировали от остальной Вселенной, и представить звездам.

Стоит ли? Стоит, если это единственный способ сохранить жизнь всему человечеству.

Но…

Он смотрел в глаза Бай Хунъюй. Конечно, она понимала роль барьера из законов и понимала, сколько бедствий произойдет в нашем мире, когда правила снаружи хлынут в него, подобно приливной волне. Но она наивно верила, что люди смогут выжить.

Да, Бай Хунъюй верила, что люди смогут выжить, а затем пройти свою трансформацию и вылететь из кокона прекрасной бабочкой.

Этому не было никаких доказательств, это была просто… наивная вера.

Слишком наивная… до смешного наивная, ослепительно наивная…

И пока Ван Хайчэн колебался, внезапно один за другим прогремели три оглушительных выстрела. Пуля прошла сквозь его ладонь справа и влетела прямо в центр «Пчеломатки». Искры от попадания вспыхнули на мгновение, но тут же были поглощены черным светом магатамы. Кровь оказалась завернутой в черные одеяния тектоса, и в одно мгновение весь свет в комнате исчез.

Стрелял Лао Ли. Как только он увидел Бай Хунъюй, он понял, что ситуация изменилась. Не сказал ни слова, но тайком вынул свой пистолет. Все внимание было приковано к Ван Хайчэну и Бай Хунъюй, никто не заметил, как он спрятался в углу. Ван Хайчэн ждал до последнего момента, но Лао Ли решительно вскинул пистолет, нацелился на «Пчеломатку» и выпустил целую очередь. Одна из трех пуль прошла мимо, две из них попали в правую руку Ван Хайчэна, при этом одна угодила в тектос. Видимых повреждений не нанесла, просто выбила его из окровавленной руки Ван Хайчэна и пролетела дальше.

Все застыли от неожиданности, только стоявший в сторонке Ча Хуань среагировал моментально, развернулся, вскинул руку и дважды выстрелил в Лао Ли. Тот даже не понял, что случилось, и рухнул на пол. Ча Хуань оттолкнул Ван Хайчэна и бросился искать, куда упала «Пчеломатка».

Только тогда кто-то заметил, что с лицом Ча Хуаня что-то не так. Под влиянием «Моисея» вся материя излучала свет, и тела людей светились прозрачно-красным, как желе. Сквозь тонкую кожу лица виднелись даже кровеносные сосуды, но только не у Ча Хуаня. Его лицо покрывал тонкий слой коллоида, яркая камуфляжная маска. Го Юань все это время выжидал под ее покровом.

Юнь Шань ворвалась в кабину сквозь дыру, но теперь уже не для того, чтобы взять под контроль Ван Хайчэна и его группу. Она сразу увидела катящуюся по земле «Пчеломатку». Хоть черный камешек и был мал, от него к светящимся тектосам на столе тянулась мерцающая световая полоса. Она начала разрываться, по группе тектосов пошла светло-серая трещина, из которой вырвалась серая ударная волна, устремившись сперва туда, где упал Лао Ли, а затем прямиком в небо.

Лао Ли был все еще жив после выстрелов, но когда его захлестнул прилив, тело в одно мгновение словно размыло, а затем оно распалось на частицы, как бесчисленные пиксели, которые быстро смело сильным воздушным потоком. Вышедший из-под контроля эффект обнажил свою зверскую морду, и световой поток изменился, утратив прежнюю безобидность и теперь демонстрируя разрушительную силу. Ударная волна вырвалась на десятки метров вверх, а затем втянулась обратно в конструкцию. В крыше из металла и камня мгновенно образовался огромный круглый коридор. Из него не упало даже пепла – материал, через который прошел поток, просто растворился в нем. Внезапно возникшая огромная пустота с шумом втянула в себя воздух, всасывая вместе с ним, как ураган, и вещи в кабине для хранения.

Хотя остальных не смело, вихрь не дал им удержаться на ногах. Ван Хайчэн, Юнь Шань, Го Юань и Сяо Ма инстинктивно метнулись к лежащей на земле «Пчеломатке». Юнь Шань со скоростью Супермена оттолкнула Сяо Ма пинком и схватила тектос одной рукой.

Серые трещины в группе тектосов начали расширяться, их становилось все больше и больше. Когда пошла вторая ударная волна, Ван Хайчэн крикнул: «Осторожно!» Кольцевидная, она прокатилась на высоте около метра. Юнь Шань бросилась вниз, крепко держа «Пчеломатку» одной рукой, а другой быстро схватила Бай Хунъюй за ногу и рванула, уронив девушку на пол. Ударная волна прокатилась по ее растрепавшимся длинным волосам, отрезав половину. Сяо Ма успел только вскинуть руки в бессмысленной попытке остановить поток, а затем исчез вместе с директором У. Го Юань схватил Ван Хайчэна за голову и прижал ее к земле. Кровь с руки последнего стянуло ударной волной и рассеяло. Буквально через несколько секунд в кабине осталось всего четыре человека.

– Будь паинькой, двинешься – пристрелю! – сквозь бушующий вихрь крикнул Го Юань, навалившись на Ван Хайчэна. Видя, что ударные волны пошли все более хаотично, он выругался про себя и сильно надавил на висок «светлячка»:

– Должен быть какой-то способ, говори!

– Способ?

Ван Хайчэн не запаниковал, когда ситуация внезапно изменилась. Глядя на ослепительный свет вдалеке, он произнес:

– Это и есть способ. Способ избежать уничтожения человечества.

Трещина засветилась, и сияющая ударная волна изверглась во все стороны, как из вулкана. Все лежали на полу, не шевелясь, даже дышалось с трудом. Сильное отрицательное давление сдувало окружающие предметы и засасывало в поток, где они исчезали, образуя еще большее отрицательное давление. Диапазон реверберации первых ударов составил пару десятков метров, но теперь неудержимо возрастал. Го Юань увидел, как в его сторону несется бешеный, растущий водопад – распад пробил дно озера Цзиньчэн, и вода хлынула внутрь. Но прежде чем она успела упасть, ее посекло серией ударных волн, которые поглотили ее без остатка.

– Вам не следовало лезть в эту мутную воду, простите, – искренним тоном сказал Ван Хайчэн.