Час урагана (СИ) - Амнуэль Павел (Песах) Рафаэлович - Страница 49

— Хорошо, — кивнул Волков. — Ты поедешь с нами?

— Безусловно, — вмешался Дайсон. — Мы не оставим мисс Бакли одну.

У двери лаборатории Туберта развалился на стуле сержант Берроуз. Увидев выходивших из лифта людей, он вскочил, поправил пояс и вознамерился было доложить по всей форме о том, что в период его дежурства никаких…

— Порядок, Джо, — прервал Дайсон. — Можешь пока быть свободным. Думаю, нам понадобится не меньше часа.

— Через час меня должен сменить сержант Шимански, — сказал Берроуз, кивнув Бестеру, которого, конечно, видел в участке, хотя вряд ли был знаком лично.

— Прекрасно, — равнодушно сказал Дайсон.

Он взял у сержанта ключ, вставил в замочную скважину и набрал на планшетке код.

— Послушайте, — взволнованно сказал Волков, — здесь никого нет… Где ваши эксперты?

— Входите, — пригласил Дайсон, пропустив вперед Элис. Бестер, впервые попавший в настоящую биологическую лабораторию, обошел комнату, ничего не трогая, и, вернувшись к двери, встал около нее, будто боялся сделать лишнее движение.

— Либо эксперты на сегодня закончили, — сказал Волков, включая компьютер, — либо их тут вообще не было.

— Это что-то меняет в наших планах? — осведомился Дайсон. Он подал руку Элис и усадил на одиноко стоявший у окна белый табурет. Тяжелые шторы, отделявшие лабораторию от внешнего мира, были сдвинуты в сторону, и с высоты четвертого этажа видна была широкая улица, дома напротив и — как театральная декорация — мосты через Саванну за университетским кемпингом..

— Сидите здесь, — попросил он, — и, пожалуйста, ни во что не вмешивайтесь. Брюс, — сказал Дайсон, обращаясь к Бестеру, — ты ведь лучше меня понял, что произошло, верно?

— Вы имеете в виду криминальную часть или научную? — осведомился Бестер, почесывая щеку.

— Скорее общечеловеческую, — буркнул Дайсон.

Он сел на кушетку, едва не задев головой свисавший с потолка шар с многочисленными тонкими проводками, торчавшими, будто иглы морского животного. Достал из кобуры пистолет, положил рядом с собой на кушетку, сдвинул предохранитель.

— Я слышал, — сказал он, — что в минуту смертельной опасности человек способен на такие решения, которые ему и в голову обычно не приходят.

Сидевший за компьютером спиной к Дайсону доктор Волков обернулся лишь на мгновение, будто хотел убедиться в том, что правильно понял старшего инспектора.

— Если вы их убьете, — медленно произнес стоявший у двери Бестер, — то можно будет сказать, что эксперимент Соломона Туберта имел блестящее продолжение. Вы уверены, что поступаете правильно?

— Брюс, — огрызнулся Дайсон, — то, что я сказал, к вам тоже относится. Никто не выйдет из этой комнаты, пока я не получу наконец ответы на все вопросы. Правы или я, или эти двое. Не вижу способа проверить, кроме как повторить эксперимент и дать всем шанс.

— Послушайте, Ред, — сказал Бестер и глазами поискал место, куда можно было опуститься. Не найдя ничего подходящего, он остался стоять у двери. — Если прав был покойный доктор Туберт, то мы не с конкретным преступником имеем дело, а с системой, которую можно назвать…

— Вселенной, — отрезал Дайсон. — Брюс, я не идиот. Я умею делать выводы.

— Какие выводы вы сделали, старший инспектор? — подал голос доктор Волков. — Кстати, аппаратура готова полностью. Хотите немного поспать?

— Нет. Но кто-то из вас, вероятно, должен это сделать.

Волков повернулся на стуле, сложил руки на груди и сказал:

— Старший инспектор, вы, видимо, думаете, что система действует, как телефон. Достаточно уснуть…

— Вы именно так объясняли, верно?

— Послушайте, не нужно примитивно…

— Нет, вы теперь послушайте, — сказал Дайсон. — Человечество в опасности, правильно? Мы живем в симбиозе с высшими силами, так?

— Какие высшие силы? — возмутился Волков. — Вы ничего не поняли из моих объяснений!

— Почему же? Есть некое существо, составляющими его являются разумные расы на разных планетах. Разве не так? У нас с ним симбиоз. Нам без него — никуда. А ему — без нас. Если нас отключат от этой системы, то человечеству конец. Не будет больше открытий ни в науке, ни в искусстве, даже художники перестанут видеть мир по-своему и изобретать новые картины… Вроде «Черного квадрата», хотя если по мне, так… Ладно. Все верно, Брюс?

— Доктор Волков сказал, что это слишком примитивное объяснение…

— Как могу. Ну так вот. Если существует прямой процесс, то возможен и обратный, верно? Разве рыба-лоцман не может заставить акулу поплыть в нужном направлении? Ведь без этой прилипалы акула жить не в состоянии. Симбиоз — взаимозависимость. Я понятно выражаюсь?

— Вполне, — сказал доктор Волков. — Но, боюсь, вы не улавливаете разницу в масштабах.

— Улавливаю. Вы хотите сказать, что не задумывались над последствиями собственного опыта? Над тем, что человечество могут отключить от системы, и придется принимать ответные меры? Я думал, что ученые способны прогнозировать результаты своих исследований. Туберт не спал вообще — это означало, насколько я понял, что он давно оказался вне симбиоза и потому имел возможность объективно оценивать результаты. Иначе вы бы просто не пришли к тем выводам… Ну, о том, что сон — это симбиоз… Не пришли бы, верно? Он бы не позволил вам к таким выводам прийти.

— Он?

— Мир, Вселенная, Мировой разум… Не знаю, какое название вас больше устраивает. Так?

— Допустим.

— Хорошо. Значит, вы должны были продумать, как поступить, если произойдет отключение. Вот я и хочу, чтобы вы сейчас привели в действие этот ваш план. Вы боялись, что наши эксперты до него доберутся, он ведь где-то в компьютере, верно? Увидев, что эксперты не приступали к работе, вы успокоились. А у меня нет выбора. Мне нужно указать пальцем на убийцу. И иметь доказательства. Я не могу ждать, пока наши люди будут разбираться. Давайте сэкономим время. Никто отсюда не выйдет до тех пор, пока…

— Алекс, — тихо сказала Элис, — почему не попробовать? Я готова.

— Если ты думаешь, что старший инспектор станет стрелять, то это глупо. Он же не идиот…

— Вот именно, — прервал Дайсон. — Допустим, я поверил в то, что вы рассказали о симбиозе. Я хочу, чтобы люди не перестали быть людьми, черт побери! Меня не устраивает, если наши потомки превратятся в зверей! Ваши жизни — слишком большая за это плата?

— Давай попробуем, Алекс, — жалобно проговорила Элис. — В память о Соле.

— Хорошо, — пожал плечами Волков. — Старший инспектор, освободите место для реципиента.

— Это другой разговор, — удовлетворенно сказал Дайсон. — Ложитесь, Элис, я посижу на этом стуле. Брюс, не подпирай дверь, она не упадет, и войти никто не сможет — я блокировал замок так же, как это было позавчера. Если отсюда будут слышны выстрелы, вряд ли до нас доберутся раньше чем за час.

Продолжая говорить — что угодно, лишь бы Волков не передумал, лишь бы Элис не изменила своего решения, лишь бы Бестер ни о чем не догадался раньше времени, — Дайсон пересел на табурет, пистолет демонстративно оставил лежать на краю кушетки. Достаточно ему протянуть руку… Ведите себя правильно, доктор Волков.

Элис легла, вытянула ноги, руки положила вдоль тела, движения ее были автоматическими — правда, сейчас она нервничала больше обычного. Алекс, конечно, знает, что делать, они действительно обсуждали, как поступить, если в результате эксперимента нарушится долгий и счастливый для человечества симбиоз. Сол утверждал, что обратная связь непременно существует, а Алекс спорил: «Да, — говорил он, — такая же связь, как между клеткой и организмом. Обратная связь безусловна, но роль ответного сигнала ничтожна»…

Алекс, конечно, сделает все правильно, но должно пройти время, нужно понять, каков результат. Неужели этот полицейский собирается держать нас здесь несколько месяцев, нет, значит, на уме у него что-то другое, что-то он скрывает, не о Вселенной он думает, а…

— Все будет хорошо, — прошептал ей на ухо доктор Волков, прикрепляя за ухом последний датчик.