Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

Степанцов Вадим Юрьевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Наши партнеры

Последние комментарии

Сергей2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Lynxlynx2018-11-27

Читать такие книги полезно для расширени

К книге

Leonika2016-11-07

Есть аналоги и покрасивее...

К книге

Важник2018-11-27

Какое-то смутное ощущение после прочтени

К книге

Aida2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Орден куртуазных маньеристов (Сборник) - Степанцов Вадим Юрьевич - Страница 428

428

Изменить размер шрифта:

Party

Умолкнул гул, повеяло прохладой,

Когда меня к себе ты привела;

Благоухала ночь над всей Элладой,

Над капищем из меди и стекла.

За окнами сгущалось оперенье

Крылатых туч, фаллических богов;

Неизъяснимым насыщалось зренье,

Когда сняла ты лёгкий свой покров.

Я молод был. Я вёл себя как школьник,

Не зная, чем шокировать бомонд...

Шумело море. Полыхал шиповник.

Так вы поэт! Вам нравится Бальмонт?

Sherry party

(Правила хорошего тона)

Вы опрокинули бокал

На светлый мой костюм;

Я лишь глаза на вас поднял,

Я был во власти дум.

Застыли верные друзья,

Прервав беседы строй.

"Как смели вы, - подумал я,

Так поступить со мной?"

Как допустил беду Господь,

Небесный сея свет?

Пылает, как живая плоть,

Вечерний туалет.

Прощай, мой кремовый пиджак,

Сорочка, галстук-блеф,

На всем темнеет винный знак,

В душе клубится гнев!

Прощай, до Страшного суда,

Все в прошлом, так и знай;

Прощай - и если навсегда,

То навсегда прощай!

Ни словом я не выдал страх

За будущность свою;

Как вырос я в твоих глазах,

Да что я говорю!

Расплатой был для палача

Мой благодарный смех.

Смахнул пылинку я с плеча

И выпил за успех.

Всё так же был любезен взор

(Сие не объяснить!),

Вот так притвора из притвор

Клянётся век любить.

Здесь я учтиво произнёс,

Смутившись, как всегда:

- Костюм не стоит ваших слёз,

Какая ерунда!

Sic vita (Такова жизнь)

Большая часть человечества ставит на Штольца,

Это вписал я в один из домашних альбомов;

Заполночь куришь, пуская колечки и кольца,

В зеркале видишь, как плачет последний Обломов.

Что мне прогулки, закаты? Куда всё умчалось?

В сумерках тают сады, опустевшие скверы,

Но с отвращением предчувствуя близкую старость,

Всю эту ночь просижу за бутылкой мадеры.

Мне наплевать на подачки, на всплески гордыни,

Преуспевать не хочу я, тебя не ревную.

Слышишь ли глас вопиющего в этой пустыне,

Помнишь ли, ангел мой, нашу любовь неземную?

Сирины смолкли.... Все глуше вакхальны напевы,

Где вы, друзья? Интригуют, скучают, бранятся.

Страсть и беспечность грызут, словно старые девы,

Что с ними делать? Не знаю. Авось пригодятся!

В бедной каморке моей, как в холодной темнице,

Спятил Захар, сам с собою ведет разговоры,

Ольга! Ты слышишь? О, как мне хотелось излиться,

Но у подъезда меня стерегут кредиторы.

Зрелость проходит. На юность махнул я рукою,

Сердце моё одиночество больше не точит,

Только о чём я? О чём говорить мне с тобою?

Я ведь последний из тех

Silentium

Высоких слов не говори - не надо.

Ты каждой фразой мне терзаешь слух.

Уж лучше спать под шелест листопада,

Бранить слугу, давить осенних мух.

Достойней пить, чем слушать эти речи,

Всё тоньше пламя гаснущей свечи.

Ступай к другим. Укутай пледом плечи.

Довольно. Я не слышу. Не кричи!

Женщина у зеркала

Ах, кружевница, ах, шалунья, ах,

В прозрачных ослепительных чулках!

Пускай меня рассудок не оставит,

Когда она на цыпочках впотьмах

У зеркала мгновенно их поправит...

Так ты все видел? Ах, негодник... Ах!

Александр Бардодым

Дерзкий вызов

Допивая искристое кьянти

На приеме у герцога N.,

В этом Богом забытом Брабанте

Я увидел графиню Мадлен.

Я сразил ее огненным взглядом.

"Mon amour!" - сорвалось с ее губ.

Бледный муж, находившийся рядом,

Был, естественно, гадок и глуп.

С грациозностью раненой птицы

Протянула мне руку Мадлен,

И она заалела в петлице

Сюртука от маэстро Карден.

Муж безумно глядел через столик

И, естественно , приревновал.

Он с презреньем сказал: "Алкоголик!"

Я с усмешкой наполнил бокал.

В окруженье принцесс и маркизов

Я одернул манжет, а затем

Графу бросил перчатку и вызов,

А графине букет хризантем.

Я сказал: "Есть большая поляна

За заброшенной виллой в саду...

Для тебя этот день обезьяна,

Станет черным, как ночь в Катманду!

Ты расплатишься, словно в сберкассе,

Алой кровью за гнусный поклеп,

И тяжелая пуля расквасит

Твой набитый опилками лоб.

А когда за заброшенной виллой

Ты умрешь, как паршивый шакал,

Над твоей одинокой могилой

Я наполню шампанским бокал!"

Выбрать книгу по жанру

Орден куртуазных маньеристов (Сборник) - Степанцов Вадим Юрьевич - Страница 428

Связь с нами