"Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 604

До Шарапова я долетел одним прыжком. Не замедляясь, нанёс ему удар, а затем сразу целую серию. Очередь из ударов руками, несколько хлёстких ударов ногами, а в конце — эффектный толчок чистой силой, быстрый и резкий.

Связка была несложной и многократно отработанной. Особенностью была скорость. Она была настолько велика, что пугала меня самого. Одно неверное движение, небольшая ошибка — и велик риск, что я пролечу мимо цели, вписавшись в крепкую стену. На такой скорости это будет чревато серьёзными травмами…

Неожиданностью моя атака стала и для Шарапова. Пусть он и чувствовал мою возросшую силу, он по-прежнему считал меня неопытным мальчишкой, неспособным хоть сколько-нибудь ему навредить. Поэтому моя нехитрая комбинация застала его врасплох. Пару первых ударов кулаками он пропустил, но быстро понял, что происходит, и от последних легко увернулся.

— Неплохо, Марк. Совсем неплохо! Мне даже начинает нравиться. Но скажи мне… Неужели ты хочешь, чтобы я дрался с тобой всерьёз?

— О да, ублюдок, это именно то, о чём я мечтаю!

— Очень глупое желание. Тебе придётся заплатить за это жизнью.

— Сомневаюсь.

Камера в пуговице костюма взорвалась с тихим хлопком. Шарапов избавился от ненужных свидетелей. Это был главный сигнал, что он перестал шутить и взялся за дело всерьёз.

Что произошло дальше, объяснить было почти невозможно.

Мир вокруг меня вздрогнул и распался сразу на несколько частей. По телу спазмом пронеслась боль, колени подогнулись. Шарапов не начал атаку, всего лишь выпустил на волю дремлющую в нём силу. Но уже этого мне было достаточно. На ногах я держался только благодаря силе воле и поддержке Тьмы…

А затем он атаковал.

Ничего запредельного, старомодная рукопашная. Но как он это делал! Его руки, кажется, жили отдельной жизнью. Хитрые выпады сменялись хлёсткими джебами, переходящими в немыслимые боковые. Ничего изящного в его движениях не было. Ни одного лишнего взмаха или шага. Всё чётко и по существу.

Скорость у меня была огромная, реакция — на запредельном уровне. Но я всё равно ничего не успел сделать.

Почти все удары прилетели точно в цель. От Шараповских взмахов руками в зале поднялся ветер, оторвавший меня от пола и с треском впечатавший в стену. Посыпалась каменная крошка, очередная люстра пролетела в опасной близости от моей головы. Доспех, способный поглотить удар практически любой силы, трещал от напряжения, в нём уже не хватало нескольких металлических пластин. Я чувствовал, что в местах наиболее мощных ударов расползаются пятна боли.

Кажется, он умудрился сломать мне рёбра…

Я прошёл через множество драк, но с подобным уровнем мастерства никогда не сталкивался!

Разве может человек драться… так? Может мне просто сдаться? Он — Идеальный, наследник древнего искусства. Мне его не победить…

— Оскурит, соберись!!! — Тьма сиреной взревела в ушах. — Ты преодолел так много только для того, чтобы задницей вытирать с пола пыль⁈ А ну встань и сделай это! Так, как ты всегда делал!

— Мне его не победить…

— Не победить⁈ Ну тогда все, кого ты знаешь, подохнут как дворовые псы!!!

Стены Дворца всё ещё сохраняли прозрачность, и я видел, как наступают Чернота и монстры, понемногу тесня моих друзей. На моих глазах одного из людей Николая Борзова коснулось тонкое щупальце Черноты, и он превратился в кучку пепла.

Стоящая рядом Анастасия с огромным трудом успела увернуться. Только для того, чтобы попасть в пасть адского пса. Челюсти монстра сомкнулись на её бедре. Девушка истошно закричала. Полыхнула вспышка силы, и чудовище отбросило на многие метры. Анастасия тяжело дышала, из раны сочилась кровь.

Сейчас она уцелела. Но сумеет ли она выжить в следующей атаке?

А ещё отделившаяся часть Черноты уже почти достигла Бального корпуса, в котором скрывались Алина и Максим…

Тьма права. Если я сейчас не расправлюсь с Шараповым и не сумею разыграть всю партию в нашу пользу, то все, кого я знаю и люблю, погибнут.

Я не мог этого допустить.

— Вот и всё, Марк. Очень жаль, что ты отказался ко мне присоединиться. Теперь ты не увидишь прекрасный новый мир, который я построю на обломках Империи!

— Слишком… много… слов!!!

Пока он болтал, я собрал все силы, что были, и ударил. Никакой формы и сложных техник, голая энергия, помноженная на силу Тьмы. Но в таком количестве, что могла бы убить и слона.

Это сработало. Шарапов был вынужден отступить на несколько шагов. Мне этого было достаточно.

— Тьма, Жижик! Пришло время продемонстрировать всё, на что вы способны. Если у вас есть какие-то тайные силы или способности, самое время их проявить! Второго шанса может и не быть…

Жижик послал утвердительный мыслеобраз, а Тьма зловеще захохотала.

— Надерём ему задницу, Оскурит!

Тьма чёрным покровом легла на мою кожу, усилив её и уплотнив.

— Очередные фокусы, Марк? Они тебе не помогут!

Он бросился на меня. Двигался он быстро, и мне бы наверняка пришлось нелегко. Но когда он был в паре шагов от меня, его ноги запутались, и он едва не растянулся на полу.

— Что за хрень⁈

Жижик помахал ему лапкой. Моя клякса не теряла времени зря и плотно оплела его ноги. Теперь она была так велика и сильна, что теперь могла сдержать даже Шарапова.

Пока начальник гвардии недовольно бурчал себе под нос, пытаясь избавиться от Жижика, я ударил усиленным Тьмой кулаком, раздувшимся до нечеловеческих размеров.

Удар пришёлся Шарапову точно в нос. По залу разнёсся влажный хруст ломаемой плоти. На несколько мгновений его подбросило в воздух, и я, не колеблясь, довесил ему ещё несколько ласковых оплеух. Таких мощных, что от каждого удара начинали вибрировать окна.

Финальный удар я нанёс ему по голове. Просто ухнул кулаком по темечку, впечатывая в пол. Один в один молоток, ударяющий по шляпке гвоздя!

Атака была мощной. Проверни я что-то подобное на турнире, и мне бы однозначно засчитали победу, а над противником уже корпели бы сердобольные целители.

Но, увы, это был не турнир, а возможности Шарапова были слишком велики.

Его ноги подкосились, он в последнее мгновение сумел удержать равновесие. Его нос был сломан, под глазом расплывался синяк, на лбу расцветала горящая красным шишка.

Никогда не думал, но, оказывается, вид избитого человека может неслабо поднять настроение!

— Да как ты…

Слушать очередную тираду я не стал и приступил к новой атаке.

Сила поднялась во мне волной и обрушилась на него бесконтрольным потоком. На этот раз я дал волю накопленной энергии монстров. Всё-таки не напрасно я вчера ходил в Чёрный дом! Мощь убитых чудовищ рвалась на волю, я не стал её ограничивать.

Энергия ударила в Шарапова. Он мгновенно активировал защитные барьеры, но они лопались как спелые арбузы, брошенные на асфальт. Глава гвардии всю свою жизнь сражался против людей и преуспел в искусстве их истребления. Но сейчас ему приходилось иметь дело с силой, не имеющей аналогов в этом мире. Он делал, что мог, но остановить её не получалось.

Энергия хлестала его, нанося всё новые удары. Красивый мундир начальника гвардии истрепался, в нём зияли дыры. Его кожа была прорезана в нескольких местах, из неё медленно сочилась бардовая и слишком густая для обыкновенного человека кровь.

Тьма тоже не отставала. Её чёрные отростки, десятки и сотни, резали его плоть, превратившись в неостановимую мясорубку. Кровь и клочки плоти Шарапова разлетались во все стороны.

Эх, какое прекрасное зрелище! Вид врага, терпящего поражение, доставлял мне искреннюю радость. Но у меня были другие неотложные дела.

Я развернулся к одной из прозрачных стен. Там, на улице, по-прежнему кипел бой. Несколько бойцов Борзова и наёмников Альфреда пали. Мои друзья держались, но их силы были на исходе. Им была нужна помощь.

Я собрал все оставшиеся силы и ударил по стене. Потом разошёлся и осыпал её целым градом ударов, дополнив взрывными артефактами и силой Камня разрушения. Древняя кладка подалась, медленно осыпаясь. Если бы Император был жив, то мне не удалось бы оставить на ней и крошечной зарубки. Но после его смерти защитная магия ушла, и стена была не плотнее любой другой. Установленные Шараповым блокирующие артефакты действовали на угрозу снаружи и игнорировали меня. Так что скоро в стене образовалась дыра достаточных размеров, чтобы я мог выбраться наружу.