"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 331

Чтобы задобрить Ольгерда и окончательно развеять его страхи на счёт меня, мы заглянули в первую же приличную лавку. Ещё до прихода подавальщиц, я предупредил парня, что накормлю его в любом случае, но если он сможет удивить меня своими рассказами, то сможет сам выбирать что захочет. Он так зачарованно глядел на мясной окорок, от которого хозяин трактира отрезал тонкие пайки, готовя закуску к пиву, что я понял: парень у меня в кармане.

Кормили здесь откровенно отвратно, поэтому я вспомнил те пайки, которые впервые попробовал в виртуале на станции Альфа Новы, вкус у них был примерно такой же. Но все эти негативные впечатления буквально смыло волной пенного янтарного эля с копчеными ребрышками. Да, здесь определённо не стоит питаться, а вот предаваться греху винопития — лучше места не найти!

Ольгерд побаивался сделать заказ, несмотря на то, что я предупредил, что он может выбирать что захочет. И только когда я повысил голос, парень робко ткнул пальцем в большой окорок, заколерованный ароматным дымом и имевшим полупрозрачные прожилки сала.

Как оказалось, подросток впервые пробует настоящую говядину, притом не вареную, а копченую. Он даже не стал прикасаться к ложке чтобы отведать овощного гуляша, сразу приступил к успешному дегустированию мяса. Не спеша, буквально растягивая на волокна ароматное мясо, парень наслаждался трапезой. Из таверны мы вышли сытые и довольные, правда пришлось потратиться.

По поводу денег здесь, кстати, всё было довольно просто. Все деньги чканились местном монетном дворе и были украшены штампом бычьей головы и звались Бык. Например: золотой бык, или серебряный бык. Самой ценной монетой считалась серебряная и обменивалась к золотой в расчёте один к десяти. В свою очередь, золотой бык обмениваться в расчёте один к десяти уже к железному быку. Ну, а мелкая меновая монета каждого из драгоценных металлов отмерялась по весу к своему эталону. На других островах, в ходу были свои монеты правящих домов, но весили и обменивались они по одному курсу.

Так что посидев в трактире и отведав местного пива с довольно недурственным мясом, моя шапка, в которой я хранил деньги за неимением кошелька, похудела на два золотых быка. Как я понял по округлившимся глазам парнишки, когда озвучили счёт, эта сумма была достаточно накопительной. Ну что, пусть будет что вспомнить парню, и рассказать односельчанам, когда он вернется на остров Яблони, повзрослевший и возмужавший.

Мне было очень любопытно взглянуть на бойцовские ямы, которые здесь именовались колодцами, но имея в качестве проводника подростка я не решился показывать ему такие вещи. Хоть я озвучил свои планы посетить эти злачные заведения, но увидев вожделеющие глаза парнишки, пожалел о том, что не сдержал язык за зубами. Значит, чтобы без зазрения совести отправиться поглядеть на местный аналог малой Арены Янг-Рога, мне нужно отвести парнишку под надзор старших сыновей Мьёрха.

Когда мы с ним приблизились к лавке, вокруг которой, я почувствовал, что что-то было не так. Поверх голов покупателей развивались штандарты с изображением головы быка на лиловом фоне. Зачем-то к нашей лавке пожаловали представители конунга. Не стал ходить вокруг да около, а приблизился к прилавку, чтобы послушать, что говорят, как сторонний наблюдатель. Нет смысла как-то выдавать свою причастность к новому производителю, который сильно демпингует цены на свежие фрукты. Ну да, агрессивный маркетинг придуманный не в этом мире, отлично работает.

— Вот, конунг Торд, дивные яблоки южного берега самого Аркрума. — Мьёрх протягивал богато одетому мужчине нож на котором был наколот кусок полупрозрачного очищенного от кожицы яблока.

Значит это и есть Торд Бычья Голова. И в самом деле, авторитетный мужик. В глазах читается проблеск интеллекта, а не грубый гонор басоты из фильмов про девяностые. Вокруг конунга шесть человек разномастно вооруженных и одетых каждый по своему.

Берсекр с двумя топорами, копейщик, имеющий три копья разной длины за спиной, классический мечник с щитом, ещё один мечник, вооруженный двумя короткими гладиусами и в легкой броне, на манер римских гладиаторов, и самой внушительной фигурой был огромный, на полторы головы выше всех присутствующих, богатырь, вооруженный боевым молотом. А вот шестой настолько пытался слиться с толпой и не выделяться, что я заметил его первым: тёмный плащ с капюшоном, который он так и не снял на солнце, и пружинистая походка выдавали в нём классического рогу. То ли я один замечаю странности в его поведении, то ли НПС просто не могли этого сделать из-за узкой специализацией боевика. Но никто кроме меня не посмотрел в его сторону, будто бы его вообще не было.

— Знатные яблочки, медовые, — произнес Торд, перемалывая зубами кусок янтарный плоти фрукта. — И как возите, что они не портятся в море за две седмицы?

— Так и льдом обкладываем и кутаем в шерсть, чтобы дольше холод сохраняла. — Я вышел из толпы, обозначая свое присутствие и причастность к торговле.

Мне нравилось как без меня держался Мьёрх, разговаривая с королем, который может его четвертовать просто за косой взгляд. Не стоит рисковать такими Мыслящими и преданными людьми. Местный конунг повернулся ко мне и расплылся в улыбке найди собеседника.

— Как я понимаю, все предприятия принадлежит вам? — Торд подбросил в ладони ножик на котором Мьёрх дал ему яблоко на пробу и вернул его владельцу.

— Вы правы, уважаемый Торд. Это предприятие целиком и полностью принадлежит мне, а Мьёрх и сыновья наемная рабочая сила. Моё имя Арт Ём, — я протянул руку для рукопожатия, но осекся, когда вместо руки Торда ко мне выдвинулась его личная стража, закрывая собой конунга. Лихо у них служба поставлена! Видимо такой жест как рукопожатие в диковинку для островитян.

— Арт Ём, какое непривычное имя для наших островов. — Торд раздвинул в стороны их стену, видимо посчитав рвение своей охраны излишним. — мне, признаться, крайне любопытен способ которым вы пользуетесь, не откажите если я приглашу вас в Норбьёрк?

Конунг абсолютно не опасался покушение на себя и подошел ко мне похлопать по плечу, как старого друга. Норбьёрком называлась крепость находившаяся на левом утесе, нависшем над морем настолько сильно, что кажется он вот-вот рухнет в волны.

— Отчего не согласиться, если добрый хозяин приглашает, — ответил я.

На самом деле мне туда идти не хотелось, но нужно было как-то отвести удар от предприятия. Мало ли, как поведут себя НПС, если на них надавить, тем более если надавить в пыточной камере. Уверен, такая в Норбьёрке имелось.

Теперь, пятёрка охранников окружила уже нас двоих не подпуская, праздных зевак, а тот, как я его назвал про себя, ассасин всё так же крутился где-то неподалеку в толпе. Увы, для передвижения по городу никакого транспорта для местного короля предусмотрено не было, а спрашивать почему я воздержался.

Зато мне понравилось устройсво входа в замок. До этого предполагалось, что нам придется долго и муторно топать в гору, по несильно пологому склону. Но нет, всё оказалось гораздо хитрее: возле скалы распологалась площадка, с золотой трубой идущий вверх. Когда наша процессия приблизилась, лифтер, как оказалось, прокричал что-то в трубу выходящую вверх по склону до самого замка и оттуда вниз начала спускаться люлька размерами с грузовой лифт.

Чем больше я вижу, тем больше рождается вопросов, ведь это сложно с технической точки зрения. Когда люлька опустилась, наша восьмёрка зашла на борт и лифтер снова что-то глухо прокричал в золотую трубу, служившую примитивным средством связи. Люлька дернулась и сначала медленно, а потом всё больше набирая обороты, начала подниматься вверх. Вид, надо сказать, отсюда на утренний город просто великолепен. Солнце играло бликами на бирюзовых волнах моря, кое-где печные трубы выбрасывая белый дым в голубое небо. Темно-изумрудные хвойные леса виднелись по контуру и покрывали склоны гор, где их разбавляли проплешины пастбищ для скота. Ну чем не горы Финляндии или Ирландии? Море горы и леса, на высокогорных лугах пасутся туры, коровы и прочая травоядная живность.