"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 566

Тебя выпорют, кинн! Как нерадивого раба выпорют! Хотя, ты такой и есть, нерадивый раб. Портишь лучшие продукты в эмирате, продукты ценностью выше твоей головы! — сетовал старый Ильхами, слегка нервируя Дима.

Не щадя молотка, парень разбил толстые трубчатые кости, посыпал их мукой и сунул в жаровой шкаф. Туда же отправились и крупно порезанные морковь с луком.

Ты решил кормить эмиров костями? — насмехался старик. Он выставил варить рис и сейчас, закурив трубку с длинным мундштуком, уселся, наблюдая за метаниями ученика. — До приёма ещё восемь часов, мясо зачерствеет, а груши размякнут! — кроме едких комментариев у старого Ильхами нашлись и слова здравого смысла.

Кратко поблагодарив наставника, Дим убрал и мясо, и фрукты в холодильный шкаф. Зарумянившиеся кости и овощи пошли в котел с водой, а затем специи и сброженный виноградный сок. Он, кстати, явственно имел в себе алкоголь — табу для салафов, но хитрые халифатцы обходили этот запрет: добавляли в него мед и специи, нарекая щербетом. Это уже не запрещенный алкоголь, а лекарство. Туда же отправился и щербет.

За восемь часов мясокостный бульон был уварен до состояния сиропа, на вкус этот концентрат оказался терпким от вина и неприменим в чистом виде. Слишком сильный вкус, но то и требовалось от концентрата. За это время распакованная говядина пропиталась ароматом перца, а груши вобрали в себя аромат корицы и мёда. Дим выложил основной продукт на противень, чередуя между собой ломти пряного мяса и сладких груш, а затем перевязал собственное блюдо пеньковой веревкой.

Смешав красный бульонный концентрат с кисло-сладким шербетом, молодой кулинар взглянул в глаза старому повару и, прочтя в них неодобрение с интересом, кистью промазал получившимся составом уже готовое блюдо. Дим был практически уверен, что всё сделал правильно, но ощущение того, что что-то может пойти не так, не покидало его.

Удивительно, но инфокарта симуляционного анализа механика помогала не только в работе с ботами, но и в готовке показывала примерные характеристики блюда.

Говядина с грушами. Блюдо. Повар: Дим Сэт

Состав: Говядина, груша, мясокостный бульон, вино красное сухое, морская соль, пряности.

Вес: 3.420гр.

Калорийность: 845Ккалл/100гр.

С этой особенностью серебряной тарированной перфокарты Дим познакомился во второй день, когда пресытившись рисом с мясной подливой и с сырыми продуктами начал экспериментировать, смешивая вкусы. Такой эффект от инфокарты не мог получиться без анализа Системы, что лишний раз доказывало — изолированные видео часть все уже работала в захваченном форте Нарын-Кала.

В форте Черный утес Дим уже общался с ее искусственным интеллектом, восхищался способностями к анализу человеческих психоматриц. И что уж кривить душой — только благодаря Системе и он, и Ром до сих пор были живы. Именно Система была его покровителем и, наверное, главным союзником в стане врага. Ром не в счет — он инструмент и если того потребует ситуация, Дим пожертвует им.

Укутав свое творение в фольгу, Дим выставил в жарочном шкафу температуру в сто шестьдесят градусов и тут Ильхами эфенди схватил его за руку.

Ты прав, Улус, я почти не учил тебя. Позволь хоть сейчас немного загладить вину и дать тебе совет, — по слегка трясущейся челюсти старика Дим понял, что слова признания дались пожилому повару не просто.

Да, учитель, — тоже ответил Дим. — Научите меня ремеслу.

Лук, — скупо ответил старик, указав на плетеную корзину с овощами. — Почисть пару головок и заверни их вместе с блюдом. Влага овоща не позволит пересушить мясо.

Поблагодарив поклоном старика, Дим тут же исполнил его совет. Прошлый раз мясо и в самом деле получилось жёстким, и будь у него даже десять нейроинтерфейсов, вряд ли они смогут заменить многолетний опыт султанского повара.

Дим нервничал в ожидании эффекта от блюда. Его так и подмывало открыть духовой шкаф, и развернуть фольгу, чтобы узнать, как идёт процесс, но Ильхами отсекал ученика в такие моменты.

Откроешь сейчас и выпустишь жар, откроешь фольгу и выпустишь пар, — наставлял Дима Ильхами эфенди. — Оставь свое варево дозревать, все равно переделать блюдо ты уже не успеешь.

Пришли слуги выносить блюда к трапезе шехзаде и его гостей, но мясо еще томилось в духовом шкафу. Нервы у прежде спокойного Дима начали пошаливать, но наставник был уперт.

Еще раз, кинн, потянешься к ручке духового шкафа, и я тебя выпорю!

Для убедительности Ильхами эфенди схватился за кнут, что прежде висел на стене.

Когда слуги пришли во второй раз, Диму все же досталось вдоль спины от учителя. В глазах потемнело, а ноги подкосило от боли. Кнут рассек и просторный халат, и кожу под ним, а Дим впервые осознал, что его шпионские игры не просто забава.

Тебя прежде не пороли? — удивление в глазах Ильхами эфенди читалось вместе с подозрительностью.

Отпираться не было смысла, старик по-хозяйски сдернул рассеченный халат, обнажив спину ученика.

Нет, учитель, — ответил Дим, пытаясь встать на трясущиеся ноги.

Такого не может быть! — возмутился старик. Удивление в его глазах исчезло, и теперь он источал только подозрительность. — Кто был твой прошлый хозяин, прежде чем ты попал на кухню?

Шестеренки в голове Дима захрустели точно несмазанный механизм.

Вилайет (Примечание: Вилайет — правитель военно-административной единицы в Эмиратах Салаф) Чагатай, — запинаясь, выпалил Дим. Прошлое Улуса, которое он заучивал, как свое собственное, выветрилось из головы под натиском страха.

Господин Чагатай суровый муж, ты хочешь сказать, что под его началом тебя не пороли? — кнут в руках старого повара зашевелился по полу, точно чёрная змея, выдавая намерения хозяина.

Его советник наказывал. Но не порол розгами, господин! — Дим приходил в себя и импровизировал, придумывая на ходу.

Да, уже завтра его ложь рассыплется, точно карточный домик, но если не соврать сейчас, до завтра Дим может и не дожить.

Какой именно его советник? — не дал уйти от ответа Ильхам эфенди. — Говори!

Я не знаю его имени… — Дим буквально ощущал, как ходит по ступеням эшафота в своей лжи. Откуда он может знать имя советника одного из десятков градоначальников молодого шехзаде Селима? Он то имя самого санджак-бея вспомнил с трудом.

Как не знаешь? — подозрение в устах старика переросло в издевательскую насмешку. Для себя он уже всё решил, а сейчас просто тыкал Дима лицом в смрад кривой лжи, показывая какой жалкой была попытка обмануть старого придворного.

Его никогда не представляли, и он всегда скрывал лицо! — Дим говорил почти не останавливаясь. Вместо того чтобы признать то, что он не тот за кого себя выдает, бросился в пучину еще большей лжи, которая и так нарастала как сель в горах.

Тут Дим понял, что попал в точку. Лицо у его наставника изменилось, кнут в руках перестал угрожающе извиваться.

А ты умён, гораздо умней других рабов. Ты прекрасно знаешь его имя и его историю, но тебе хватило мозгов не называть его имя. Повернись, — приказал старик, но уже гораздо легче, и Дим повиновался.

Пальцы старика проведи по загривку Дима, и в груди вновь похолодело. Там находился ещё до конца не заросший шрам от вживления чипа нейроинтерфейса, и с каждой секундой молчания старика Диму становилось всё хуже.

Вали Кюрт суров, но видит Луноликий, розги милостивее его методов воспитания. Плен у отступников Эмирата Магриб сильно сказался на этом великом полководце, принесшем практически в одиночку победу над отступниками. Хотя кому я все это рассказываю!? Кинну! — вовремя опомнился Ильхами эфенди. — Доставай свое кушанье, кинн. Сейчас я распоряжусь чтобы тебе принесли подобающий наряд. Если твои обноски кинна оскорбляют мои глаза, то что говорить о великом шехзаде Селиме?

Стоило Диму потянуть на себя массивную дверь духового шкафа, как в нос ударил гармоничный букет из ароматов, смешивать которые раньше казалось безумством. Мёд, карамелизованый на припущенных ломтиках груши, аромат томленого мяса в ярких специях и легкая виноградная кислинка от щербета.