"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 786

Если портал уже активизирован, значит, босс в нетерпении. Нужно поторапливаться!

Встаю на плиту и привычно шагаю в пространство, где меня встречает холодный ветер, скользнувший в складки одежды, шелест листвы и молодой стажер.

– С прибытием…

Киваю, и, торопливо перебирая ногами в высокой траве, иду следом, попутно оглядывая место и вдыхая ароматы трав.

– Городской парк?

– Да, – кивнул парень и пояснил: – Западная часть, сюда почти никто не ходит. Слишком далеко от главного входа с центральной аллеей… – Он передернул плечами, а затем еле слышно буркнул: – И жутко.

Впереди показалась группа людей. Впятером стояли они тесным кружком и о чем-то негромко переговаривались.

– Консультант прибыл, – сухо доложил начальству мой сопровождающий и заспешил к темно-серым высоким палаткам, виднеющимся в стороне.

– Кошмарной ночи, – поприветствовала я мужчин, вставая вместе со всеми в кружок.

В темноте было сложно узнать всех присутствующих, но это в мою задачу и не входило. А невысокую коренастую фигуру начальника я узнаю из тысячи таких же и в более темных условиях.

– Ангел, – приветливо кивнул босс, протягивая смятый клочок бумаги, – глянь на это…

Мужчина, стоящий справа, щелкнул пальцами, создавая небольшой шарик света. Поблагодарив за помощь, стаскиваю перчатки и разворачиваю мятый комок.

– Писал мужчина, – докладываю негромко, старательно вглядываясь в записку. – Сильный наклон – однозначно левша. У него небольшое искривление позвоночника, из-за чего левое плечо немного выше правого, что характерно, на правую ногу он опирается с большим весом. Опытный следопыт может заметить разницу в отпечатках подошв.

Сильный нажим пера и особенности некоторых букв подсказывают, что человек энергичен, подвижен и весьма эмоционален. Могу даже предположить, что это молодой парень – в возрасте до двадцати четырех лет, бесшабашный и самоуверенный. Чернила не представляют интереса, а вот бумага странная – высшего сорта. Советую отдать на полный анализ волокна.

Поднимаю голову и осматриваю задумавшихся мужчин. Все в капюшонах, плащах, но продрогли даже сильнее, чем я.

– Как думаешь, шифр? – низким голосом спросил один из них, плотнее запахивая на груди плащ.

Я повертела бумажку в руках, внимательно вглядываясь в плохой почерк писавшего. Они что, действительно считают, что банальный список покупок может быть хитроумно засекреченной шпионской перепиской?

– Нет, – опускаю подбородок, скрывая не вовремя появившуюся улыбку, и только совладав с эмоциями, поднимаю голову, чтобы возвратить улику мужчине. – По мне, так это скучнейшие в мире каракули.

Сотрудники отдела переглянулись с шефом, и только после многозначительных перемигиваний тот как бы между прочим полюбопытствовал:

– Ужинала не слишком плотно?

Тяжело вздохнув, достаю пузырек с противорвотным, ибо, если босс спрашивает об ужине, значит, осматривать придется труп.

– Тяжело быть шибко умной и догадливой, – тихонько буркнула себе под нос, присаживаясь на корточки рядом с покойничком.

Кто-то из мужчин помог стянуть с жертвы покрывало и отступил подальше, чтобы не мешать порядком удивленному консультанту.

– М-да… – протянула я, дергая завязки плаща и откидывая его в сторону, чтобы не запачкать в крови. – И впрямь, аппетитного мало…

Неизвестный был располосован на две части, по срединной линии тела начиная от шеи. Отодвинутая в стороны кожа на животе давала превосходный обзор внутренних органов, ребра разворочены и торчат вверх. Если бы не зелье, то лицезреть бы окружающим процесс прощания желудка с пищей, а так пока держусь.

Кстати, чья-то рвотная масса уже украшает лужок неподалеку. Интересно, и кто это у нас такой впечатлительный? Вроде босс не держит у себя неженок. Да и в управление порядка отбираются только те, кто и не такие кошмары видывал.

– Его нашел гражданский? – поинтересовалась я, надевая маску и приступая к осмотру тела.

На улице было очень холодно, и несмотря на то, что костюм активировал одно из плетений и поддерживал нормальную температуру, руки и лицо нещадно мерзли под порывами ветра.

– Можно сказать и так, – кивнул помощник босса по прозвищу Гамбит. – Один из стажеров пошел с группой на задание, удалился по зову природы, а тут…

– Разделанный кусок мяса стал орать «занято»! – неловко пошутила я и вопросительно посмотрела на сосредоточенно хмурящего лоб шефа. – Кстати, а с каких пор стажеров вместе с основной группой посылают? Помнится, меня оставляли сторожить кабинет, несмотря на все заверения в моей боеспособности.

Мужчина сердито посмотрел на консультанта сверху вниз:

– С тех самых, Ангелочек, как студенты твоего любимого Универа магии и ворожбы начали отмечать начало учебного года, воссоединение друзей и прочую фигню. – Его правая щека едва заметно дернулась. – Из-за твоих коллег по парте, их постоянных попоек и нарушений, – продолжил негодовать начальник управления, – половину моего отдела отправили на помощь обычным патрульным! Подумать только, – печально покачал головой он, – мои элитные бойцы вынуждены возиться с этим детским садом…

Я улыбнулась и, прикрыв ехидство серьезным тоном, поинтересовалась:

– Напомнить, когда у нас церемония по поводу сдачи практики?

– Не надо, – переступая с ноги на ногу, чтобы хоть немного согреться, помотал головой мужчина. – Мои ребята этот черный день календаря обвели во всех ежедневниках…

Улыбнувшись, я сняла уже ненужную маску, подышала на озябшие во время осмотра пальцы и встала.

– Мужчина, двадцать три, может, чуть больше, – надевая плащ, принимаюсь делиться наблюдениями. – Одежда, ботинки, одеколон – все новое и, безусловно, дорогое. Значит, труп при жизни имел или солидный счет в банке, или дико богатых родственников. На пальцах следы чернил – скорее всего, работал он в типографии. – Обхожу тело по широкой дуге. – На мысках ботинок крошки гранитной взвеси. Возможно, незадолго до смерти побывал в какой-то пещере или гроте.

Мужчины непроизвольно кивнули, подтверждая мои догадки, и покосились чуть в сторону от виднеющихся невдалеке палаток.

– Вот тут, – осторожно указываю на край куртки, припорошенный желтой пыльцой, – налипшие лепестки. Значит, либо наш неизвестный страдал изощренной манией топтать по ночам городские клумбы, либо сидел в засаде среди ароматно благоухающих кустов и нервно ощипывал лепестки.

– Хм…

Один из присутствующих мужчин вытащил из кармана небольшой блокнот и принялся что-то в нем быстро черкать. Все остальные также продолжали с интересом смотреть на меня в ожидании еще какой-нибудь полезной для дела информации.

Пришлось продолжать делиться наблюдениями.

– Думаю, на бедолагу напали двое, – осматривая примятую траву возле трупа, сообщила я. – Один удерживал магически и попутно развлекался тем, что ломал трупу пальцы, возможно, пытал. Когда пальцы закончились, в игру вступил второй, демонстрируя повадки самого настоящего зверя.

– Почему зверя? – удивился Гамбит, тоже доставая блокнот.

Еще раз смотрю на развороченную грудь жертвы, пытаясь подобрать слова.

– Способ и рана нетипичны, – пояснила я. – Края рваные, ножом так не разрезать. Есть ощущение, что его терзали когтями, пытаясь добраться до внутренних органов.

– Так, может, это дикое животное? – спросил один из мужчин.

– Отпечатков следов лап на теле и траве нет, – качаю головой. – Не знаю, как вы, а я себе хищника-эстета, ужинающего с повязанной вокруг шеи салфеткой, представить не могу, – улыбаюсь и развожу руками. – Да и потом, животное, решившее поживиться чьими-нибудь внутренностями, будет их вырывать зубами, а здесь… Вы, кстати, в курсе, что у парня аккуратно вырезан желудок?

Лица присутствующих заметно вытянулись, давая понять, что отчет медиков оперативники управления еще не получили. Не сговариваясь, мужчины склонились над телом, с повышенным интересом разглядывая внутренности жертвы.