"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Фомин Олег Геннадьевич - Страница 812

Одна рука мужчины прижала меня к голой груди и поползла по спине вверх. Вторая же рука осталась удерживать позиции и вроде как опять сжала пальцами незащищенную пятую точку, но в этот раз больно не было.

Можно даже сказать, приятно было…

– А теперь проверим, насколько ты темпераментная, девочка, – самодовольно улыбнулся Хорст и… укусил меня за оголенное плечо.

Ухватившись за спинку стула, я зло зашипела и приготовилась вцепиться Темному в белобрысую шевелюру, но неожиданно парень сильным рывком наклонил меня назад. До упора прогнувшись в талии и зацепившись ногами за ножки стула, я неожиданно ощутила волнующее касание чужих губ на своей шее.

– Ну что, Зазнайка, поговорим? – не переставая осыпать меня поцелуями, прошептал Хорст. – Признаюсь, ты заинтересовала меня еще в первый день. У тебя красивые ножки, – правая рука по-хозяйски ощупала бедро, – наглые глаза и… удивительная осанка. Чересчур правильная, я бы даже сказал, скованная, – руки вернулись на талию, – но сейчас ты двигаешься, сидишь и наклоняешься, как гибкая кошка.

Я вздрогнула и попыталась отстраниться, но кто же будет спрашивать хрупкую девушку, угодившую в лапы озлобленного Темного?

Парень откинулся на спинку стула, притянул меня к себе, попутно убирая мои руки за спину. Я застыла, проклиная себя за то, что решила играть в «кошки-мышки» не с тем парнем.

И ведь даже по шее ему съездить нельзя – вот-вот должны явиться Чиф и компания, а по сюжету Хорст должен меня соблазнять, а не зажимать разбитый нос.

Чужое дыхание обожгло шею и ухо.

– У меня много вопросов, Зазнайка, – интонации в голосе Темного не предвещали ничего хорошего. – Почему ты знаешь то, что не должна знать обычная студентка? Кто научил тебя так хорошо манипулировать другими? Почему ты носила корсет, помогающий сращивать позвонки? – Руки Хорста скользнули вниз и начали забираться под ткань коротких шортиков. – Я получу ответы на эти вопросы… но сначала, так уж и быть, подыграю маленькой дерзкой девчонке, возомнившей себя незнамо кем. – Темный прикусил край моего ушка и шепнул: – Что ты там просила? Немного страсти?

Он выпустил на волю мои руки, зато обхватил затылок и принялся настойчиво целовать, пытаясь проникнуть языком как можно глубже.

Я сцепила губы и на умелую провокацию не поддавалась, хотя очень хотелось. Просто в какой-то момент элементарно испугалась, что не смогу вынести этот нестерпимый, яростный напор.

Хорст был не только страстным, но и ненасытным. Как оказалось, владеть одними губами ему было мало, он хотел меня всю и сразу, здесь и сейчас. Или это уже я хотела, чтобы он хотел?

Я прикусила губу, чтобы позорно не застонать, в то время как Темный спустился ниже, покрывая стремительными поцелуями все участки голой кожи, которые мог найти.

Чиф, родненький! Беги быстрее, иначе я за себя не отвечаю!

Словно в ответ на мои молитвы в комнату ворвался долгожданный спаситель. Вместе с ним забежали трое боевиков, за их спинами маячила обеспокоенная Натка.

– Лина?

Вот тут по схеме «Тисольского кукловода» я должна была оттолкнуть Темного с криками «Убери от меня лапы, урод!», но Хорст опять начал целовать мои губы, и я как-то… отвлеклась…

Да и Крысеныш ничего не знал о дальнейшем развитии сюжета, он просто целовал и…

Гребаный Скол, как же мне не хотелось его отталкивать!

С каждой секундой превосходная схема развода грозила перерасти в фарс. Фраза «Ребят, валите танцевать и не мешайте!» так и рвалась с языка, но, на мое счастье, Чиф взбесился раньше.

– Эй, ты, урод стероидный, – зло крикнул он, – убери от нее свои грязные лапы!

Темный замер, оторвался от моих почти покорных губ и посмотрел на боевика:

– Что ты сказал?

– Отвали от нее, придурок, – рыкнул Чиф.

И тут я все-таки вспомнила о «Тисольском кукловоде».

Оттолкнув Темного, быстро вскочила и, громко всхлипывая, побежала за спину боевиков, а там уткнулась в плечо подруги.

– Ната, я не хотела, а он… – И снова громкий жалостливый всхлип.

«А действительно, жа-а-алко», – неудовлетворенно вздохнуло либидо, поняв, что больше этим вечером ловить нечего.

Хорст медленно и величественно поднялся на ноги.

– Не нарывайся, Светлый!

У Чифа снесло башню.

– Я тебя урою, мразь! – заорал он, снимая куртку. – Ты у меня кровью харкать будешь и под себя ходить!

– Кишка тонка, – спокойно и очень уверенно усмехнулся Хорст.

Боевик сжал кулаки и приготовился ударить первым, но я вовремя оторвалась от груди Натки и повисла на правой руке парня.

– Чиф, умоляю, не надо! – повисая на другой руке, взмолилась ведьма.

– Да, Чиф, только не здесь, – поправила я подругу. – Если вас застанут дерущимися в подсобке, у Руфуса будут неприятности.

– Плевать! – взревел боевик.

– Ну, подумай сам, – взволнованно принялась я «отговаривать» парня. – Вы начнете драться, набегут сотрудники правопорядка, а мы в клубе нелегально!

– Чиф, давай как-нибудь по-тихому…

– Да! – поддержала я подругу. – Вернемся в универ!

Боевик немного остыл и раскатисто засмеялся:

– Что, Темный, сам за себя постоять не можешь? Прикрываешься девушками?

Хорст стоял спокойно, полностью уверенный в себе, невзирая на расстегнутую рубашку, следы красной помады на губах и взъерошенные светлые волосы.

Он явно считал себя хозяином положения.

– Назови место и время, и я покажу, насколько ты заблуждаешься, – противно ухмыльнулся блондин.

Ну, если честно, после этих надменных слов мне тоже дико захотелось его стукнуть, но я сдержалась, потому как пришлось сдерживать еще и Чифа.

– Я тебя урою, Темный!

– Это мы уже слышали, – снисходительно кивнул Хорст и прищурился: – Или ты крут только на словах?

Боевик дернулся, как от удара, и повелся на провокацию.

– Через три часа, – выдохнул он. – Думаю, арена четвертого полигона подойдет.

«И вместит всех желающих посмотреть на этот сказочный бой!» – возликовало чувство наживы.

Хорст кивнул, принимая назначенный вызов, подарил мне тяжелый взгляд и вышел.

Глава 9

Трибуны арены четвертого полигона были забиты под завязку, а все почему? Потому, что кое-кто вовремя подключил к делу главную сплетницу универа – Веронику.

В колонках гремела музыка, сообщая, что до начала долгожданного боя остаются считаные минуты, а все почему? Да потому, что кое-кто вымолил у Руфуса полный комплект оборудования – ну чтобы «самую малость поиграть в его игрушечки».

Короче, кое-кто – гений, продумавший все организационные моменты, кроме одного – перед боем следовало поговорить с Крысенышем.

Но я, как истинный студент, откладывала это на самый последний момент, постоянно отвлекая себя ненужными уже мелочами, а время шло. И вот когда истекли все сроки и затягивать было уже некуда, я пошла сдавать.

В смысле сдаваться!

Решительно толкнув дверь в раздевалку, где перед боем обитали Темные во главе с Крысенышем, я зашла внутрь и принялась командовать:

– Быстренько прощаемся с Хорстом и идем занимать места на трибуне. – Парни обернулись в мою сторону и смерили тяжелым взглядом. – Ну, не расстраивайтесь, потом вместе помянем… В смысле, победу отпразднуем!

На меня посмотрели как на врага народа и даже, похоже, собрались бить, но неожиданно вмешался Хорст.

– Зазнайка права, – поднимаясь со скамейки, сказал он. – Вам уже пора на трибуну.

Темные гуськом дружно потянулись к выходу, оставляя нас наедине.

– Ты мой друг до тех пор, пока я вам помогаю, – на всякий случай прошептала я. – Помни это.

Крысеныш закрепил эластичный бинт, скрестил руки на груди и смерил меня тяжелым взглядом. Минуту мы стояли молча, а потом блондин ухмыльнулся, причем так гадко, как умеет делать только он.

– И в чем же будет заключаться твоя так называемая помощь?