Злодейка, разыгравшая свою смерть (СИ) - Лин Элли - Страница 44

Нет, Рина видимо не врала, когда говорила, что ей не дали выбора. Если за всем стоит «бог», то он мог сделать все специально. Например, чтобы Китран заведомо относился к этой девчушке с опаской. Неужели «бог» пытался дать им возможность объединиться, чтобы вместе сразить настоящее зло? Ведь если Нагата пробудится по чьей-то прихоти, то виновник его пробуждения еще большее зло, чем сам король демонов.

— Значит, Рину нельзя убивать, потому что она посланница бога? Но при этом она и не святая… Это связано с тем, что бороться ей предстоит со святым рыцарем?

Как же все было запутано!

Китран снова ровно сел за столом и нехотя, через силу вернулся к первой странице лежащей перед ним книги. Это была та история, хорошо знакомая каждому в королевстве Эндейм — легенда о короле, змее и глупом маленьком принце. Китран пролистал историю снова, пока не остановил взгляд на рисунке в конце. Здесь было изображено огромное дерево, на котором цвел один единственный плод. Принц дотянулся и готовился сорвать этот плод в виде чудесного красного яблока, вот только мальчик в тот момент не догадывался, что этот поступок навсегда изменит к худшему его жизнь.

Китран внимательно присмотрелся. Был ли этот принц на самом деле так глуп, как о нем говорят? Может, на самом деле он был одурманен и не мог противиться зову висящего на ветви яблока? А что, если все и было задумано так, чтобы пришедший из иного мира ребенок сорвал плод священного дерева? Это ведь и был способ передать проклятье и выбрать нового повелителя демонов.

Конечно, Китран был не первым, кто уже думал так. Вот только ни перед кем из представителей рода Акария никогда не появлялся человек, что олицетворял собой тот самый запретный плод. Рина ведь и была как то проклятое яблоко — она могла оказаться спасением, а могла быть величайшей отравой и злом… Ну и как же Китрану все это расшифровать?

Он всегда был далек от богов, поэтому никогда не понимал, чего те желают. Он и себя самого с трудом понимал! Но, если подумать, сейчас он понимал только одно: отныне повелитель демонов не мог доверять не только Рине, ему и себе самому (своим глазам, голове и рукам), ничему теперь верить нельзя.

Что, если он и правда следил за Риной по собственной воле? Может, он не пытался найти Эйрену, чтобы с ней разобраться, а лишь желал найти способ Рину рядом с собой удержать? Зачем он использовал тот не доработанный прототип Ока Баресса на самом деле? Просто воспользовался знанием того, что Эйрена захочет вернуть себе артефакт матери?

Китран захлопнул книгу от злости, потому что уже начал догадываться.

По всей видимости, он и Нагата уже давно действуют как одно существо. Как и Рина стала частью Эйрены, так и они с Нагатой начали влиять друг на другу из-за появления Рины. Именно это и мог хотеть сказать «бог».

Приподняв руку, демон раскрыл ладонь, после чего выпустил из нее красный шарик. Когда-то этот шар был размером с ушко иглы, позже уже напоминал собой бусину, а сейчас он размером с его полноценный кулак. Именно сюда демон всегда прятал все порочные и злобные проявления эгоизма Нагаты. Здесь была его жажда крови, желание поглощать, убивать, мучить… Китран всегда прятал все плохие проявления своей личности в этот шар, но он ни разу не думал, что если он хочет по-настоящему лишить свое тело влияния Нагаты, то должен в этот шар заточить и все хорошее, что когда-то нес в себе змей. Вот только какой смысл прятать то, что и делало тебя тобой?

Рина и Эйрены, Китран и Нагата… Кто из них на самом деле живой?