Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ) - Голон Серж - Страница 445

— Подумать только, иезуиты считали его неумным, — произнесла Анжелика, как бы беря в свидетели аббата де Ледигьера. — Любопытно, по каким свойствам души они определяют хорошего преподавателя?

— У Флоримона не вполне обыденный ум, это и сбивает их с толку.

— Если они не способны ни понять его, ни развить, разве это достаточный повод, чтобы душить его любознательность? Я тебя пошлю учиться в Италию, — обратилась она к Флоримону. — На берегах Средиземного моря можно набраться всей имеющейся на свете премудрости. Но тому, что тебя занимает, лучше всего учиться у арабов. Слово «алхимия» — арабское. И в китайских книгах можно многое почерпнуть.

Так в первый раз она заговорила о путешествии на острова Леванта. Шарль-Анри прильнул к ней. Он был на вершине блаженства. Дождь между тем барабанил по листве, ветер налетал порывами с шумом, похожим на гул морского прибоя.

Затем Анжелика завела речь о том, как она ослушалась короля.

— Его Величество запретил мне покидать столицу. Как ты знаешь, я все-таки улизнула. Но теперь все уладится. Король меня прощает. Он просит меня возвратиться ко двору. Я послала Молина к нему с письмом. Пройдет совсем немного времени, и солдаты, которые нас так измучили, будут наказаны, а в крае воцарится спокойствие.

Флоримон слушал ее со вниманием.

— Так вам ничто не угрожает? Ни вам, ни Шарлю-Анри?

— Уверяю тебя, нет, — улыбнулась она, пытаясь отогнать тягостные предчувствия.

— Я очень рад, — с облегчением промолвил сын.

— Значит, ты уже не хочешь уехать?

— Нет. Вы же говорите, что все устроится.

Они вернулись очень поздно. Барба уже волновалась. Ведь в эту пору опасно ходить в лес: можно встретить волка… Она уже чуть не померла. А в каком состоянии одежда малыша! Бедняжка, да он не стоит на ногах! Он не привык так поздно ложиться.

— Ну же, успокойся, — урезонила ее Анжелика. — Твой любимчик объелся ежевикой и развлекался, как сказочный принц. Успеет выспаться: ночь еще не кончилась.

Действительно, ночь еще не кончилась, роковая ночь для замка Плесси.

Глава 15

Анжелика уже начала раздеваться, когда ей послышался стук копыт одинокой лошади у ворот замка. Она замерла и прислушалась. Затем, вновь затянув шнурки корсажа, вышла из спальни, открыла створку большого окна и выглянула. Она успела увидеть всадника, канувшего во мрак главной аллеи.

Кто это мог быть? Затворив окно, она задумалась. Потом решила спуститься вниз, выспросить у слуг, что же произошло. Но сначала поднялась на несколько ступенек и тихонько приоткрыла дверь спальни Флоримона:

— Ты спишь?

Только что, прощаясь с матерью, он пожелал ей доброй ночи, глаза его блестели, и он прижался к ней:

— Матушка! Ах, матушка! Какой славный день! Как я вас люблю!

Из его густой шевелюры торчали травинки, от него пахло лесом, и она, смеясь, поцеловала его в оцарапанную щеку.

— Спи, сын мой. Вот увидишь, все будет хорошо.

Сейчас она подошла к кровати. Постель была не разобрана и не смята. Не было ни одежды сына, ни его шпаги, ни плаща. Не помня себя, Анжелика ринулась в соседнюю комнату, где спал аббат де Ледигьер.

— Где Флоримон?

Молодой человек, протирая спросонья глаза, удивленно пробормотал:

— Как же… В спальне!

— Его там нет! Вставайте, живо! Надо его найти!

Они разбудили Лена Пуару и его жену, храпевших в закутке у кухни. Те ничего не видели. Да и что может произойти после полуночи?

Анжелика набросила на плечи плащ и в сопровождении поспешно одевшихся слуг побежала в конюшню. У фонаря лохматый мальчик-слуга, напевая, грыз засахаренный миндаль. Около него на скамейке лежал целый мешок этого лакомства.

— Кто тебе это дал? — закричала Анжелика, уже зная ответ.

— Мессир Флоримон.

— Ты помог ему оседлать лошадь? Он ускакал?

— Да, сударыня!

— Дурень! — закричала она, отвесив ему пощечину. — Господин аббат, скорее на коня! Верните его!

Аббат был без плаща. Он поспешил к замку, а в это время Анжелика, бранясь, торопила мальчишку, медлившего седлать другую лошадь.

Пока он там пыхтел, она выбежала на большую аллею, еще надеясь услышать стук копыт. Но было тихо. Только ветер шевелил палую листву. Она закричала:

— Флоримон! Флоримон!

Ее зов утонул во влажном воздухе ночи. Лес остался глух.

Появился аббат.

— Поспешите! — с мольбой бросилась к нему Анжелика. — Как только выберетесь из парка, прижмитесь ухом к земле. Так вы узнаете, в какую сторону он поскакал.

Оставшись одна, она постояла в нерешительности, не зная, следует ли ей тоже оседлать лошадь и мчаться на поиски Флоримона. Но тут тишину ночи прорезал печальный звук рога. Она прислушалась к мелодии: это было «Улюлю»!

Клич повторился, он звучал снова и снова, все более отчаянно. Эхо не успевало замереть, и лес наполнился трагическим гулом.

Анжелика похолодела. Она подумала о Флоримоне, который, возможно, отправился туда за своим другом Нафанаилом. Внезапно в круге света от тяжелого чугунного фонаря над воротами возник всадник: она даже не услышала его приближения.

Это был запыхавшийся аббат:

— Драгуны идут!

— Вы встретили Флоримона?

— Нет. Солдаты преградили мне дорогу. Я был вынужден вернуться. Их очень много, и они идут тесными шеренгами. Командует ими Монтадур. Они направляются к замку Рамбур.

Рог все не умолкал, трубил безнадежно, оглушительно, словно моля о помощи.

Анжелика поняла, что произошло. Драгуны короля, должно быть, отступали под натиском протестантских отрядов. Доведенные до отчаянья, зная, что зажаты лесами и болотами, они стремились в знакомые места.

— Надо идти туда! — сказала она. — Рамбуры нуждаются в нашей помощи.

Она подумала о Флоримоне: «Не в добрый час он попал в это осиное гнездо!»

Вместе с молодым священником она вскарабкалась на холм, где стоял протестантский замок. Уже чуть светало. На полдороги они столкнулись со стенающей кучкой людей. Это была госпожа де Рамбур с детьми и служанками.

— Госпожа дю Плесси, мы бежим укрыться у вас. Драгуны идут с зажженными факелами. Они пьяны, разнузданны. Они подожгли наши службы и, наверное, будут нас грабить.

— А Флоримон не с Нафанаилом?

— Флоримон? Откуда мне знать? Я не знаю даже, где Нафанаил.

Обернувшись к детям, она простонала:

— Где Нафанаил? Где Ревекка? Я думала, что ты, Иосиф, дал ей руку…

— Я держу за руку Сару.

— Боже мой, значит она отстала! А ваш отец?

Бедняжка шаталась, придерживая руками живот. Ей осталось несколько дней до родов.

— Идите ко мне, — решила Анжелика. — Господин аббат вас проводит. Я поднимусь наверх и посмотрю, что там делается.

Она вскарабкалась на высокий отрог у старого донжона и замерла, укрытая стеной. К реву солдат, захвативших поместье, примешивались истошные крики пытаемых мужчин и пронзительные вопли женщин, которых терзали эти скоты. Рожок смолк.

Держась в тени, Анжелика осторожно прокралась вдоль левого крыла замка. Вдруг она наткнулась на чье-то безжизненное тело. Казалось, будто мертвеца обвил огромный золотой удав. Наклонясь над несчастным, она увидела, что это де Рамбур с охотничьим рогом через плечо. В него всадили рогатину, которая прошла насквозь, пригвоздив барона к земле, как зверя, убитого пиками охотников.

Какие-то люди пробежали невдалеке. Анжелика успела отскочить под сень деревьев. Оттуда она смотрела на драгун, танцующих, словно красные черти: балет грабежа — излюбленная утеха армий, существующая с той поры, когда мужчина сделался воином.

Из их глоток рвался сиплый крик — предвкушая развлечение, они теснились к стене, поднимая вверх длинные алебарды:

— На пики, на пики!

Сверху из окна бросили нечто, похожее на маленькую куклу, и оно завертелось в пустоте. Ревекка!

Не помня себя от ужаса, Анжелика бросилась вниз сквозь кусты. Когда она добралась до Плесси, слуги, собравшись перед воротами, глядели на соседний замок, объятый пламенем.