Двойная игра - Карасимеонов Александр - Страница 62

Разумеется, это – сочинение в духе Зорницы, выдумка совершенно в ее стиле.

Какова же истина? Когда пробьет ее час?

Кажется, этот час приближался.

– Донков! – крикнул я. – Давай-ка бегом в лабораторию. Срочно доставь мне вещественное доказательство, изъятое на месте происшествия.

– Какое именно?

– Веревку.

Донков озадаченно смотрел на меня.

– Но веревки же не было. Была бритва.

– Какой ты непонятливый, Донков! Это сейчас была бритва, а раньше была веревка! Борисов, вспомни-ка, висел на веревке.

– Извините, я не подумал о предыдущем клиенте.

– Бери веревку и мигом возвращайся.

– Слушаюсь!

В квартиру Зорницы мы пришли к десяти часам. Дверь все еще была опечатана. Пока длится следствие, здесь будет витать тень хозяйки и ничей посторонний взгляд или рука ничего не коснется.

Тонкий слой пыли уже лежал на столе, где мастерица по сувенирам разрисовывала своих кукол. Коробка, полная кисточек разной толщины, и два ряда тюбиков с краской – нехитрые средства производства – словно ждали, когда Зорница приступит к работе. Едва уловимая патина уже покрывала все предметы в опустевшем доме, даже оконные стекла помутнели за прошедшие три дня. Дверцы шкафа остались приоткрытыми после того, как я, словно старьевщик, перетрясал здесь вещи. Я закрыл дверцы и запер шкаф на ключ.

Потом развернул на столе сверток, принесенный Донковым. Внутри была веревка длиной метр восемьдесят три сантиметра. Оба конца перекручены – следы от завязывания.

– Донков, – сказал я, – иди в кухню, отопри дверь и выйди на балкон.

Он удивленно посмотрел на меня и вышел из комнаты.

Я продолжал стоять, склонившись над столом.

– Я на балконе! – крикнул Донков.

– Посмотри, есть ли там крюки, к которым привязывается веревка для белья.

Донков помедлил с ответом.

– Есть, – сказал он. – Но только один.

Я взял веревку и вышел на балкон. С левой стороны из стены торчал крюк, вделанный в штукатурку. На правой стене крюка не было. Но там зияла дыра – несомненно, на том месте, где ему полагалось быть. На бетонном полу балкона, именно под дыркой, лежала кучка серого порошка. Крюк выдернули недавно, и притом наспех, рывком, небрежно.

Я привязал один конец веревки к уцелевшему крюку и натянул ее.

Ее хватило до другой стены – как раз до дырки, из которой осыпалась штукатурка. Оставалось лишь набросить конец на крюк, к которому он был когда-то привязан.

– Веревка – от этого балкона! – сказал Донков с исключительной проницательностью.