!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ярошинская Ольга - Страница 198

– А в академии поговорить нельзя было? – вкрадчиво спросил Джаф. – Что там, не те условия? Нет постельки?

– Можно подумать, тебя это когда-то останавливало, – заметила она. – Мы только и делаем это то в лесу, то на лужке, то на полянке. Я уже себе всю задницу шишками ободрала!

– Все с ней в порядке, – заверил Джаф. – Оближу – и заживет. Не соскакивай с темы. Почему вы оказались у него дома?

– Потому что там хранятся важные артефакты, – вздохнула Миранда.

Платья для обезьянки, вообще-то. Неужели Изергаст сам их вышивал? Она невольно улыбнулась, представив мастера смерти с пяльцами.

– Тебе смешно? – взъярился Джаф. – Наставила мне рога, а теперь смеешься? Я как идиот храню тебе верность, а ты, стоит мне за порог, мчишься к своему некроманту?

– Ты же знаешь, что у нас с ним не было секса, – примирительно сказала Миранда. – Ты бы точно учуял. Зачем орать?

Зачем вообще это все? Ревность, чуждые страсти, бурление чувств… Она будто стояла в центре оркестра, и вместо слаженной мелодии в ушах гремела какофония.

– Мне сложно, – буркнул Джаф. – Это все моя животная натура. Я самец. Ты моя самка. Я не собираюсь тебя с кем-то делить… Ладно. Ты права. Возможно, он прошел слишком близко от тебя или подал руку. Он душится как девчонка, запах цепляется. Так что за артефакты? Что-то для секса?

– Да какой секс? – простонала Миранда. – Моррен придумал, как упокоить Мисси. Оживить заново в другом теле, убить, развеять останки. Но там сложно все…

– Моррен, – повторил Джаф. – Ты теперь зовешь его по имени?

– Пожалуйста, не начинай.

– Не надо делать из меня дурака!

– Да ты сам его из себя делаешь! – взорвалась она. – Хватит! Я не собираюсь перед тобой отчитываться! Я хожу, куда хочу и с кем хочу. А верность хранят не потому, что другой зорко следит, как бы чего не вышло, а потому, что изменять не хочется. Но ты не можешь этого понять, потому что тебя тянет к любой, да?

– Люблю я только тебя, – упрямо сказал Джаф. – А если не нравится в лесу, так я могу купить льняные простыни, когда поедем в Фургарт. Или на чем там спит Изергаст?

Вопрос прозвучал обманчиво невинно, но Миранда усмехнулась. Уловки Джафа шиты белыми нитками.

– Откуда мне знать, – спокойно соврала она.

Черный шелк, зеркала на белых стенах, отсутствие окон – все для того, чтобы исключить лишнее и сосредоточиться на одном… Как хорошо, что Джаф не может увидеть, о чем она думает, иначе всякому доверию между ними пришел бы конец. Впрочем, его и так нет. Но и Изергасту она не доверяла. Что если сейчас она лишь марионетка в его холеных руках?

– Пойдем ко мне? – предложил Джаф, обнимая ее и притягивая к себе. – Помиримся, – прошептал ей на ухо и прикусил мочку.

– Я хочу дождаться Арнеллу, – сказала Миранда, высвобождаясь из его объятий. – Надеюсь, с Адалхардом все в порядке. Иначе ее просто сорвет.

– А ты бы переживала за меня? – спросил Джаф.

– Да, – ответила Миранда. – Я и сейчас за тебя переживаю. Ты пугаешь меня, Джаф. Когда ты сцепился с Изергастом, я решила, что тебя сорвало.

– Это в прошлом, – мотнул он головой. – Тренировки с Адалхардом помогли. Но было бы хорошо, если бы ты не давала мне поводов для срыва.

– Не надо так грубо мной манипулировать, – попросила она. – Ты не ребенок. Так что неси за себя ответственность сам.

Глава 16. Да

Мы вернулись в академию, когда уже стемнело. Взяв меня за руку, Родерик повернул к своему дому. Мы не успели поговорить: Эммет с мастером Изергастом летели в экипаже с нами вместе, и это не располагало к откровенности.

Зато когда за нами закрылась дверь, Родерик поцеловал меня, и все разговоры на какое-то время стали не нужны. Требовательные губы целовали меня, сильные руки нетерпеливо раздевали, гладили, и я отвечала на ласки и нетерпеливо снимала лишнюю одежду с мужчины, желая коснуться его горячей кожи.

До спальни мы так и не дошли, и, упираясь руками в стену кабинета, я вдруг осознала, что это то самое место, где я когда-то оказалась перед ректором голой. Сейчас это не вызывало у меня ни ужаса, ни стыда, и я стонала от удовольствия, которое дарило мне его тело.

Развернув меня и подхватив под бедра, Родерик прижал меня спиной к стене, и я, обхватив широкие плечи, смотрела в глаза, полные огня, и видела там свое отражение. А потом наше пламя взметнулось так ярко, что, наверное, эту вспышку могли увидеть по всей академии.

***

– Арнелла, – тихо произнес Родерик.

– М? – я откинула голову ему на плечо, и он медленно провел мочалкой по моей обнаженной груди.

Вокруг горели свечи, и маленькие огоньки отражались в воде словно звезды. Мне было так хорошо и спокойно, что я готова была остаться в этой ванне навсегда.

– Я тебя обманул.

– Что? – встрепенувшись, я развернулась к Родерику лицом. – Это ты о чем? – сердито спросила я. – В смысле – обманул?

Он улыбнулся и сдвинулся вперед, чтобы обнять меня, но я выставила руку, отталкивая его.

– Сначала признайся, – потребовала я.

– Ладно.

Он выбрался из ванной, куда-то ушел, оставляя на полу дорожку мокрых следов, но вскоре вернулся и забрался ко мне в ванну снова.

– Я жду, – напомнила я. – Когда это ты мне наврал, а?

– Я соврал, сказав, что больше не буду делать тебе предложение, – ответил Родерик. – Но я сделаю это снова. А потом опять, если придется. Арнелла, я люблю тебя. Я хочу жениться на тебе, хочу прожить с тобой до конца своих дней, хочу от тебя детей. Я обещаю, что буду прислушиваться к тебе и твоим желаниям. Обещаю, что сделаю все, чтобы ты была счастлива со мной. Обещаю любить и оберегать тебя и наших детей до последнего вздоха.

Он разжал ладонь, на которой тускло поблескивал перстень Адалхардов, и мое сердце подскочило, забившись в три раза сильней. Я еще не успела избавиться от привычки касаться безымянного пальца, и, натыкаясь на отсутствие перстня, чувствовала неуверенность и тоску.

– Арнелла Алетт, ты выйдешь за меня?

В полумраке ванной его глаза сияли ярче всех свечей. Родерик молчал, ожидая ответа, и я кивнула.

– Да, – прошептала я. – Да, я выйду за тебя.

Его руки слегка подрагивали, когда он надевал мне на палец перстень, а потом он поцеловал меня, обнимая и вжимая в свое тело, и мы занялись любовью снова, уже не торопясь. И это было еще лучше, чем прежде.

А когда мы лежали в постели, и я почти уплывала в сон, утомленная событиями дня и жаркой любовью моего мастера огня, Родерик, обнимая меня и прижимая к груди, сказал:

– Сделаем это завтра.

– Что сделаем? – пробормотала я, поворачиваясь к нему.

– Поженимся, – невозмутимо пояснил он, и я вмиг проснулась.

– Как завтра? Почему?

– Потому что это разумно и необходимо, – как ни в чем не бывало ответил он и, склонившись, поцеловал меня в губы. – Ты такая красивая, Арнелла…

– Подожди, Родерик, но зачем так спешить!

– Затем, Арнелла, что сейчас у меня есть разрешение на брак, а когда Ричпока признают погибшим, документ могут посчитать недействительным. К тому же ты слышала, что сегодня произошло: Крис Лекис пытается сделать из тебя путеводную звезду для патруля, а мне совсем не хочется, чтобы тебя таскали в хаос как знамя. Я уверен, что скоро из дворца прибудут очередные распоряжения и приказы, и хочу быть готов.

– Но завтра! – воскликнула я, садясь в постели, и прижимая к груди одеяло. – Родерик, у меня же ни платья, ни цветов. Где мы сделаем это? Нужно выбрать храм. А мама?! Она ведь в свадебном путешествии! Если она пропустит мою свадьбу… О-о-о… Ты наживешь себе врага похлеще королевы хаоса!

– Нет, – покачал он головой. – Она поймет, когда я ей объясню необходимость спешки. Да, твоя мать кажется сумасбродной, но она всегда пытается тебя защитить. Тут у нас общая цель.

Откинувшись на подушки, Родерик завел руки за голову и мечтательно протянул:

– Арнелла Адалхард.

– Ты ведь обещал прислушиваться ко мне, – неуверенно напомнила я.