!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ярошинская Ольга - Страница 633

Родился и вырос к Привокзальном районе города. Ходил в государственную школу номер 3. Отличник народного образования, закончил Технический факультет Университета по специальности «Прикладная биоинженерия». Доктор биологических и технических наук.

Женился на Мин Джу Тсуй, однокурснице из университета…'

Я бежал дальше и дальше по тексту. 'Предположительная причина развода с Мин Джу — трагедия, случившаяся с Чан Гуном и внутрисемейный конфликт с Чжао Гуном, который вышел из-под контроля. Участник и руководитель экспериментов [данные удалены]. Коллегами характеризуется положительно. Развод и трагедию с сыном переживал тяжело. Интроверт. Старательно блокирует самостоятельное познание ци…

Теперь понятно, почему он сам никак не проявляется — видать мощно случившееся со мной и Чжао Нет, надо точно с ним увидеться. Что это за лаборатория номер три?

А дальше… дальше был, пожалуй, самый интересный листок.

'Вэй Гун.

Дядя.

Возраст — 62 года. Дата рождения…'

Глава 70

Нормально, бать?

'Вэй Гун.

Дядя.

Возраст — 62 года. Дата рождения:… Место рождения: привокзальный район. Уровень владения ци — неизвестно. Место проживания — неизвестно. Должность — неизвестна (предположительно — госслужащий).

Старший сын в семье Юйчи Гуна. Учился в третьей городской школе, характеризуется положительно. Участник школьной самодеятельности, занимался традиционными единоборствами.

Поступил в академию разведки, на последнем курсе направлен в Союз Северных Регенств по студенческому обмену, предположительно, с заданием изучения настроений студенчества и иностранного влияния в сибирских городах. В связи с началом перестройки и последующим распадом ССР остался там на срок, превышающей запланированный, вернулся в страну через семь лет.

Установлено, что за время пребывания в Сибири обзавелся там семьей, точное имя женщины и ребëнка не сообщается.

Отношения с братом и отцом характеризуются как сложные.

В первый год после Катаклизма появлялся на территории Периметра, общался с братом и сообщил, что его «сын и бывшая жена умерли совсем недавно».

Настоящее местоположение и характер работы неизвестны, некоторые данные указывают на то, что [данные удалены].'

Вот так вот. Всë стыкуется. Командировка в ССР, умерший сын…

То есть я.

Это был мой биологический отец. Испытывал ли я к нему родственные чувства? Конечно, блин, нет! Ведь я знал, что он бросил мою первую маму, когда я был совсем мелкий, причём бросил так, что она никогда мне о нём не рассказывала. Конечно, мне бы интересно было бы с ним пообщаться. Спросить, что с ним стало, и почему так всё было.

А вот память о папе Фо мне досталась «по наследству» от малыша Чана. И хоть он и не казался мне самым лучшим отцом — наверное, из-за трудоголизма и всего прочего — то как минимум он был моим отцом. И оставался до сих пор.

Недолго думая, я набрал Фэн. Трубку она не взяла.

После — набрал матери.

Сперва спросил, как дела, и немного поговорили про жизнь — слегка скованно, всё ж, мы оба ещё только привыкали к существованию друг друга. А потом я спросил:

— Я получил документы про моего отца Фо. Сказано, что он в городе. В какой-то лаборатории. У тебя есть координаты?

— Ох… Чан. Последний раз мы виделись года полтора назад. Он звонит иногда. Почти всегда — с новостями про Чжао. Каждый раз — с разного номера. И ещё у него есть почтовый ящик, с которого он иногда отвечает. Я ему сразу написала про тебя, он пока не ответил. Он… странный совсем стал.

— Понимаю. Спасибо…

После я ушёл до заката бегать по ночному стадиону. На этот раз про меня явно шептались, а пару раз и окликали:

— Эй, Великолепный Чан! Чего, с кем сражаешься на этой неделе?

— Могу с тобой! — бросил я в ответ.

— Не-не-не! Я думал — с кем покруче!

А уже в раздевалке, когда я думал совсем не о том — о Сян, о Дзянь, о чём-то ещё — совсем рядом нарисовался Ионглианг Ю, а позади него — двое рослых парней.

— Великолепный Чан, моё почтение, — отвесил он не то ироничный, не то небрежный поклон. — Я так понял, что ты пропустил первую неделю боёв? И выходишь во второй тур?

— Правильно понял, — кивнул я.

— Я смотрю, тебе нравится пользоваться нашим стадионом. Ну, и мы с тобой, типа, соседи. И, типа, это большая часть для нас, ты парень известный. Но в награду за это я прошу сразиться со мной в твоём первом бою за турнир, — оскалился он и задрал рукав поло.

Один, два, три шаоданя. Два синих и один циановый — редкое сочетание. Но интересно, на что он надеется?

— «Морозная хватка»? — вспомнил я.

— Подглядел? — он вопросительно наклонил голову. — У тебя там хитрый доступ к Системе же, так?

— Не, вспомнил, — признался я. — Я же был на том бою, когда ты зафиксировал личную способность. С Прасетом. А ещё помню… как тебя скинули с пятнадцатого этажа.

Наступила пауза. Ионглианг стоял, поджав губы. Затем спросил.

— Это отказ?

Тут мне подумалось, что совсем уж быковать на одного из хозяев стадиона не стоило.

— Нет. Просто вспомнилось? Это был мой первый день после выхода из комы. У меня тогда только один шаодань открытый был. А теперь… В общем, чувак, сегодня день у меня не очень как-то.

— А теперь три шаоданя, я знаю! — прищурился Ионглианг.

— Четыре, — хмуро сообщил я.

— Как четыре? — опешил Ионглианг и полез в мобильник. — Я же на днях проверял.

— Ну, вот, в общем, на днях и стало четыре.

Я попытался протиснуться между рядами, но мне не давали прохода.

— Ты же можешь! Можешь влезть в систему! И сделать меня первым, кто сразился с тобой в турнире!

— Даже если я надеру тебе задницу?

— Хм… — Ионглианг прищурился и почти незаметно кивнул.

Всё ясно. Видимо, не такой уж он и глупый, просто хитрит. Ему просто нужен был уровень, опыт и уважение. Что ж, умный ход. Я кивнул.

— В общем, позже решу.

— Отлично! По рукам! — Ионглианг протянул руку, я пожал.

А на обратной дороге внезапно позвонила Фэн.

— Ну и чего ты звонил? Да, у меня твоя зазноба. Притащилась тут.

— Чего⁈ Сян у тебя?

— Ага. На одной из квартир, которая полу-секретная.

— И чего говорит?

Фэн усмехнулась.

— Чего-чего говорит. Дурак ты, вот она чего говорит.

— И ты ей, конечно, в этом всецело поддакиваешь?

— Я⁈ Ты меня за дуру считаешь? Думаешь, мне с ней тут приятно? Слушай, зятёк, я-то всё понимаю. Кровь молодая требует приключений! Дай Сян остыть, и я еë сама к тебе сплавлю. Ты чего звонил-то?

— Меня интересует Фо Гун. Мой отец. Что такое лаборатория номер три?

— Так. Ты давай вслух-то не озвучивай… А то мало ли, стены у нас тут ушастые. И чего, тебе прямо сейчас это нужно?

— Прямо сейчас.

— Значит, так. Ничего не обещаю. Сейчас попробую позвонить. Ты пока что, если хочешь, езжай в район аэропорта.

— А дальше чего?

— А дальше жди звонка.

Ну, недолго думая, я вызвал своего бессменного банту-такси и поскакал в этот самый район аэропорта.

В тех краях я пока так ни разу и не бывал, хотя слышал, что края гиблые — типа, там был какой-то серьёзный конфликт не то кланов, не то военизированных объединений. Мы миновали Старый Восточный Район, тоже так себе местечко, судя по хмуро поглядывающих на нас с обочины оборванцев, затем свернули с трассы.

Люди как-то внезапно кончились — навстречу попалась лишь пара машин, примерно такое же чувство было, когда я первый раз прикатил к яогаям.

А впереди вырастала громадина аэропорта. С побитыми стёклами на верхнем ярусе, с пыльными и ржавыми громадинами некогда величественных дальнемагистальных лайнеров за ним.

А вокруг на полях валялись сгоревшие обломки — каких-то броневиков, танков, груды машин, скинутых в одну кучу… А вот оградка вокруг здания была вполне себе новая. С камерами, навороченная.