Беспощадный трон - Кейн Мила - Страница 24

— Я устала, – пробормотала она, ее голос звучал грубее, чем когда-либо.

Я встал и помог ей подняться на ноги. Молли покачнулась, но когда я попытался ее поддержать, она оттолкнула мои цепкие руки.

— Спокойной ночи, – тихо сказала она и, повернувшись, с голой задницей вышла из комнаты.

Похоже, я был далек от прощения, но это было начало, и я принял это.

Глава 14

Молли

Я была ужасным человеком. Другого объяснения не было, потому что на следующее утро я проснулась более отдохнувшей, чем за последние два месяца. Руки Кирилла обнимали меня, окутывая своим теплом, а его запах, запах дома, заполнил мой нос. Я повернулась к нему, прежде чем смогла остановиться, задержавшись в том полусонном состоянии, где между нами не было лжи и обид. Были только он, я и эта кровать, залитая ранним утренним солнцем.

Потом он заговорил и все испортил.

— Принцесса, я думал, ты скорее выколешь себе глаз, чем будешь спать со мной.

Я оттолкнула его, раздосадованная и смущенная этой незначительной оплошностью. Добавьте к этому прошлую ночь, и, похоже, я страдала не только от незначительной оплошности.

— Пошел ты, – бросила я ему.

Его сильные руки обхватили меня за талию, когда я попыталась встать, и швырнули обратно на матрас.

— С удовольствием, – прорычал он мне на ухо, наваливаясь на меня своим твердым телом.

Он был обнажен, а его утренний стояк настойчиво прижимался к моему бедру. Если бы я чуть-чуть шевельнулась, он бы вошел в меня...

Нет! Никакого тебе утреннего оргазма.

Мой внутренний голос утратил тембр Кирилла и приобрел пронзительность школьной учительницы, которую было трудно игнорировать.

Я отвернула лицо от его дьявольски горячего рта, когда его язык проложил дорожку к моему уху.

— Это было не приглашение, – выдавила я, пытаясь игнорировать то, как от его рук моя кожа загорелась, когда он стянул с меня футболку, обхватил мои груди и погладил соски.

— Это было очень похоже на него, принцесса, равно как и это, – сказал он, просунув руку между моих ног, прежде чем я успела сомкнуть их.

Кончики его грубых пальцев скользнули по моим мокрым складочкам, немедленно проникнув внутрь. Я выдохнула проклятие, и моя голова откинулась назад, когда его толстый палец вошел в меня, вытесняя все остальные мысли из головы.

Он наклонился ко мне и злобно ухмыльнулся.

— Надо же, какие мы мокрые с утра, Молли… Тебе помочь с этим?

— Нет, спасибо, – ответила я, едва сдерживаясь, чтобы не поднять бедра навстречу ленивым толчкам его пальцев. — Я подожду, пока ты уйдешь, и закончу сама.

В его темных глазах промелькнул расчетливый взгляд.

— Если бы я не знал лучше, то подумал бы, что ты хочешь, чтобы тебя связали и оставили здесь до моего возвращения.

Его телефон, бешено вибрирующий на прикроватном столике, избавил меня от необходимости отвечать.

Он протянул одну длинную руку и схватил его, принимая звонок, в то время как его палец оставался глубоко внутри. Когда я попыталась отстраниться, он добавил второй, восхитительно растягивая меня.

— Slyshayu, – ответил Кирилл, легко переходя на русский.

Он наблюдал за мной голодными глазами, слушая собеседника и одновременно двигая пальцами внутрь и наружу. Он вывернул руку, прижимая большие, шершавые подушечки к передней стенке моей киски. Большой палец нашел мой клитор, и я поняла, что умру, если он оставит меня в таком состоянии.

Думая лишь о том, чтобы кончить как можно быстрее, и выбросив свое достоинство в окно, я придвинулась к нему, встречая его толчки бедрами. Мои глаза закатились, когда идеальная комбинация движений лишила меня дара речи.

Кирилл время от времени что-то бормотал в трубку, но этого было достаточно, чтобы собеседник знал, что он все еще на линии. Его глаза не отрывались от меня. Он наблюдал за тем, как я распадаюсь, словно это была самая завораживающая, прекрасная вещь, которую он когда-либо видел.

Я зажала рот рукой, чтобы заглушить свой крик, когда кончала, – меня охватил стыд из-за того, что человек на другом конце провода мог меня слышать. Мои бедра крепко сжались вокруг его руки, и все тело запульсировало от удовольствия. Я кончила так сильно, что мне показалось, будто зубы стучат в голове, пока я содрогалась.

Когда эйфория прошла, я обнаружила, что Кирилл все еще смотрит на меня.

— О боже, он слышал?

Кирилл усмехнулся.

— Конечно, нет. Я повесил трубку задолго до этого, принцесса. Никто, кроме меня, не услышит, как ты кончаешь.

Уф, конечно, мне следовало ожидать от Кирилла собственнических чувств к самым грязным вещам. Я поняла, что его рука все еще находится внутри меня, и подняла бровь.

Кирилл не спеша высвободился и расправил мои пижамные шорты так, чтобы они целомудренно прикрывали меня. Затем наклонился и прижался поцелуем к моим губам.

— Мне нужно идти.

— Так скоро? – нараспев произнесла я, испытывая облегчение от того, что у меня будет время вспомнить все ужасные вещи, которые он со мной сделал, и перестать складываться, как оригами, от его прикосновений.

— Да. – Кирилл встал, обнаженный и чертовски готовый. Его член был настолько твердым, что это показалось болезненным, когда он отпружинил от живота под резким углом. — Постарайся не выглядеть такой счастливой из-за этого, – прорычал он.

— Ничего не могу с собой поделать. Я ужасная лгунья, помнишь? – жизнерадостно напомнила я ему, прежде чем отвернуться и улечься обратно в постель.

Мне больше не хотелось спать, но я откладывала подъем и неизбежную тошноту, которая за ним следовала. Что бы сделал Кирилл, если бы узнал, что я так сильно страдаю от утреннего токсикоза? Вероятно, отвез бы меня в лучшую больницу в городе и потребовал, чтобы они все исправили, под дулом пистолета, если потребуется. Как всегда, мысль о том, что он узнает, напугала меня. Я зарылась под одеяло и слушала, как он одевается.

Когда он был готов, то подошел и встал надо мной. Должно быть, он купился на мое притворство, потому что не прикоснулся ко мне и не сделал ничего, чтобы меня разбудить. Он навис надо мной, и после долгой паузы, когда я ждала, что он раскроет мой блеф, повернулся и вышел из комнаты.

Я подождала, пока все звуки из коридора стихнут, прежде чем перевернуться на спину и уставиться в потолок. Дерьмо. Я вернулась к тому, с чего начала – погрузилась в сексуальный туман. Мой гнев растаял, потому что, несмотря ни на что, он был мужчиной, которого я любила. Но в отличие от того, что было в начале, сейчас я была беременна. Беременна его ребенком.

Я положила руку на живот. Скоро пройдет двенадцать недель. Согласно всему, что я прочитала, мне следовало бы сделать УЗИ прямо сейчас, если я пыталась быть хоть немного хорошей и ответственной матерью. К сожалению, у меня не было практически никакой надежды выбраться из «Башни», чтобы пройти ультразвуковое исследование. Одной мысли о том, что я попробую улизнуть, а Кирилл ворвется в дверь с пылающими глазами, было достаточно, чтобы я снова зажмурилась и захотела уснуть.

Когда жизнь стала такой сложной? Примерно в то же время, когда мое сердце решило, что будет продолжать любить Кирилла, даже если он окажется не героем моей истории, как я думала, а злодеем.



Как раз в тот момент, когда мое настроение угрожало перерасти в настоящую депрессию и чувство вины, Макс преподнес мне самый большой и лучший сюрприз в моей жизни.

Я сидела на кухне с Ольгой. Она не поднимала тему о детях, и моего предостерегающего взгляда, похоже, было достаточно, чтобы остановить ее от расспросов. Однако она решила, что пришло время продолжить мое знакомство с супружескими навыками – предметом, который я ненавидела. Но теперь в нем появился материнский уклон, что заставило меня нервничать. Сегодня она показывала мне, как готовить kashu, и сказала, что это популярное детское блюдо. Она пожала плечами в ответ на мой свирепый взгляд и велела мне записать рецепт, чтобы я не забыла.