Бывшие. Одна фамилия на двоих (СИ) - Раум Елена - Страница 39

Вечер был потрясающим. Разговор о наших семьях и её недавнем вдовстве, о моей беременности, о том, как растут детки, когда их двое, трое затянулся на два с лишним часа. И нам стало понятно, что общаться и дружить мы будем точно.

Беседа и прогулка дали столько положительных эмоций, что я чувствовала, как внутри появляется что-то мягкое и нежное.

Как рассказала Элеонора, она, увидев мой испуг, сразу вспомнила себя. Но тогда не было такой техники. Пожилая акушерка, которая на осмотре услышала второе, а потом и третье сердечко — просто села на кушетку и начала гладить её по голове, утешая. Страх тогда прошёл. А вот мужа пришлось откачивать с помощью нашатыря. Зато потом не один ящик коньяка был выпит и подарен в честь рождения трёх сыновей.

У меня будет двойня. Животик поэтому растёт быстрее, чем я предполагала.

На удивление коллег я немного сменила стиль одежды, на что молодые педагоги отреагировали с радостью. Дескать, вот какой у них руководитель современный.

Рубашки навыпуск, одежда размера оверсайз помогут, наверное, до декрета скрывать живот от любопытных глаз, от подруги и от Романова.

Глава 60

Первая неделя октября обещала быть теплой, и это создавало прекрасное настроение. Можно было смело организовать небольшой отдых на природе. То же самое, видимо, запланировали на будущее и мои друзья.

С подругой мы предпочитали разговаривать только по видеосвязи. Ощущение, что мы рядом, что опять я не одна, было потрясающим. Друзей никогда у меня не было, и одиночество тяготило. Появление Макаровых в моей жизни было подарком. С мужчинами тоже никак не получалось. Вот попробовала, и нарвалась на подонка Старова.

— Ой, Ирусик, так хочется на Байкал приехать! Сергей сказал, что может быть, на каникулах осенних получится, но ничего не загадываем. Они работать — мы отдыхать. Ты же знаешь, что если мой муж начинает строить планы — они эпически рушатся, — проговорилась как-то о возможном приезде в Иркутск Наташа.

— Как ты беременная полетишь? Что врачи? — под столом я положила руку на живот, потому что почувствовала, небольшие толчки.

— Разрешили. Перед поездкой прийти на консультацию и можете, говорят, лететь хоть вокруг света. Всё нормуль, Ириш.

Наташа сидела на диване, обложившись подушками, и поглаживала свой животик.

Беременность она не выпячивала. Я знала, насколько она у Макаровых долгожданная.

А вот мне свой живот приходилось скрывать.

И тут же я чуть не выдала себя, когда во время разговора встала со стула и потянулась, отчего задралась футболка.

— Эй, Иришка! Ну-ка, ну-ка, повернись бочком. — затараторила Наташа.

Я сразу одёрнула руки и наклонилась к экрану.

— Ты что, поправилась? Может ты беременная? — подруга подалась к экрану и её глаза заблестели.

— Тебе теперь везде беременные мерещатся, Нат? Поправилась я немного после отпуска. Стресс заедаю. Надо прекращать.

— Мне так и показалось, что ты поправилась, Ирунчик. А беременные — да, везде мерещатся. Мне хочется, чтобы все женщины сейчас были с животами. Вот такой бзик, прикинь! А ты ж подруга, ты тем более должна быть беременной! — засмеялась Наталья так искренне и заразительно, что на её смех пришёл Сергей.

— Над чем смеётесь, мартышки! — пошутил Серёга.

Он теперь Натку называл «мартышка». Она сама себя так назвала неделю назад, когда ревела у зеркала, рассматривая свой нос, пятна на шее, оттопыренные уши. Они, кстати, такими были всегда. Но почему-то их оттопыренность она замечала только во время беременности. Гормоны, блин.

— Мартышка тут только я, понял? Это привилегия беременных. Иринка же без пузика. Вот когда у неё нос станет картошкой и будут такие же уши — тоже будет мартышкой. Такой классной красивой беременной мартышкой.

«Ох, как же ты, подруга, права. И пока мне надо быть осторожнее».

— Так о чём веселье-то? — повторил вопрос Серёжа, собирая со столика какие-то бумаги, документы.

Я поторопилась ответить:

— Да вот жене твоей мерещатся беременяшки везде, даже я, прикинь?

— Да, Ир, прикидываю. Она вообще творит жесть! В кафе, на улице на лавочках — всем место уступает. Бабки, молодые женщины — по фигу! Все у неё беременные! В консультации со всеми болтает — только и слышно: «какой срок», «мальчик или девочка», «двойня», «скоро роды»?! Вы чего, пузатики, все с разжижением мозга, да?

— У меня нет разжижения, — одновременно с Натальей мы воскликнули, а я заёрзала на стуле, усаживаясь удобнее.

Захотелось чем-то стукнуть Макарова. Но у него есть Натка, она за двоих отвесит ему.

— А, да! Ты же ещё не мартышка, точно! Так знаешь, есть один плюс — мартышка по имени Наташка от Сашки отстала. Парень хоть вздохнул. Ко мне ближе стал. В зал ходим вместе. Романов, правда, реже стал ходить к нам, тоскует совсем. Надо ему…

И тут сзади раздался грохот, и все отвернулись от экрана. О чём тоскует Романов и что ему надо мне так и не сказали, потому что в холл вбежал щенок, который стал по размеру с пони, и со всей дури ткнулся мордой в экран ноутбука.

Ноутбуку память и почести, собаке — пендаля от хозяев, и продолжили мы диалог уже в мессенджере на телефоне. Но нить упустили, и о Романове никто не вспомнил. Только я сидела и думала, о чём же он тоскует и что ему надо? И кто же всё-таки собирается ехать в Иркутск работать?

Но в наших вечерних нечастых разговорах о Романове вскользь упоминали. И как только о нем заходил разговор, я сворачивала на темы о щенке, который уже сломал всё, что можно и вовсю гоняет по двору у Макаровых, о Сашке, об Алёне и Андрее, о чём угодно, только не о нём.

Подруга как бы невзначай всё равно сообщала мне инфу.

«Романов один…»

«Романов работает до умопомрачения и готовит новый проект…»

— Романов мотается по командировкам и даже был в Иркутске не один раз. Давно.

— Да? Когда? — удивилась я.

Упс! Видимо Наталья сказала лишнего, потому что сразу замялась. А потом прибавила:

— Ой, Ир, может не в Иркутске, а в Красноярске был. Память девичья.

— У тебя девичья? Это гормоны, Натусик! Всё пройдёт, подруга!

Если бы Макаровы сами не жили здесь, я бы ещё поверила, что Наталья перепутала города. Но! Наталья занималась логистикой в компании Романова, знает географию и экономику так, что может сдать любой экзамен без подготовки и вдруг перепутала Иркутск с Красноярском? Уши торчат, подруга! Опять темните, господа! Как в начале лета? Заговорщики…

Выяснять не хотелось. Просто отметила для себя: «Он здесь был». А мне ни словом не обмолвились!

Ну что ж, два месяца скоро на исходе. Надо в себе ещё разобраться до конца.

Мы сознательно не говорили о Старове и его сестре. Скоро следствие закончится и будет суд. Даже думать не хотелось, что этот человек был рядом со мной каких-то полгода назад.

Вот так и проходили дни. На работе я потихоньку начала делегировать полномочия, чему некоторые сотрудники были рады, а кое-кому приходилось указывать на пункты договора.

Получалось сделать многое, но не всё. В такие моменты мне поддержкой были моя новая подруга Элеонора и папа. Он знал всё о беременности, о том, как я себя чувствую и очень гордился тем, что скоро станет дедом. Мама отдалилась совсем, и теперь объявила бойкот нам с отцом, и подала на развод.

Видимо для него вопрос совместного проживания был решён. Предстояла тяжба с разделом квартиры. Но это лучше, чем пытаться спасти то, что уже истлело, а не просто разбилось. Жаль.

Неумолимо приближался день разговора с Димой, и я уже представила, в чём буду одета, потому что мы чаще стали говорить через камеру. Сходила в салон и подравняла стрижку, которая стала отрастать. Это очень понравилось Наталье. Ну и Романову тоже, куда ж без него!

Он по прежнему звонил, разговаривали мы исключительно о работе. Моей. Именно советы Димы помогли мне становиться руководителем, а не лошадью, которой я была эти годы и тащила всё на себе. Так и до расширения Центра было подать рукой. А если Центр будет расти, то как решать вопрос с переездом, случись он вдруг? Вопросов становилось всё больше.