"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 544

– Я – Колдун. Зовите меня так.

* * *

Они почти без труда покинули темницу. Это не было подземелье настоящего замка. Замок держали Литленды, а шиммерийцам отдали десяток простых городских домов. В подвале одного из них и держали пленников. Впрочем, будь они в замке, возможно, Колдун смог бы вывести их и оттуда. Двум стражникам у дверей он просто сказал: «Они со мной», – и воины даже не глянули на Чару с Неем.

Быстрым шагом вышли из квартала шиммерийцев, свернули в тенистую подворотню. Колдун остановился:

– Пару слов.

– Кто ты и почему помог нам? – спросила Чара.

– Нет, – он качнул головой. – Мои слова. На твои нет времени.

– Слушаем, – сказал Ней.

– Я вас спас. Вы мне должны.

– Лысого хвоста должны! – рыкнула Чара. – Мы тебя не просили.

– Чего ты хочешь? – спросил Ней.

– Поскачете к Морану, предупредите о засаде, которую строит принц. Моран возвысит вас и сделает своими спутниками. Потом приду я. Вы сведете меня с Мораном.

– И все?

– Скажете: это Колдун. Он многое может, мы видели. Скажете: он на нашей стороне.

– После этого – в расчете?

– Да.

– Идет.

Чара фыркнула:

– Только этому не бывать. Принц найдет трупы, поймет, что мы сбежали, поменяет план.

– Не найдет, – Колдун качнул головой. – И не поймет.

Он поправил шляпу, приподняв поля. Лишь теперь Ней увидел лицо спасителя. Сломанный нос, свернутый набок. Блестящий золотой зуб под ощеренной заячьей губой. И блеклые косые глаза. В жизни Неймир не видел настолько косых глаз. Невозможно понять, куда смотрит Колдун, и от этого почему-то жутко.

– Я позабочусь, – сказал Колдун. Помедлил, будто взвесил, не добавить ли что-то. Сверкнул зубом и издал смешок: – Хе-хе.

* * *

Час спустя они скакали в степи, оставив за спиной столицу Малой Земли. Если бы стражники нашли мертвецов, они подняли бы тревогу. Принц Гектор шепнул бы слово Литлендам, те заперли бы ворота, и город стал клеткой. Но ничего не случилось. Ворота стояли открытыми, а на всадниках по-прежнему была одежда южан, и стражники только махнули им:

– Счастливого пути, славные!

Первый час Неймир ждал погони. Потом вздохнул с облегчением: теперь уже никак не настигнут, даже если спохватятся. Сказал Чаре:

– Ушли. Из самых клыков выскочили!

Она промолчала.

– Ты бы порадовалась. Не каждый день так везет. Со дня, как побились с Адрианом, ни разу удачи не видали. Сегодня – первая.

Чара молчала и дальше.

– Ты что, злишься?

– Отцепись! – рыкнула она. – Замолкни, а то скажу.

– И скажи! На что злишься, а?

Она промолчала, только опалила взглядом.

– Так на что?

– Ты – поганый трусливый шакал! Мне стыдно ездить с тобой!

Она скакала на полкорпуса впереди. Оглядываясь, плевала в Нея словами:

– Обмочился со страху! Распустил язык! Ты – позор Запада! Овца!

– Я же тебя спасал…

– Ценою всей орды?! Как ты мог подумать, что я хочу такого спасения?!

– Лучше было смотреть, как тебе отрежут ноги?

– Да! Будь я проклята, да! Смотреть не мог? У тебя сердце девчонки! Ползун, а не всадник!

Последнего Ней не стерпел.

– А ты – дурная злая сука.

– Что-о?

– Я врал, как умел, и почти нас вытащил. Ты только орала и бранилась. Ничего лучше не выдумала. Это мне стыдно, что езжу с такой дурой.

Она рванула в сторону, налетела на Неймира, замахнулась. Он перехватил ее руку и вырвал поводья. Натянул, вынуждая коней встать. Чара хлестала его свободной рукой и пыталась освободиться. Он был сильнее. Когда кони остановились, Ней стащил ее с седла и бросил наземь. Чара отбивалась и рычала, пока он срывал с нее южные тряпки. Ней прижал женщину к земле. Она замерла, раздувая ноздри, прерывисто дыша… Издала хриплый стон и выгнулась ему навстречу.

Вскоре они снова скакали на юг.

– Ты обезумел, – сказала Чара. Совсем другим уже голосом. – Если за нами погоня, ты дал им лишнюю четверть часа.

– Уйдем, – отмахнулся Ней.

– Я в лохмотьях похожа на нищенку.

– Плевать.

– И теперь у нас меньше сил для скачки.

– Сил хватит.

Чара глянула на него: без тени злобы, с робкой надеждой.

– Скажи: мы успеем?

– Успеем.

– Скажи так, чтобы я поверила.

– Мы потеряли в темнице всего день. Орда не могла уйти далеко. А если ушла, то мы знаем куда: к Ливневому Лесу. Пойдем следом, нагоним.

Чара сказала:

– Прости. Ты меня спас. Я была неправа.

– Нет, ты права. Я глупец. Из-за меня все в опасности.

– Но мы успеем, – сказала Чара.

И повторила, вложив всю веру, какую имела:

– Успеем.

* * *

Там, где стояла орда, теперь лежало голое поле. Черное от кострищ, смрадное от навоза и трупов, что до сих пор висели на столбах.

– Все… – только и сказала Чара.

Спешилась, прошла несколько шагов, бессильно опустилась на землю.

Ней тоже спешился. Присел перед спутницей, положил руки ей на плечи.

– Не горюй. Найдем еды и воды, подкрепимся, пойдем по следам. Нагоним наших раньше, чем они влетят в засаду.

– Врешь, – тяжело вздохнула Чара.

Даже дважды, если разобраться. Всю дорогу от Мелоранжа они жевали коренья, и здесь еды тоже не предвиделось: откуда взяться пище там, где месяц простояло войско? Но вторая часть лжи куда страшнее: им не нагнать орду. Трава успела подняться на пятнах от шатров, ветер размел пепелища, вороны до костей обглодали тела. Орда ушла добрую неделю назад. Теперь она у самого Ливневого Леса – все равно, что на погребальном костре.

– Все погибнут, – сказала Чара. – Из-за нас.

– Из-за меня, – поправил Ней.

– Не все ли едино?

Неймир не знал, о чем мечтает больше: перегрызть себе глотку или найти для Чары хоть слово утешения. То и другое было одинаково невозможно.

Он побрел, шатаясь. Ноги подкашивались… вряд ли от голода. Глаза слепли. Не видели ни солнца, ни туч – только траву на месте шатров, разметенные пепелища…

– Эй… – шепнула Чара.

Повторила громче, с проблеском в голосе:

– Эй!..

Он оглянулся. Заметил надежду в ее глазах и неожиданно для себя сказал:

– Тут что-то не так.

– Что-то не так, – эхом отозвалась спутница.

– Кажется, орда ушла неделю назад…

– Но она не могла уйти так давно! Те, другие разведчики вернулись вчера, или два дня назад, или три…

– Но не раньше! Неделю назад Моран еще не знал, где корабли принца.

– Значит, он ушел…

– Не в Ливневый Лес!

– Совсем в другую сторону!!

Боясь поверить напрасно, они выехали из лагеря и прошли по следам всадников. Все верно! Шаваны вошли в джунгли, но потом двинулись не в сторону Ливневого Леса, а свернули севернее, ближе к Мелоранжу. Пошли по самому краю чащи, не углубляясь далеко. Похоже на то, что Моран решил-таки штурмовать столицу Литленда. Трудное и опасное дело, но все же лучше верной смерти в Ливневом Лесу!

На радостях Ней прижал к себе Чару.

– Потом. Побереги силы, – она укусила его за ухо. – Нам нужно нагнать их, а еда будет нескоро.

– Когда нагоним… – он подмигнул ей.

Спутница крепко поцеловала его и прыгнула в седло.

* * *

Идти через джунгли – опасное дело, а следом за ордой – вдвойне. Литлендцы отслеживают передвижения врага. Наверняка их разведчики идут по стопам орды, как и Неймир с Чарой. Потому спутники все время были начеку, прислушивались к каждому звуку, держали наготове свое скудное оружие.

Вскоре они повстречали литлендских разведчиков, однако ни меч, ни топорик не нашли применения. Неймир хмыкнул, глядя на холмик свежей рыхлой земли. Чара проехала дальше и нашла еще пару таких же. Моран Степной Огонь оставлял за собою засады и истреблял всех, кто шел по его следам. Было ясно, что в могилах лежат литлендцы: тела своих всадников Моран сжег бы, а не отдал червям. Но вот что странно…