Великий Гусляр - Булычев Кир - Страница 435

— А она строит? — не удержался Поликарпыч.

— Нам доложили, — сказала мышь.

— Соглашайся, — посоветовал Поликарпыч. — Бери зелеными.

— Даем дарами Земли, — ответила мышь. — Зеленых не держим, мы их грызем.

— И правильно, — сказал Поликарпыч. — А какие дары?

— Можем выдать крупой, включая горох.

— Не хитрите, — сказал Поликарпыч. — Некогда нам с вами прохлаждаться. Сейчас же прибиваем таблички на всех складах, и тогда вы у нас попляшете.

В головах у Гамлета и его спутника зашуршало — мыши вели совещание.

— Потерпи, — сказал Поликарпыч Гамлету. — Некуда им деваться.

— А ты уверен, что это честно? — спросил Гамлет.

— По крайней мере, гуманитарно, — ответил Поликарпыч. — У мышей тоже дети имеются.

— Есть жемчуг, — прошептал мышиный голос. — Но ограниченное количество.

— Искусственный? — спросил Поликарпыч.

Гамлет мялся рядом, мучился, как Буриданов осел.

— Китайский, — сказала мышь, — из одного ожерелья.

— Гамлет, прибивай таблички. С этим народом договориться невозможно. Так и норовят тебя облапошить.

И снова зашуршало в головах. Возобновилось совещание.

— Есть у нас заветная шкатулка, — сказала мышь. — В нее мы складываем все драгоценности, что случайно обнаружились по подполам, дырам, склепам и подземельям, а также трещинам в асфальте.

— Несите, — вздохнул Поликарпыч. — Не хотелось нам вторичное добро у вас брать, но иного не дано.

Гамлет с Поликарпычем уселись на моток электрокабеля и стали ждать.

— Чем ты эти таблички пропитываешь? — спросил Поликарпыч.

— Научная тайна, — сказал Гамлет. — Плод долгих месяцев работы.

— Но без мистики? — уточнил Поликарпыч.

— Мистики здесь нету, — ответил Гамлет. — Спросите у Минца. Он в курсе и меня консультировал.

— По логике вещей должны быть таблички и для других объектов?

Поликарпыч когда-то учился в институте, бросил, пошел в чиновники, но живость ума сохранил.

— Есть для тараканов, — сказал Гамлет, — но результаты нестабильные, потому что тараканы плохо мысли передают.

— А как же?

— У меня от табличек идет моральное излучение, — сказал Гамлет. — Думаете, почему мыши разволновались? Они ведь в коллективе неглупы, ох и неглупы.

— А еще против кого?

— Ну, против крыс, сами понимаете.

— Покажи, Гамлет, в чем разница?

Гамлет протянул руку к сумке, в которой лежали таблички, но сумки не оказалось.

— Это еще что такое?

Поликарпыч сразу догадался, в чем дело, и кинулся по следу. След был виден — сумку тащили по пыльному двору.

А вот и сумка!

Она дергалась и дрожала, разве что не стонала у стены склада, потому что некто старался втащить ее в небольшую дыру, а она не втаскивалась.

Гамлет с Поликарпычем догнали сумку и после недолгой борьбы вырвали ее из зубов стаи крыс, которые намеревались спрятать сумку с табличками в своих подземельях.

— Теперь я поверил, — произнес Поликарпыч.

— Они подслушали, — сказал Гамлет, — как мы с мышами говорили. — А может, мыши проговорились. Паника царит в мире вредителей. Что-то мыши медлят…

Но мыши не медлили. Просто им нелегко было доставить шкатулку.

Когда же Гамлет с Поликарпычем вернулись к мотку кабеля, они увидели возле него несколько мышей, которые с натугой притащили на шпагатах небольшую картонную шкатулку непритязательного вида.

— Снимайте таблички, — сказал мышиный голос.

— Погоди, — ответил Поликарпыч. — Сначала проверим.

— Без обмана, — ответила мышь. — Побрякушки, которые находятся внутри, мы и наши предки собирали много лет. И вот пригодились…

Поликарпыч открыл шкатулку и присвистнул. Она была буквально набита кольцами, серьгами, кулончиками, браслетиками и даже тонкими ожерельями. Некоторые были совсем грязные, но от всех исходило сдержанное благородное сияние золота и драгоценных камней.

— Здесь нет подделок, — сказал мышиный голос.

— Посмотрим, — ответил Поликарпыч, закрыл шкатулку и спрятал в боковой карман пиджака.

— Вы чего? — удивился Гамлет.

— Не здесь же делить, — ответил Поликарпыч.

— А где?

— Пойдем ко мне, — предложил Поликарпыч, и глаза его загорелись недобрым блеском, чего Гамлет, конечно же, не заметил.

— Зачем?

— У меня отдельная квартира, живу один, никто не заметит. К тебе ведь нельзя. Твоя Раиса если увидит, такой шум поднимет, что приедет милиция и на всякий случай у нас все отберет.

Гамлет согласился, что Поликарпыч прав. Так надежнее.

— Ты не беспокойся, — говорил Поликарпыч по дороге, — я половину возьму, а на больше не претендую. На что мне больше? Мы с тобой поровну трудились, поровну жизнью рисковали.

— Нет, я ничего, — возражал Гамлет, — я жизнью не рисковал.

Дошли до нового дома на Коминтерновской. Его еще в том году сдали, сразу строили, сразу евроремонт в нем проводили. Хороший дом получился, во весь первый этаж решетки.

— Стой здесь, — приказал Гамлету Поликарпыч. — Ни с места. Я проверю обстановку.

Он открыл подъезд спецключом, тихо закрыл за собой дверь.

Гамлет стал ждать.

Он обдумывал новое изобретение, которое денег не даст, но теоретически представляет интерес…

Потом посмотрел на часы.

Прошло сорок минут.

Может, Поликарпычу плохо стало? Или он забыл? Ведь бывает же с людьми — забывают. Гамлет проклинал свою рассеянность. Как же он забыл номер квартиры спросить? Теперь он не сможет прийти человеку на помощь.

Он еще подождал. И прежде чем уйти и спросить телефон Поликарпыча у него на службе, Гамлет нажал на кнопку «вызов».

Он угадал.

Дверь приоткрылась. В ней стоял крупного телосложения мужчина — лысый, хмурый, недобрый.

— Тебе чего? — спросил он.

— Мне к гражданину Поликарпову, — обрадовался Гамлет. — Он меня ждет.

— Ах, вот ты какой, шантажист? — спросил человек. — Мне один товарищ просил тебе сказать: его здесь нет, и он не проживает. А если ты думаешь наоборот, то лучше не соваться, потому что милиция о тебе, ваххабитская морда, уже предупреждена. Я тебя покалечу, мне ничего не будет, так как я нахожусь в пределах допустимой самообороны.

Дверь закрылась.

Гамлет понял, что проиграл.

Причем проиграл неоднократно.

Проиграл вредителям, потому что как человек чести он не имеет права пользоваться табличками от мышей.

Проиграл Поликарпычу, потому что никогда и никому не докажет, что отдал ему сказочную шкатулку со сказочными драгоценностями.

Проиграл Ираиде, потому что никогда уже она не заключит с ним никакого договора.

Проиграл собственной жене Раисе, потому что она убедится в очередной раз, какой он никчемный пустобрех. Дома жрать нечего, а он пустыми изобретениями увлекается.

И проиграл своему брату Армену, который сколько раз говорил: бросай науку, занимайся делом!

С такими печальными мыслями Гамлет пошел домой.

Но он отошел не очень далеко.

В проходном дворе от Коминтерновской к Пушкинской дорогу ему преградила большая, наглого вида крыса.

— Гамлет, — сказала она. — Положи таблички против крыс на землю. Сколько их у тебя?

— Три.

— Положи все три. Под кирпичом справа от тебя лежит выкуп. Мы не мыши, мы по мелочам не торгуемся.

Интуиция подсказала Гамлету, что крыса не лжет.

Он вынул из сумки три таблички. Потом подумал и достал все остальные — от грызунов и вредителей. Включая лис и волков.

— Берите все, я больше в это не играю.

— И правильно, — ответила крыса, — все хотят жить и кушать. Займись лучше людьми, они куда вреднее любого зверя.

Гамлет кивнул.

Несколько крыс выскочили из-под дома и утащили таблички. Слышно было, как они грызут их в подвале.

Большая крыса убежала.

Гамлет отодвинул кирпич. Под ним лежала стопка долларов. Там были разные банкноты, но большей частью стодолларовые.

— Интересно, — подумал Гамлет вслух. — И откуда они их берут?

— В казино, — ответил голос.

Гамлет пошел в пункт обмена валюты проверить, не провели ли его грызуны. Оказалось, что доллары настоящие. На десятку он купил цветов.