"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 489

— Что ж, не смею вас больше задерживать, — сказал Хадар, собирая слухунов обратно в мешок.

— Приятно было пообщаться, — в тон ему ответил хозяин.

Затянув, мешок, Старший агент направился к выходу.

— Хадар, — окликнул Колдун.

Он обернулся.

— Когда будете убирать Вишневского, выразите моё почтение его способностям наставника. Так мягко и одновременно профессионально раскрыть способности девочки — сумел бы далеко не каждый.

— Всё-таки настаиваете на том, что его нужно убрать? — заметил Хадар.

— Нам не нужны неконтролируемые мутанты. Я упирал на это девять лет назад, и сейчас мнение не изменилось. И агент, если вы сами его не устраните, этим займётся мой Орден.

— Я вас услышал, — произнёс Хадар и вышел, плотно закрыв за собой дверь. …

Выйдя от Колдуна, Хадар направился в Башню. Проходя мимо чудом сохранившегося на земле рисунка девочки и ведущей к ней лучиков с кружками, задержался. Надо бы добавить ещё один кружок с вписанной в него буквой «К». Но он не стал этого делать, а растёр рисунок сапогом. В коридоре Башни ему встретился страж.

— Разыщи Вишневского, передай, чтобы явился ко мне, — приказал Хадар.

Страж ушёл исполнять приказ.

Старший агент медленно поднялся на верхний ярус Башни, прошёл в свой кабинет, сел в массивное кресло, погладил его отполированные ручки. Похоже, настало время непростых разговоров. Прежде всего, Вишневскому нужно немедленно уехать из Элсара. Не после турнира, не во время него, а сегодня же вечером отбыть в Лес. А потом, когда он выяснит что требуется, от него можно избавиться. Он и так получил от перехода в Закуполье хорошую отсрочку в девять лет. Хотя, по правде говоря, Хадара немного удивила настойчивость Колдуна и его безапелляционное требование убрать Вишневского. Появилось ощущение, будто чего-то Хадару не договорили.

Снова и снова он возвращался мыслями к разговору с Колдуном и новостью, что Мира способна сама создавать сны. Он мало что понимал во всей этой магии, знал лишь, что таким свойством обладают только члены Ордена и долго ему обучаются. А тут не успела вынырнуть… Очень любопытная девушка.

Сможет ли она победить, если устранить Вишневского? Достаточно ли знаний он успел ей передать?

Хадар поднялся из кресла, подошёл к узкому окну, глядя на крыши домов. Жарко! Через несколько дней ветер охор сменится на свежий, который сомкнёт воды Реки, а пока город замер в знойном мареве. Жители прятались в прохладе каменных домов, все, кого необходимость выгоняла на улицу, казались ползающими, распустившими крыльями насекомыми.

Если Мира победит, Хадар передаст её Ордену, а Колдун избавит его от проблемы по имени Окато. Красивая схема. Однако есть нюанс — дурацкий ритуал «свободной воли», когда победивший в турнире сам выбирает, кем ему стать. По мнению Хадара, глупость несусветная, но с ней нужно считаться. С другой стороны, у победившего на турнире два пути: стать агентом или лодочником. Вариант с Орденом даже никто не рассматривает.

Значит, что? А то: пусть девчонка в случае победы становится для начала кем угодно, а дальше уже разберёмся, как перенаправить её в Орден. На памяти Хадара это будет второй случай, когда бывшая мокрозява попадёт туда. Да-с…

С улицы раздался женский смех. Посмотрев вниз, Хадар увидел двух девок из Весёлого дома — как обычно разукрашенных, с распущенными волосами. Разморённые жарой, они задрали юбки и закрепили их на поясе, чтобы слабый ветер хоть немного обвевал ноги. Девки заглядывали в окна домов и нагло стучали в закрытые ставни, вызывая мужчин. Хадар отошёл от окна, сел за стол, глядя на стоявшую там фигурку Первого Хранителя — предка всех, живущих сейчас в Азаре, — сделанную из того же камня, что беляки. Хранитель держал в руке три копья, собранные в пучок, и, если тронуть их, копья начинали качаться наподобие маятника.

«А давненько я не думал, как убить Найру, — усмехнулся Хадар. — Этот проклятый турнир все мысли сбил».

Найра, Найра, глупая распутная девка из Весёлого дома. Уже и душили её, и в Реку бросали, ей всё нипочём. Равнинный и тот от неё отказался, сославшись на какие-то высшие силы. А не передать ли эту проблему Колдуну? Высшие силы как раз по его профилю.

Додумать мысль до конца Хадару не удалось — в кабинет ворвалась Даяна. Хадар отметил, что она успела поменять откровенное платье, в котором была на собрании, на многослойное, нежного зефирного цвета, с длинными рукавами и широким поясом. Чёрные блестящие волосы были забраны в высокую причёску и украшены жёлтым хризантемами.

— Милая, не до тебя, — раздражённо начал Хадар.

Она захлопнула дверь, заявила:

— Тебе должно быть всегда до меня.

Подошла к нему и остановилась напротив стола, опираясь руками на столешницу.

— Внимательно, — сказал Хадар со вздохом.

— Что это было? — спросила Даяна.

— Где?

— На собрании. Ты предал меня.

Он хмыкнул:

— Интересно в чём?

— Ты должен был поддержать меня в борьбе против Вишневского. А ты сидел и ржал, как конь.

Она толкнула пальцем копьё на фигурке хранителя, и то закачалось. Хадар нарочито медленно остановил копьё и посмотрел на Даяну, чувствуя прохладную кожу прикреплённого на запястье чехла со стилетом. Как прекрасен стал бы мир, если бы вместо Медеи во дворике переулка Висельников осталась Даяна.

— Хорошо, давай поговорим, — сказал он, стараясь, чтобы в голосе не прорывались гневные нотки. — Ты считаешь, что я должен был поддержать тебя на собрании. Вспомни, не я ли просил тебя набраться терпения и довериться мне? Не я ли говорил, что решаю вопрос с Вишневским?

— Ты не Вилла не делаешь! — прошипела она. — Турнир через день, уже расступились воды Реки, прибывают гости, а ты говоришь о каком-то терпении?!

— Да! — процедил он сквозь зубы. — Потому что как раз сейчас сюда идёт Вишневский. И если ты заткнёшься хоть на несколько минут, то услышишь, каким образом я решу эту проблему.

Даяна быстро обернулась к двери.

— Вишневский идёт сюда? — удивлённо переспросила она.

— Да, — голосом Хадара можно было крошить камни. — Но благодаря твоей дурости под названием «собрание», я приобрёл проблему гораздо серьёзнее, чем Вишневский.

Даяна смутилась, что с ней случалось нечасто.

— Какую проблему? — спросила она, убирая ладони со столешницы.

— Окато. Я пошёл против него, когда заступился за Вишневского. Если ты заметила, у него свои планы на девчонку, и теперь его надо чем-то успокоить. Я успокоил бы его тобой, но в тебе нет для него ничего ценного.

Даяна повела плечами, поправила высокую причёску. Рукава скользнули вниз, обнажив изящные запястья с множеством браслетов, каждый из которых стоил столько, что можно купить воды для всех жителей Острова Серой Хмари.

— Не надо было заступаться за Вишневского, не создал бы проблему, — сказала она скорее от привычки огрызаться.

— Чтобы его утащили в подвал, и я остался с носом? — холодно спросил Хадар. — Прекрасный план. Гениальный. Может тебе ещё самой отправиться в Лес и выполнить задание старика? Вместо Вишневского, а?

Даяна, наконец, признала, что сделала глупость. Обойдя стол, она присела на подлокотник кресла и пробежалась пальцами по плечам Хадара, точно играла на пианино.

— Ну, прости, — сказала она. — Я была немного не права.

«Немного», — мысленно усмехнулся Старший агент.

В дверь постучали. Даяна встрепенулась и обменялась взглядами с Хадаром. Он указал на висящий на стене гобелен с изображением пиршества: за столом, который ломился от яств, сидели пять мужчин. Перед ними танцевала полуголая девушка.

— Живо! — шепнул Хадар и громче крикнул: — Подожди за дверью!

Даяна торопливо подошла к гобелену, отогнула его. Показалась дверь, ведущая в потайную комнату — узкую, словно пенал. В верхней части дверь имела решётку, чтобы лучше слышать, что происходит в кабинете. Пару раз Даяна уже пряталась там во время важных переговоров.

Как только за ней закрылась дверца потайной комнатки, и гобелен перестал колыхаться, Хадар крикнул: