"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 668

«Спасение! — выстукивали их сердца. — Дай нам спасение! Отдай себя — полностью, без остатка. Мы хотим быть счастливыми. Просто быть счастливыми. Все. Разом».

Не встречаясь ни с кем взглядом, Мира прошла между людьми к стене. Они пропускали её без охоты, но и не задерживали. Они пока не понимали, что она будет делать дальше, и тоже ничего не предпринимали. Дойдя до стены, она остановилась и сказала, глядя в пол и обращаясь сразу ко всем но в тоже время, ни к кому:

— Я была уверена, что Великий Хранитель бросится спасать мир. Но его как будто даже жизнь собственного сына перестала интересовать. А ведь он отправлял нас в Лес для его спасения. Что-то изменилось за то время, пока нас не было в Элсаре. Я всё поставила на его чувство патриотизма, на любовь к родному миру, но ошиблась. Грубо, фатально ошиблась. Что же изменилось? Он получил армию кукров. Но причина его равнодушия к судьбе Азара не может быть только в этом. Ещё Окато что-то говорил... Да, точно, он что-то сказал в ответ на мою пламенную речь... (Она сжала виски). Бедная девочка. Точно, именно так. Он сказал бедная... Вернее не сказал, а подумал...

Её грубо толкнули в плечо. Мира подняла голову. Над ней нависала женщина-гора. Огромные груди, мощные руки, монументальный торс, слоновьи ноги. На её лице тоже всё было крупным: толстые губы, большой нос.

— Мексиканка! — воскликнула Мира.

Она совсем не изменилась, разве что кожа стала ещё более смуглой, а на щеке появилось несколько родинок, напоминающих гречку. Как не дико прозвучит, Мира была рада видеть эту женщину. Хоть одно знакомое лицо! Пусть даже воспоминания, с ней связанные, были из тех, какие хочется забыть.

Мира заметила, что другие узницы Башни сбились в кучу, будто стая волчиц, и даже их приглушённые голоса напоминали теперь звериное рычание.

Мексиканка властно и сурово взяла руки Миры в свои и сжала, так что у той хрустнули кости.

— Не думала, что когда-нибудь вновь увижу тебя, — сказала Мексиканка.

— А где мадам Олсен? — спросила Мира, взволнованно осматривая толпу. — Я её не вижу.

По лицу Мексиканки прошла тень.

— Она стала кукром. Этот мир сразу был не для неё, — глаза женщины наполнились слезами. Она часто заморгала, и щеки прочертили дорожки слёз.

— Соболезную, — тихо сказала Мира. — Она была хорошим человеком.

Из толпы раздался женский голос:

— Здесь много хороших людей!

Мексиканка цыкнула на выкрикнувшую, приказывая замолчать.

— Так странно, — произнесла Мира. — Только сегодня я вспоминала слова мадам Олсен, что нужно верить в любовь. И вот, оказывается, её нет. Вы правы — этот мир слишком беспощаден, чтобы в нём выживали чистые души. Он будто специально создан для убийц, подлецов, насильников.

Мексиканка приблизила к Мире лицо и сказала очень тихо, чтобы услышала только она:

— Я хорошо отношусь к тебе, но не смогу их удержать. Слышишь?

Она красноречиво провела ребром ладони по своей шее. Да уж, куда понятнее?

Мира посмотрела ей за спину — озлобленные худые лица наркоманок, живущих от транса до транса, пока вода не заберёт их души.

Освободив руки из тисков Мексиканки, она громко сказала, обращаясь к толпе:

— Вас всё равно не отпустят!

Мексиканка взглянула на неё с тревогой.

— Вы сейчас совершаете ту же ошибку, какую совершила я, вернувшись в Элсар: верите обещаниям подлого старика! — продолжала Мира. — Не верьте, он их не сдержит. Вам сказали, что вас всех отпустят, а воду для всего Элсара буду добывать я. А вы думали, что будет, если я заболею и умру? Или моя способность пропадёт так же внезапно, как появилась? Запасы воды опять закончатся, а кроме вас других мокрозяв нет. Поймите же наконец — вас не выпустят отсюда в любом случае! Великий Хранитель никогда не останется без запасного варианта!

Но зря она пыталась пробиться к их здравому смыслу: её не слушали. Для этих людей она стала сосредоточением зла. Вся их ненависть, накопленная за годы заточения, ждала возможности выстрелить. И Мира стала идеальной мишенью.

Коренастая шатенка с заплетёнными во множество мелких косичек волосами достала спрятанную за спиной тарелку и метнула Мире в голову. Ожидавшая чего-то в таком духе, Мира взглядом отбила тарелку в стену. Тогда шатенка кинулась неё, визжа как взбесившаяся кошка. Мексиканка перехватила её, но следом за первой женщиной, на Миру бросились остальные.Чьи-то ногти оцарапали ей лицо и шею, чьи-то пальцы вцепились в волосы. Мира видела вокруг себя только искажённые бессильной яростью лица.

Несколько мокрозяв повисли и на Мексиканке. Она скидывала их с себя будто огромная бурая медведица.

Мира дала приказ концам платьев женщин связаться между собой. Мгновение — и мокрозявам стало уже не до нападения. Изумлённо пища, они стали отвязываться, но чем больше старались распутать узлы, тем сильнее те затягивались.

Тем временем к решётке уже подбежали стражи — три крепких парня. Наверняка караулили неподалёку — в планы Колдуна входило проучить и заставить Миру добывать воду, но не убить. Впрочем как раз Колдуну её смерть была бы весьма кстати, а вот Главный дед был пока заинтересован в ней живой. Не теряет надежды сделать её гидростанцией.

Ворвавшись в камеру, стражи руками оттеснили беснующихся баб к стене подальше от Миры. Она отметила, что оружия при них нет, петли для палок и ножны были пусты. Видимо их проинструктировали не брать оружие в самый последний момент. Мира тут же подняла руки ладонями вверх. Мол, я самая законопослушная мокрозява во всей Башне.

— Выходи, — приказал ей один из стражей. — Не умеешь себя вести, будешь сидеть отдельно.

Все женщины, кроме Мексиканки смотрели на неё с яростью. Мира широко им улыбнулась:

— Пока, девочки.

— Будь ты проклята! — глухо проворчала коренастая шатенка.

— Молчать или пропустишь свою очередь кукрить, — пригрозил ей страж.

Больше желающих проклинать вслух не нашлось.

Мира вспомнила свои наивные планы стать справедливой, доброй и всеми любимой магиней. На деле всё получалось с точностью до наоборот.

«Наверное это со мной что-то не так, — думала она. — Может, будь на моём месте другая, возможно, всё складывалось бы иначе».

Обернувшись, Мира увидела, что мокрозявы занялись развязыванием узлов на платьях, сцепивших их всех в одну связку. Страж легонько подтолкнул её в спину и она прибавила ходу. Вдоль стен на расстоянии десяти шагов друг от друга стояли маги, уничтожая малейшую надежду на побег. От одного мага к другому протянулись нити магии: будто кто-то натянул проволоку и пустил ток.

Они поднялись на несколько пролетов, и Мире показалось, что они покидают проклятое место и возносятся к «небесам», где даже дышится легче. Именно на этом ярусе была комната, в которой она жила пока шло обучение и подготовка к турниру мокрозяв. Мира почувствовала, как сердце сделало рывок и забилось в горле. Она не была готова к месту, где всё напоминает о Гае.

— Не надо сюда! — воскликнула она.

Идущий впереди страж удивлённо обернулся:

— Передумала? — спросил он.

Мира до боли сжала пальцы, угрюмо сказала:

— Нет.

Пошли дальше. Скудно освещённый факелами коридор всё длился и длился, казалось, ему не будет конца, как и магам вдоль стен.

Идущий впереди страж приостановился, дождался её и сказал:

— Ну и тварь же ты.

Мира вздрогнула всем телом, щёки полыхнули от злости и обиды.

— Полегче! — процедила она сквозь зубы. — Не то...

Ближайший факел выбрался из гнезда и угрожающе двинулся в сторону стража.

— Эй! Эй! — заорали идущие за спиной стражи.

Но ближайший маг уже подхватил факел и вернул на место.

— Хлопотно со мной, — с улыбкой посочувствовала Мира магу. Тот зыркнул на неё из-под капюшона и ничего не ответил. Мира вскользь отметила, что оскорбивший её страж от факела даже не отклонился.

Несколько метров прошли молча.

— Я пытаюсь понять, чем ты думаешь? — продолжил страж. — Как тебе не жалко этих несчастных (он ткнул пальцем в пол). Ты ведь сама была на их месте.