"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 834

Дверь открылась, на пороге возник тот самый Золл, которому заточку загнали в спину.

— Доктор, это бесчеловечно! — заявил Золл с порога.

— Что такое? — не понял я.

— Вы тут вкуснотищу пьете, а мы там от слюны скоро захлебнемся. Нельзя так с больными!

Понятно. Аромат глинтвейна по всей клинике разошелся, вот пациенты и заслали к нам гонца.

— Ладно, будет и вам, возвращайся в палату, — махнул я рукой. Налью им всем по стаканчику. В принципе, алкоголя там совсем мало, выпарился. А для поднятия настроения, улучшения пищеварения и хорошего сна грамм по сто им не повредит. Тем более, что того же Золла завтра выписывать пора. Кстати, если одежда солдатиков высохла, можно их уже отпускать, пусть только плащ-палатки возьмут.

Судя по всему, вчерашняя гроза была предвестником прихода циклона. Погода стояла промозглая, дул пронизывающий холодный ветер, зарядами налетал дождь. Для строителей на вершине холма я поставил наскоро сделанный генерирующий воздушный щит амулет, он прикрывал всю рабочую площадку от дождя. Амулет был откровенно кривой, жрал энергию, как не в себя, зато выполнял свои функции на отлично. Ну некогда мне было его правильно рассчитывать и делать, как положено. Когда у тебя под ногами считай, что электростанция, можно себе позволить подобное расточительство.

Еще раз осмотрев пациентов и выписав троих (одного из попавших под обвал, Золла и того, что с ранением в сердце), я решил прокатиться до племени. Тут и без меня справятся, если же что-то срочное, подъеду быстро, фургон у нас скоростной, колеса большие, шины толстые и с мощными грунтозацепами, не застряну. Раздав ценные указания и взбодрив подчиненных, я сел за руль и покатил в прерию.

Очередной заряд дождя налетел, когда фургон отъехал на добрые пару миль от поселка. Стеклоочистители в машине не были предусмотрены, чтобы хоть что-то видеть, приходилось высовывать наружу руку с тряпкой и протирать стекло. Чертыхнувшись в очередной раз, я поставил воздушный щит перед стеклом, проблема сразу исчезла. Капли падали со щита не задерживаясь, появилась нормальная видимость. Нога сама притопила педаль газа, и машина понеслась, сшибая капли с сухой травы. Еще через пару миль меня заинтересовало поле высокой растительности чуть в стороне от дороги. Съехав из колеи, фургон на небольшой скорости, чтобы сдуру не попортить колеса или подвеску, подъехал к этому полю.

Кукуруза. Настоящая кукуруза, просто дикая, то есть, гораздо более дохлая, чем привычная мне по Кентукки и Арканзасу. Ценнейшая культура, если разобраться, ей и люди могут кормиться, и скот, стебли же на силос переработать — и на корм тем же коровкам и свинкам. Я срезал несколько десятков уже изрядно осыпавшихся початков и сунул в мешок. Если удастся это выращивать… перспективы открывались колоссальные.

Фургон вернулся на дорогу и помчал дальше к новому становищу племени Опономо.

На сей раз племя расположилось на высоком берегу достаточно широкой реки, не обозначенной на моей карте. Живописное место. Этот берег выше противоположного, величественная река несет свои воды куда-то на северо-восток, противоположный берег просматривался бы на десяток миль, но сейчас видимость мили две, дальше идет пелена дождя. На холме над рекой выстроились орочьи вигвамо-юрты.

Фургон, чуть пробуксовав с одном месте, легко въехал на холм и остановился у одной из крайних юрт, где меня уже дожидался Хармин. Я вылез из кабины, и названный брат чуть не задавил меня в своих объятьях. Восстановив дыхание, я ворчливо произнес:

— Когда-нибудь ты меня задавишь, медведь!

— Кто такой медведь? — тут же заинтересовался орк.

— Зверь такой, на севере водится. Прям как ты, только весь волосатый. Местный царь природы, его все там боятся.

— Ааа, ну раз боятся, то хороший зверь, правильный. Почти как я, — брат расплылся в довольной ухмылке, показав отличные слегка желтоватые зубы. — Ладно, хватит болтать, пошли в дом, как раз ботог будет готов.

Ботог оказался местным блюдом. Берется коза, вскрывается шея, через нее сливается кровь и вынимаются внутренности, потом тушу бьют палками, чтобы сломать кости, их также вытаскивают через шею. Внутрь засыпаются специи, туша выдерживается сколько положено, после чего на костре раскаляются камни и закидываются тоже внутрь, шея завязывается шнурком из кожи той же козы, туша кидается на угли и накрывается другими раскаленными камнями. Через час можно есть. Хармин как раз вчера подстрелил козу, вот и решили сделать самое что ни есть национальное блюдо.

Ружья сильно изменили жизнь племени за прошедшие дни. Опономо уже не знали голода, не надо было больше долго гонять коз по скалам, постоянно рискуя сорваться, чтобы выгнать, наконец, под выстрел притаившихся стрелков, когда за несколько часов удавалось добыть одну или две козы, что целому племени так, на один зуб. И не надо было также гоняться за стадом бизонов, постоянно рискуя жизнью, где за неделю удавалось добыть пару зверей. Кончилось время голода и бескормицы, началась эпоха изобилия, восторженно рассказывал Хармин, явившийся на запах ботога шаман Шандар подтвердил его слова.

Я, конечно, очень рад за них, без шуток. Только не устроили бы они такую же проблему, что случилась с бизонами на Североамериканском континенте. Ведь какие бы сказки ни рассказывали разные экологически озабоченные дурачки, белый человек к исчезновению бизонов особого отношения не имел. Да, тот же Баффало Билл Коди забивал их тысячами, да только по прерии их ходили многие миллионы. Основная же вина в уничтожении этих мощных красивых животных лежала целиком и полностью на краснокожих, на тех самых индейцах. До прихода белого человека охота на бизона была крайне опасным занятием, а потом белый человек дал индейцу ружье. И оказалось, что можно с пары сотен шагов одним выстрелом бизона убить, не подставляясь при этом под рога и копыта. Тут праздник и начался. Доходило до того, что индейцы убивали целое стадо, чтобы вырезать языки, самую вкусную часть, и бросали туши на корм койотам. Понятно, что при таком отношении шансы на выживание у бизонов примерно равнялись нулю. Надо бы местным на эту тему осторожно мозги накрутить, начав с Шандара. Шаман человек уважаемый и авторитетный, как он скажет, так и будет.

А еще, имея целых два ружья, Хармин стал первым парнем на деревне. Вокруг него разве что хороводы не водили, пытаясь один ствол выцыганить. Но брат был непоколебим. Еще чего, оружие раздавать, удумали тоже.

Ботог оказался божественным. После всех издевательств над тушей мясо стало нежным и сочным, специи давали интересный вкус, отдаленно напоминавший земную индийскую кухню. В общем, ремень пришлось ослаблять аж на три дырочки.

Но развлечения развлечениями, а дела нужно делать в первую очередь. Поэтому, временно простившись с названным братом, я с Шандаром пошел в его шаманскую юрту.

В юрте шамана было по-прежнему накурено, хоть топор вешай. Вот как можно пыхать марихуану в таком количестве и при этом не сохранять рассудок? Шандару это как-то удавалось, как будто вся эта наркота на него вообще не действовала, ни малейших признаков нарушения рефлексов, абсолютно нормальная моторика, да и умение рассуждать и выстраивать логические цепочки на зависть многим.

Я сел поближе к входу, чтобы хоть иногда перехватывать глоток свежего воздуха. Шаман же порылся в куче своего обычного трэша и вытащил на свет еще три амулета. Отлично! Арпадио дал заказ на полсотни, когда узнал, что местный шаман тоже может их сделать. Потом, разумеется, рынок будет насыщен на какое-то время, но до той поры племя получит в копилку семь с половиной тысяч полновесных золотых талеров. Огромные деньги. На них и вооружиться можно, и кучу всякого интересного закупить. Вот те же стазис-ящики, местный аналог холодильника, это сразу снимет необходимость постоянно охотиться. Добыл кучу дичи, засунул в ящики и живи спокойно неделям, пока мясо не кончится.