"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Alchy" - Страница 766

Монстр зловеще зарычал, готовый перебить одним ударом мне хребет, а потом… рассмеялся.

Смех этот никак не мог быть звериным, самый обычный, человеческий.

Я не поверил собственным ушам.

Что за шуточки такие?

Но, кажется, и глаза начали подводить меня. Очертания монстра вдруг поплыли, как акварель, на которую пролили воду, начали превращаться во что-то иное.

— Что за черт? — выдохнул Герцен, приглядевшись.

Перед нами вместо чудовища теперь стоял человек — старик в тонкой черной сутане. И задорно смеялся.

— Позвольте представиться — Чернов Альберт Михайлович, доктор демонологических наук, специализируюсь на мороках, что вам сейчас наглядно и продемонстрировал, — произнес он, когда приступы веселья закончились. — Считаю, что любая практика гораздо важнее теории. Что вам сейчас на своем примере и показал.

— Это что… был обман?! — произнес пораженный Герцен.

— Не обман, а морок, — поправил его Альберт Михайлович.

На некоторое мгновение в классе повисла пауза — все переваривали сказанное.

Я тоже до конца не мог осознать случившееся, ноги мои продолжали дрожать от страха, а по спине бежал холодный пот.

— Да как вы посмели?! — вдруг опомнившись, закричал Герцен, покраснев от злобы. — Вы не имеете права применять магические заклятия!

— Вы правы, — кивнул Чернов. — Без веской необходимости, если это может угрожать жизни или здоровью мне или находящимся рядом — не имею права. Но то в обычной жизни. А вот в стенах школы это правило не распространяется.

— Ложь!

— Зря вы так. Внимательно прочитайте пункт триста пятый Кодекса, который гласит: разрешено использование магических атрибутов и способностей в учебных заведениях с целью наглядных демонстраций, если это не ведет к травмам, повреждению здоровья, смерти. Стыдно не знать такое. Вам ведь в первый день обучения было велено ознакомиться с Кодексом. Там об этом четко написано.

— Но…

— Вот я вам наглядно и сделал демонстрацию первого урока. Это согласовано с управлением школы и подобные демонстрации я устраиваю каждый новый курс. А вот как повели себя вы — это уже отдельная история.

— Я расскажу отцу чем вы тут занимаетесь! — прошипел Герцен, пригрозив преподавателю пальцем. — Он живо вас на место поставит. Устроили тут… бардак!

— Ваше право, — кивнул Чернов. — А вот поступок молодого человека, — он повернул голову в мою сторону, — заслуживает похвальбы. Ваше имя?

— Максим, — представился я.

— Вяземский? — спросил Чернов, приглядываясь ко мне лучше.

— Он самый.

Альберт Михайлович задумчиво почесал подбородок, потом строго обратился к перепуганным ученикам:

— Прошу за парты — урок начался пять минут назад. Обсудим все аспекты обращения, которое вы видели, с детальным разбором магического построения и плетения заклятий. Уверяю вас, если будете внимательно слушать меня весь курс лекций, то и сами сможете сотворить нечто подобное — в стена школы естественно.

— Герой! — прошипел в самое ухо Герцен, больно тыкнув меня в бок локтем.

Я обернулся, хотел влепить ему оплеуху, но Чернов поторопил:

— Чего медлим? Рассаживаемся! Начнем с основ демонологии. Времени на раскачку нет.

Я злобно зыркнул на Герцена. И вдруг до боли знакомый голос шепнул:

«Убей его! Прямо сейчас! Убей!»

Голос был настолько убедительным — или гипнотическим, — что я невольно подался вперед, в сторону промаршировавшего мимо Герцена. Мой разум в эту секунду был словно в тумане и я не отдавал отчета своим действиям.

В голове словно эхом из колодца звучало: «Убей! Убей! Убей!»

И я действительно — видимо под воздействием этого дурманящего голоса, — хотел убить его, прямо сейчас, не медля, больше всего на свете.

«Убей! Убей! Убей!»

До Герцена оставалось всего несколько метров. Нужно только оттолкнуть пару его приятелей в сторону, подскочить и одним движением — левой ладонью схватить за челюсть, правой упереть в затылок, — провернуть голову, до хруста. Мгновенная смерть.

«Убей! Убей! Убей!»

— Эй! Куда прешь прямо по ногам? — возмутилась какая-то девчонка, но я ее не слышал — весь мой разум был заполнен лишь этим гипнотическим голосом. Сейчас или никогда. Пора поставить этого задиру на место.

«Убей! Убей! Убей!»

— Стоять! — рявкнул вдруг Чернов и туман мигом схлынул.

Я остановился. Впрочем как и все ученики.

— Кто это? — спросил он, строго оглядывая всех. — Спрашиваю еще раз — кто это?

— Что случилось? — неуверенно спросил Ким.

Чернов молчал.

— Профессор, что-то не так? — спросила девушка с задних рядов.

— Он сам знает о чем я, — ответил Альберт Михайлович, внимательно приглядываясь к каждому ученику.

— Профессор, это Вяземский испортил воздух! Честно вам говорю! — произнес Герцен и класс взорвался смехом.

Чернота опять начала меня захлестывать, но я сдержался — понял, что профессор демонологии чувствует ее присутствие.

— Герцен, прекратить! — после паузы произнес Чернов, продолжая окидывать нас подозрительным взглядом. — Начнем урок.

Надо держать себя в руках — понял я. Явление самой смерти — пусть даже и через меня, — очень опасно. Достаточно вспомнить Олега, который — а в этом я уже не сомневался, — умер из-за меня и моего проклятого дара. Едва раскроется моя тайна, как меня живо пустят в расход. Я — дисфункция. Кажется так это называла Стаханова.

Мне вновь начало трясти. Наверное, стоит вновь наведаться к Стахановой, на этот раз сугубо лично и конфиденциально, чтобы детально расспросить про все эти явления. Возможно удастся вообще как-то избавиться от этого проклятого дара.

Наконец все расселись и профессор начал урок.

Первые пять минут приходилось бороться со сном — лекция была сухой и скрипела как песок на зубах. Но едва Чернов закончил с вводной частью и перешел к основам, как все сразу же поменялось и преобразилось.

Он рассказывал о прославленных бойцах Российской Империи, которые отчаянно сражались у Барьера и за его пределами, на Первом, Втором и даже Третьем кругах, используя свои атрибуты как основу, а элементы демонологии как инструменты обороны и атаки. Чернов подчеркивал, что часть этих заслуг принадлежит и ему, так как именно он был преподавателем этих героев.

— Именно я обучил практически весь отряд унтер-офицера Елякина маскировочной магии. Вы по истории еще не проходили подвил отряда Елякина? Ничего, скоро будете изучать. Так вот, основным моментом, который смог перевернуть расклад сил в противоположною сторону и из, казалось бы, безнадежной ситуации обратить ее в триумф, была слаженная работа Елякина и его отряда в части маскировки, — не без гордости произнес Чернов. — Я лично учил этого парнишку — он тогда был такой же, как вы, молодой, амбициозный.

Чернов еще долго рассказывал о том, как знание его предмета помогло военным удачно справляться с врагом у Барьера.

Потом, после обсуждения исторических примеров, перешли к практике. Профессор довольно подробно объяснил принципы создания морока и предложил каждому из учеников по очереди создать какой-нибудь простенький морок.

— Понимаю, что это баловство и с первого раза навряд ли что-то дельное получится, но все же считаю, что лучше один раз подержать в руках оружие, чем месяц рассматривать его чертежи, — произнес преподаватель, раздавая нам магические камни и небольшие формуляры к ним, в которых описывались действия по созданию морока. — Артефакты вам помогут на первых парах, но потом, запомните, в старших классах, вы уже будет работать без них.

Получалось у нас и в самом деле так себе. Половина класса не смогла создать хоть что-то. У остальных получилось сотворить морок на доли секунды. Герцен создал подобие огромного жирного червя, с человека ростом. Ким — скелета. Еще у нескольких получилось что-то среднее между обезьяной и ящерицей. Я создал черное расплывчатое пятно.

Именно это пятно и привлекло Чернова больше всего.