"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Alchy" - Страница 828

— Приступаем к работе! — поспешно сказал я, облизывая пересохшие губы. — Остап, а ты подойди ко мне — надо переговорить.

Парни пошли по своим местам, Бердичевский же направился ко мне.

— Что такое?

— Давай отойдем, — сказал я, украдкой поглядывая на Евгения. — Разговор есть деликатный.

Мы отошли к дальнему концу коморки.

— Ты говорил, что у тебя дар есть? — начал я.

— Ну да, — кивнул тот. — Могу девушек охмурять.

— Не врешь?

— Да чего мне врать? Что есть — того не отнять. Но только обычных, с аристократами не проходит.

— А на парней эта твоя способность распространяется?

— Что?! — выпучил глаза Остап. — Нет! Конечно же нет!

— Хорошо, — кивнул я. — У меня для тебя есть небольшое задание. Только я прошу, чтобы это осталось строго между нами. Хорошо?

— Хорошо, — насторожено кивнул Остап. — А что делать надо? Но учтите сразу, ту жабу шестидесятилетнюю, которая в столовой компот варит, я охмурять не буду. Мне моя психика дороже кастрюли компота.

— Не надо повариху соблазнять, — улыбнулся я. — Она женщина опытная, сама кого хочешь охмурит. Цель другая. Остап, ты только не пугайся. Направь краткосрочно свой дар на… Евгения.

— Что?! — второй раз удивился Остап.

— Направь. Я прошу. Сам же сказал, что на парней это не распространяется. Так что тут без рисков.

— А зачем? — не понял парень.

— Есть одно подозрение, — ответил я. — Обратил внимание, когда разнимал их. Будь наблюдательней — сразу бы увидел.

— Евгений, что…

— Все вопросы потом. Ты направляй, давай. Прямо сейчас.

— Хорошо, — пожал плечами Остап. — Как скажите.

И повернулся в сторону парней.

Я принялся пристально смотреть, вспоминая, как рука прикоснулась к груди Евгения. Это сработало на подсознании, на уровне восприятия гормонов противоположного пола. Сложно объяснить. Но если завязать мужчине глаза и дать потрогать три ладони или любой другой части тела, одна из которых будет женской — он определит нужную.

Да и шея… я не видел у Евгения кадыка! Конечно, это можно было отнести к возрасту парня или каким-то индивидуальным особенностям организма, но чутье подсказывало — что-то тут не ладно.

Остап тем временем начал тихо пощелкивать пальцами и сопеть, то резко вдыхая, то выдыхая.

Сначала ничего не происходило — парни работали, каждый на своем месте, увлеченно создавая магические конструкты, иногда коротко переговариваясь.

Но потом Евгений вдруг вздрогнул, глянул в нашу сторону. Дернул головой, вновь принялся доставать из ящика стекляшки. А потом опять посмотрел на нас.

Остап дернулся, и Евгений невольно издал тихий стон.

— Чтоб меня! — только и смог вымолвить Остап, открывая глаза. — Откликнулся! То есть отклинулась! Это девка! Ей-богу, девка!

— Уверен?

— Да что же я, ошибиться могу что ли?

— Остап, я тебя прошу, чтобы это осталось между нами.

— Конечно. Я — могила! Вот так номер. Среди нас — девка!

— Рот на замок!

— Да понял я!

— Ладно, иди. Я пока с Евгением переговорю — есть несколько вопросов, которые надо разъяснить прямо сейчас.

Я жестом позвал к себе Бердичевского. Тот, косясь на уходящего Остапа, подошел ко мне.

— Что-то случилось?

— Случилось, — кивнул я, смотря, чтобы никто не подслушивал нас. — Сама расскажешь или мне задать неудобные вопросы?

— Что расскажу? — Евгений смутился.

— Евгений — это твое настоящее имя, верно?

— Верно.

— Только с маленькой поправкой. Не Евгений, а Евгения.

Собеседник вздрогнул.

— Я не понимаю о чем вы…

— Все ты понимаешь. Давай, рассказывай. Я никому не скажу. Но если смог понять я, то вполне резонно могу догадаться и другие. Ты ведь не парень?

— Я…

— Вот сейчас давай не глупи и дурака не включай. Я тут сейчас — единственный человек, которому ты можешь хоть как-то доверять. Так что давай я повторю вопрос — ты не парень?

— Не парень, — после некоторой паузы ответила Евгения. — Девушка.

— Чтоб меня! — только и смог вымолвить я.

— А что тут плохого?

— Какого ляда ты в армии делаешь?! — с трудом сдерживая эмоции, произнес я.

— Так надо, — сухо ответила та. — Вам это знать ни к чему.

— Ты ведь понимаешь, что секрет твой будет уже никаким не секретом после первой помывки бани? Да ты вообще соображаешь, куда ты попала и что с тобой может произойти?

— За меня не переживайте.

— Так, юлить со мной не стоит. Или ты все сейчас выкладываешь мне, или я иду к начальнику гарнизона и сообщаю ему — и тебя первым же рейсом отправляют обратно.

— Мне нельзя обратно! — вспыхнула Женя.

— Тогда рассказывай.

— Я… не могу.

— Дуреха! Я единственный, кому ты тут можешь доверять. Если кто узнает из местных придурков, типа Гамильтона, думаешь они к начальнику гарнизона побегут сообщать? Нет, они тебя в самом укромном месте закроют, что никто не найдет. Надеюсь не надо пояснять для каких целей? Тут с женским внимание дефицит — и на кухарку заглядываются.

Это подействовало на Евгению, она мелко задрожала, произнесла:

— Хорошо, я расскажу. Только обещайте, что никому не расскажете! И назад не отправите!

— Ладно, на меня можешь положиться. Не расскажу. А вот насчет не отправлю… это еще подумать надо. Выкладывай.

Евгения уже было открыла рот, чтобы поведать свою тайну, как в комнату вбежал запыхавшийся Гамильтон.

— Вяземский! — крикнул он. — Где Вяземский?

— Тут я.

— Срочно — к начальнику гарнизона. Вызывает.

— Хорошо, иду.

Я повернулся к Евгении.

— А ты будь тут, и чтобы молчок!

Та кивнула.

— А, Вяземский! Заходи.

Начальник гарнизона Сергей Маркович по обыкновению своему курил.

Я вошел внутрь.

— Присаживайся.

Сел.

Начальник гарнизона начал что-то искать на столе, перебирая кипу бумаг. Продолжалось это довольно долго.

Наконец, взяв ту, что лежала почти под самым его носом, Сергей Маркович сказал:

— От Гамильтона поступила информация. Плохо работаете.

— Плохо?

— Да. Дисциплина хромает на обе ноги. Говорят, деретесь у себя там в каморке.

— Кто говорит?

Сергей Маркович рассмеялся.

— Птички напели.

Кажется, я догадывался, как звали эту птичку.

— Не дрались, — покачал я головой. — Просто эмоционально обсуждали технологию производства магических конструктор.

— А что ее обсуждать? Берешь инструкцию и делаешь. Да и не это главное. Качество никакое. Объемов нет.

— Норма большая, — ответил я. — Только приступили к делу, осваиваем технологию. Поэтому так получилось. В дальнейшем будем стараться наверстывать объем.

— Наверстаете — не сомневаюсь. Но не в этом вопрос. А вопрос в качестве. Качество страдает.

— Все было сделано строго по инструкции! — не выдержал я.

— А Гамильтон так не думает, — покачал головой Сергей Маркович и показал мне бумажку, которую так долго искал. — Вот акт дефектовки — в нем четко написано, что плохо сделано, никуда не годится.

— Это какая-то ошибка. Никаких вопросов у Гамильтона не возникало. Он же сам при нас смотрел!

Сергей Маркович, слепо щурясь, водя пальцем по написанному, начал читать по слогам акт:

— Комиссия в составе… так… рассмотрев… изучив… заключила… Ага! Вот — магические боевые конструкты типа «Огонь-М» имеют явные дефекты, присутствуют множественные сколы, нарушения целостности оболочки, внутри состава видны посторонние фракции, к дальнейшей эксплуатации конструкты непригодны. Подпись комиссии, дата. Что скажете на это?

Начальник гарнизона поднял на меня взгляд.

— Скажу, что это не соответствует действительности. Да вы можете сами убедиться, что все нормально, магические конструкты в полном порядке.

— Не могу, — покачал головой начальник гарнизона. — Снаряды ваши магические согласно инструкции утилизировали как не пригодные к использованию.

Я начинал закипать.