Шабаш Найтингейл - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 45

– Знаешь, Рубина… – начал Дрейк, и голос его не подвел. – Я требую развод.

Словно бы в подтверждение его слов, весь дворец задрожал и качнулся.

Пампкин запрыгнул на колени к юному хозяину и изо всех сил зашипел.

Будто бы из-под земли пришла внезапная дрожь, в первые мгновения едва заметная, но все более нарастающая с каждой новой секундой. Как если бы неведомое исполинское чудовище пробуждалось в недрах острова. Или… сам остров оживал.

Стены затряслись, закачались, покрылись трещинами. Ставший тяжелым воздух гудел и вибрировал.

Деметра Лоренс хорошо помнила ощущения в момент последнего серьезного землетрясения, застигнувшего ее в Вэлфорд-холле. Хорошо помнили свои чувства и остальные. Морган обнял фамильяра, вцепившегося когтями в его кожаную куртку. Ричард, не дожидаясь, пока глубокая трещина расползется по потолку, скомандовал:

– Все под стол, живо!

Одновременно они нырнули под белоснежную скатерть, в то время как мимо них летели вниз фарфоровые тарелки и разбивались на сотни осколков. Паркет под ногами трещал и скрежетал, вырываясь мелкими острыми щепками. С невообразимым грохотом что-то рухнуло справа от них, подняв ворох пыли. Деми закричала и тут же закашлялась.

– Господин Хаттон! – пробивался сквозь неимоверный шум чей-то голос. – Господин Хаттон!!!

Мужская рука вытащила Деметру из-под стола в то же время, когда одна из лакированных ножек его переломилась и сильно наклонилась в сторону. Инстинктивно девушка потянула за собой Моргана, и все вместе они выскользнули до того, как массивная столешница немалым весом навалилась на оставшиеся опоры и упала на пол.

Все впятером – дворецкий Гиллан, Деми, Морган, Пампкин и Ричард – оказались на усеянном обломками пыльном ковре. Штукатурка сыпалась сверху, камни стен не выдерживали и крошились в песок.

За окном, стекол в котором уже не было, творился какой-то ад – дома по другую сторону улицы оседали на глазах.

– Нужно выбраться наружу! – вновь крикнул Гиллан и подал руку Ричарду, чтобы помочь ему подняться.

Деметра и Морган вскочили на ноги, держась друг за друга. Пампкин, неистово шипя, увеличивался в размерах, вновь становясь демоническим существом и намереваясь во что бы то ни стало защитить своего хозяина.

Они выбежали из столовой и в холле наткнулись на насмерть придавленную упавшей колонной экономку Рут.

Прижав руку ко рту, Деми не смогла сдержать подступивших рыданий. Женщина, которая поддерживала ее всегда и во всем… Помочь было уже нельзя. Остекленевшие глаза, замершие навсегда, смотрели в никуда.

Пол под ногами ходил ходуном. Выставив перед собой руку, Ричард чарами взорвал перекосившуюся входную дверь и вытолкал Деметру наружу.

Сразу же Деми ощутила леденящий январский воздух на своей коже, но едва ли обратила на это внимание. Она безвольно смотрела на то, как бегут куда-то ошалевшие от страха люди, как прямо посреди мостовой лежат погибшие…

Как стекла в зданиях рассыпаются, будто по мановению чар… Как разрушаются стены…

Земля начала раскалываться прямо под подошвами их ботинок.

– На дворцовую площадь! – прокричал Ричард, подталкивая замершую от ужаса Деметру в спину.

– Ричард, мы не успеем!!! – выкрикнула она, оборачиваясь и глядя, как высокое пятиэтажное здание позади них, неподалеку от Кроу-хауса, стало крениться в сторону улицы, обещая поглотить ее под собой целиком.

Мужчина вновь выкрикнул что-то и прямо из воздуха создал трех теневых коней в полной экипировке для верховой езды. А сам в этот миг качнулся так сильно, что едва устоял на ногах. Деми и Гиллан догадались разом: этими сложными чарами, выполненными одновременно, Ричард Хаттон потратил едва ли не все свои магические силы.

Дворецкий подхватил Деметру, словно легкую куклу, и усадил ее в седло. Прежде чем она успела что-то сказать, перед ней был закинут и Морган.

– Ради всех богов, езжайте! – крикнул им Гилллан и бросился к Ричарду, чтобы помочь забраться на коня и ему.

Дважды повторять не требовалось. Никогда не умевшая ездить верхом, Деми изо всех сил ударила коня ногами в бока, а затем хлестанула его уздой по шее. Ей было наплевать, причиняет ли она коню боль – он все равно был Тенью. Требовалось лишь, чтобы магическое существо тоже испугалось, и это произошло.

Конь рванул с места что есть сил.

Почти мгновенно вперед перед ними выскочил ставший по-настоящему огромным кот Пампкин. Своим шипением и ревом он расчищал перед ними дорогу от обломков, а его рыжая шерсть горела огнем.

Деметра, обнявшая Моргана одной рукой за талию, чувствовала, как напряжен мальчик, и понимала – это он в данный момент давал фамильяру свою магическую энергию для чар.

И ей было страшно уже не за себя, а за Моргана, больше всего на свете. Деми что-то кричала и непрестанно подхлестывала коня, тогда как гул не стихал и город продолжал разрушаться.

Глубокая трещина в земной коре, пролегшая ровно по центру улицы, нагоняла их сзади. Дома крушились по правую и левую стороны, заволакивая все вокруг серой пылью. И непонятно было, следуют ли за ними Ричард с дворецким, или Деметра с мальчиком давным-давно остались только вдвоем.

Конь неистовым галопом несся за Пампкином, волшебным образом выбиравшим наилучший путь. Когда он нырнул под арку оседающего вниз здания, Деми завизжала и зажмурилась, вцепившись в седло и в Моргана.

Что-то резануло ее по правой щеке и проехалось по спине, а рот заполнился пылью. В ушах уже не был слышен грохот – только звук ударов собственного сердца.

Чудом проскочив в последний момент, конь вырвался на открытое пространство из самой сердцевины непроглядного облака.

Они оказались на переполненной выжившими горожанами главной площади. Глубокая трещина наползала, и люди разбегались подальше.

Но вдруг все затихло. Разлом замер в нескольких ярдах от входа во дворец.

Кот-фамильяр остановился, и теневой конь прекратил бег вместе с ним. Только тогда Деметра нашла в себе силы оглянуться.

Город Эмайн Аблах, целиком утонувший в зыбкой дымке разрушений, был мертв.

На то, чтобы все окончательно затихло, архипелагу потребовалось не меньше трех часов. И хотя обрушения зданий прекратились, многие из них все еще оставались опасно накренены и больше не являлись пригодными для жизни. В других же бушевало страшное пламя, вызванное различными причинами, унять которое удалось лишь ближе к ночи.

Масштабы бедствия были таковы, что никто не брался подчитывать ущерб или количество погибших. Выжившие привычно взялись за организацию палаточного лагеря на главной площади.

Сам дворец магистра устоял благодаря вовремя и точно исполненным инструкциям – Вильгельмину Спириту стоило поблагодарить за организованность. Едва возникли первые подземные толчки, как на защиту главного оплота государственности магического мира были призваны жрецы собора, служащие Волшебно-магической канцелярии и Штаба, научные сотрудники и дворцовая прислуга. Чарами они смогли удержать весь комплекс от значительных повреждений. И теперь казалось, что он остался единственным, что уцелело на всем острове.

Однако сразу после этого магистр Вильгельмина приказала служащим Штаба магам-хранителям не оказывать помощь или разбирать завалы, а немедленно разыскать всех членов Верховного Ковена.

Когда маги-хранители обнаружили их, Деметра Лоренс только-только увидела среди толпы Ричарда Хаттона и Гиллана. Оба были, как и они с Морганом, в пыли и грязи, со свежими ссадинами и кровоподтеками, еле стоявшими на ногах, зато живыми.

Ричард и Морган истратили много магических сил и чувствовали себя неважно. Даже когда все спешились и теневые кони растворились в воздухе, Деми продолжила обнимать и поддерживать мальчика одной рукой, чтобы тот не упал. В довесок на плечи к ней запрыгнул принявший свой обычный вид кот Пампкин – он сразу заурчал, но делал это довольно устало и казался очень вялым.