Интрижка (ЛП) - Дарлинг Джиана - Страница 19

— Встретимся в вестибюле через пятнадцать минут. Надень что-нибудь удобное, — приказал он через плечо, прежде чем выйти из спальни.

Я вернулась в свою комнату в состоянии сверхосознания, как будто мое счастье усиливало мои чувства. Мои босые ноги поцеловали прохладный мраморный пол вестибюля, и мягкая юбка моего платья скользила по моим покалывающим бедрам. Несмотря на недостаток сна, я была бодра и жаждала большего.

Синклер поглотил мои мысли, когда я сняла праздничную одежду и пошла в душ. Горячая вода обжигала чувствительную кожу между ног, но струи массировали мои ноющие мышцы.

Я была поражена тем, как он разоблачил мой консерватизм, обнажил самую суть моей сексуальности. С Марком я чувствовала себя неловко и неуклюже под его обаянием, и для меня было открытием, что кто-то настолько уверенный и опытный руководит действием. Я думала о том, как он приказал мне наклониться, приказал мне достичь оргазма. Я вздрогнула от этого воспоминания, намыливая волосы шампунем с медовым ароматом. Его холодные слова эхом отдавались в моей голове, и возникшее в результате, напряжение в моем животе опровергло мое влечение к его контролирующей натуре.

Я также была благодарна за его реакцию на мою девственность. На самом деле, я была сексуально активна в течение многих лет, и было неправильно вводить Синклера в заблуждение, называя себя новичком. Но мне также не хотелось признавать этот сексуальный опыт, вспоминать руки, лицо и действия человека, который использовал меня годами. Я закрыла глаза и прижалась лбом к плитке, позволяя воде стечь по моей голове и спине. Было ли глупо полагать, что Синклер сможет стереть эти воспоминания? Я все еще чувствовала его руки на своей коже, поэтому было легко поверить в их потенциальную силу, способную уничтожить все прикосновения перед ними.

Несмотря на это, у меня было еще пять дней с этим человеком, и, игнорируя тень предвидения на краю моего блаженства, я поклялась наслаждаться каждым моментом этого.

Когда десять минут спустя я прибыла в вестибюль, Синклер хмуро смотрел на экран своего «Блэкберри». Я остановилась на минуту, чтобы рассмотреть его, то, как его блестящие каштановые волосы ниспадали на лоб и полюбоваться его восхитительно узкими бедрами. Он внезапно поднял глаза и выпрямился во весь рост, как будто он был охотником, который только что учуял свою жертву. Взгляд, который сверкнул в его голубых глазах, был таким же диким и торжествующим. Если бы я могла оторвать взгляд от его вида, я бы проверила, не смотрит ли на него кто-то. Когда он подошел ко мне, я почувствовала, как участилось сердцебиение, и меня охватило абсурдное желание бежать.

— Привет, — выдохнула я, когда он остановился прямо передо мной. Мне пришлось наклонить голову, чтобы продолжить смотреть на его яркий взгляд, единственное окно в его загадочное лицо.

— И тебе привет. — Один из его пальцев провел по моей шее, щекоча мой участившийся пульс. — Нервничаешь?

Мой смех был необычайно пронзительным, но я расправила плечи и заставила себя расслабиться. Это был человек, который только что был внутри меня, какого черта я вела себя как неловкий незнакомец?

Глаза Синклера сузились, его пальцы пробрались в мои волосы и потянули, пока моя голова не откинулась назад, и он не возвысился надо мной.

— Расскажи мне, что происходит за этими серыми глазами, Эль, или я перекину тебя через колено, и мы можем забыть о неожиданном приключении.

Дрожь возбуждения пробежала по моей спине, и я закусила губу при мысли о том, что растянулась у него на коленях, обнаженная, как прошлой ночью. Должно быть, он почувствовал дрожь, и его брови поднялись в молчаливом вопросе, но я покачала головой.

— Не знаю почему, но сегодня утром мне неловко рядом с тобой, — сказала я. Его голова наклонилась, изучая меня, его пальцы теперь тщательно массировали мою кожу головы. Каждое движение его пальцев ослабляло один из узлов напряжения, сжимавших мои плечи.

— Мы больше не чужие, но еще и не любовники, после одной ночи. Обычно это может быть неловко, но не для нас, не тогда, когда ты принадлежишь мне. — Он заметил изгиб моего рта и в ответ резко дернул меня за корни волос. — Ты смущена, потому что тебе понравилось, когда тебя взял незнакомец, приказал кончить.

Я беспокойно заерзала ногами в сандалиях, когда жидкость желания растеклась между моих ног.

Легкая ухмылка тронула его губы, когда он наклонился вперед, чтобы заговорить прямо в мои губы.

— Ты сейчас мокрая, Эль? Просто услышав мой голос?

Я застонала, не желая признавать власть, которую он имел надо мной.

Мимо нас прошла пара, весело разговаривая и волоча чемоданы в вестибюль. Мужчина, невысокий, пожилой джентльмен с густыми седыми волосами, резко повернулся к нам, и его ноздри раздулись, как будто он почувствовал мой запах. Синклер слегка повернул голову, чтобы посмотреть на него, и свободной рукой потянул меня за задницу, пока я не прижалась к нему. Седой незнакомец улыбнулся и подмигнул мне, а затем нежно похлопал по заднице своего партнера.

Когда он ушел, я попыталась оттолкнуть Синклера.

— Я не могу поверить, что ты только что сделал это.

Его хватка была крепкой, а линии его тела, прижатого к моему, были сделаны из стали. Мне хотелось тереться о него, как кошка, царапать его и тыкаться в него носом, пока он не погладит меня.

Каким-то образом он прочитал мои мысли.

— Я могу сделать с тобой все, что захочу. В ту ночь, когда ты согласилась на наш курортный роман, ты сознательно вошла в мой мир.

Я мгновенно вспомнила его слова: «Ты принадлежишь мне в течение следующих шести дней» и мое беспокойство возросло еще на одну ступень.

Я облизнула пересохшие губы.

— Это звучит не очень справедливо.

— Нет, — размышлял он. — Это не так. Ни один смертный не должен держать сирену в руках, но ты дала мне возможность, которая выпадает один раз за всю жизнь.

Мое сердце быстро стучало в грудной клетке, восхищенное и удивленное его поэзией, но, когда я увидела, как потемнели его глаза, ритм стал тише, пульсируя теперь в моем животе.

— Я хочу подтолкнуть тебя, Эль, посмотреть, как далеко я смогу тебя завести. К седьмому дню ты будешь умолять меня взять тебя так, как ты сейчас даже не можешь себе представить.

Я ахнула, мой разум лихорадочно перебирал возможности. Я была настолько озабочена, что чуть не споткнулась, когда он внезапно отстранился от меня. Он нахмурился, поймал мою руку и обвил ею свою.

— Больно? — спросил он, и хотя в его красивом профиле не было и намека на эмоции, его голос звучал немного забавно, может быть, даже самодовольно.

Я покраснела и попыталась выхватить у него руку.

— Нисколько. — Не в силах даже извиваться под его сильными пальцами, я вздохнула и позволила вытащить меня за главные двери, ведущие к передней части курорта. Перед нами стояла та же длинная черная машина, что и прошлой ночью. Синклер открыл дверь, чтобы я могла проскользнуть внутрь, так, что я оказалась лицом к нему и спиной к движению автомобиля. Всю дорогу он молчал, глядя на светящийся экран телефона, пока читал электронную почту и занимался делами, но я была рада тишине.

Я положила голову на мягкое сиденье и уставилась на размытые цвета проплывающего мимо Лос — Кабоса. Моя камера висела у меня на шее, и я без колебаний взмахнула ею в руках, чтобы запечатлеть абстрактные пятна мексиканских пейзажей.

Мы остановились на светофоре возле автобусной остановки, где молодая женщина, всего на несколько лет моложе меня, прислонилась к столбу, обнажая мягкую часть коричневого живота под маленькой белой рубашкой и узкими синими джинсами. Ее кожа была влажной от пота, а слегка растрепанные волосы прилипли к влажности между ее грудями. Она нахально смотрела на меня большими глазами цвета патоки, и когда я подняла камеру, чтобы запечатлеть ее странную эротичную ленность, ее бледный язык высунулся и поймал каплю пота, застрявшую в пушистых волосках над верхней губой. Мой затвор щёлкнул, и мое сердце триумфально забилось, когда секундой позже машина въехала в пробку. Я открыла фотографию на экране своего «Кэнона» и обнаружила именно тот ленивый сексуальный момент: обнаженный живот, набухшая потная грудь. Я не была уверена, была ли сексуальность в этом образе, в девушке, но темные уголки моего разума открылись. Мне было интересно, сколько существует разных видов знойной жизни, сколько видов секса и фантазий.