"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 663

— Мы — семья, я отвечаю за всех своих жен, каждая из них отвечает за других и за саму себя. Мы много лет живем и сражаемся вместе… И Моника — также мне дорога, как и другие.

— Ты пытаешься обмануть и меня, и себя. Одну из них ты любишь больше, но только сердцем. Умом ты их всех ценишь одинаково и поэтому искренне веришь в то, что говоришь. Что ж, подойди ко мне. дитя, — и посох указал на застывшую в напряжении Монику.

А один из мужчин-драконов вновь полоснул ножом по ладони матриарха, обновляя рану.

— Но после инициации ей придется остаться со мной на какое-то время, и это не обсуждается! — заявила «глас матери»; пока последняя из жен Сальваторе облизывала испачканные в крови губы. — Я должна буду научить ее управлять своим драконом, иначе она будет опасна людям. Любая из вас, — старуха повернула свою драконью морду к восьми девушкам, в то время как стоящая рядом с ней женщина говорила вместо нее, — сможет общаться со мной, задавать мне любые вопросы и рассчитывать на мою помощь и поддержку. Я — мать всем своим детям… А, теперь идите! Мы ждем, когда в небе появится еще одна семья драконов.

Сальваторе даже побелел немного, переглянулся с Анаэлем, но тот лишь едва заметно помотал головой. Думаю, демон, как и я, прекрасно понимал старую драконицу. Если Моника натворит глупостей, отвечать придется всем. Всем драконам…

Под пристальными взглядами Саль глотнул крови прародителя, добытой с риском для жизни. Затем вместе со всеми своими женами отправился по тропинке вслед за одним из мужчин. Наверное, их ведут в убежище, где можно будет закончить процесс инициации. Осталось подождать еще немного, и мы все полетим домой, ужинать, отсыпаться, выдыхать…

Только вместо мечты об учебе, к которой я с радостью приступлю завтра, у меня в голове зрели кровожадные фантазии о том, как я врываюсь на рынок Ксоргладэ и отрываю головы работорговцам.

Ни о какой учебе и речи быть не может, пока мы не отомстим… и не освободим всех хитхгладэйцев!..

Наивно? Глупо и политически невыгодно? Пойдет ли Анаэль на это? Поддержат ли меня мои мужья? Одна я не справлюсь, это точно… Удовлетвориться мыслью, что мы разрушили самый удобный способ поставки рабов? Или пойти войной на целую страну…

И-и-ить, как же муторно на душе, едва я начинаю думать обо всем этом здраво, усмиряя желание вылететь из подземного перехода большой драконьей армией и сжечь всех этих мразей… к едрене фене!

Глава 28 — Кнуты и конфеты

— Ящерица, у тебя такое лицо, что мне не по себе прямо. Ты опять фигню всякую надумываешь или просто о смысле жизни размышляешь?

Я кивнула:

— Ним, в Ксоргладэ — рабство, причем не просто внутри страны. Они воруют свободных людей и делают их рабами. Они воруют свободных детей, Ним! И… — я зажмурилась, чувствуя, как все тело напрягается от воспоминаний, связанных с этим местом: — Я не знаю, что это за замок и почему там спит дракон, но мы должны с этим разобраться. Это неправильно…

«Судьбы людей нам не интересны, а вернуть нам нашего прародителя — благая цель»; — прозвучал у меня в голове голос драконьего матриарха.

Хороший слух у бабушки, особенно когда ей заняться больше нечем. И выходит, у меня есть поддержка хотя бы с половиной моей безумной задумки. Вот только что делать со второй?!

— Саламандра. — Серьезный и озабоченный Анаэль — редкое зрелище, зато сразу ясно, что не кокетничать подошел, а по делу. — Пообещай мне не лезть никуда в ближайшие дней семь-десять?! Побереги мой покой. — Демон ухмыльнулся, но было видно, что шутил он просто по привычке. — Тут намечается большая политическая заваруха, и выигрыш — власть и деньги, много денег. В такое влезать так, как ты привыкла, нельзя…

— Со смазкой поползешь? — ехидно усмехнулся Ним, только в его глазах блеснуло сочувствие.

— Выкручусь, не переживай, Рыжий. Главное, чтобы мне смазку на драконьем жире не подсунули, — мрачно пошутил Анаэль. — Так что давайте я спокойно весь расклад выясню и со всеми договорюсь, чтобы все были должны мне, а я — никому, — тут его темное величество уставился на меня своим вымораживающим мою внутреннюю драконицу взглядом и сверлил меня целую долю. Затем устало махнул рукой: — Как человека прошу… как бы шило тебя ни соблазняло, не влезай никуда хотя бы дюжник!

— Ты с семи дней начал, а теперь уже о двенадцати просишь, — натянуто улыбнулась я.

— Это чтобы у меня хотя бы дня три-четыре в запасе оказалось, — рассмеялся демон. — У нас два странных артефакта, смена страны-экспортера нефти, — тут он уже совершенно естественно ухмыльнулся и подмигнул мне. — Дракон этот дрыхнущий на вражеской территории… И попытка призвать к порядку целый материк, подворовывающий жителей моей страны. Я не замахиваюсь на мировое господство — проблем много, но и сжигать все Ксоргладэ — не вариант. Так что давайте вы займетесь развратом или учебой, а не поисками новых забот на мою голову?!

— Кстати, об артефактах, — внезапно я вспомнила, что Анаэль таскался по странному замку с каким-то измерителем или анализатором. — А что ты замерял, пока Сальваторе добывал себе ингредиенты для инициации?

— Количество лимагосов. — На лице демона появилась загадочная улыбка, а странного серо-карего цвета глаза хищно блеснули: — Они кишмя кишат вдоль стен и особенно дверей, но не в самом замке. Понимаете? Чем дальше от стены, тем меньше магии в воздухе. А во дворе ее уже почти нет, минимум, чтобы артефакты работали, и все. Как и по всему нашему пути от портала до замка.

— То есть магия в том камне, из которого выстроен замок? — заинтересовался разговором Фредонис.

Анаэль лишь кивнул, а загадочность на лице сменилась предвкушением развлечения — к нам подошла ангелица.

— Крошка, я думал, ты нас покинешь и сбежишь к своим…

Я скептически поджала губы, а Шамсиэла саркастически-недоверчиво хмыкнула. Да даже Ниммей едва скрывал выплескивающееся наружу ехидство. Прямо вот все поверили, что наш демон сидит и доли отсчитывает, когда же от него сбежит его вторая телохранительница.

— Наш архангел выслушал мой отчет и решил, что пока тебя без присмотра оставлять нельзя. Не очень-то он доверяет тебе и твоим драконам…

Если бы я знала Адама чуть хуже, то, может, даже и поверила бы и, возможно, обиделась. Но в том-то и дело, что наш самолепный ангел наверняка выразился как-то иначе.

— Ты уверена, детка? Вот так и сказал? Понимаешь, малышка…

Анаэль почти вплотную подошел к ангелице. Раньше мне казалось, что они одного роста, потому что Шамсиэла с начала своей работы телохранителем сообразила уменьшиться с трех метров до двух. Но сейчас я прямо физически ощутила, что демон крупнее, больше, мощнее… Тень за его спиной давила, причем не только меня, но и нимбоносную красотку.

— В этом мире такая странная расстановка сил: у власти сразу демон и ангел. И именно на нашем взаимном доверии держится очень многое. А твой архангел, крошка, наш подданный, и только потому, что мы ему доверяем, вам разрешили жить в этом мире под его присмотром…

Давление исчезло так резко, что я инстинктивно провела рукой по шее, словно убеждаясь — больше ничего не душит, в глазах не темнеет и дышать снова легко.

— Ты мне должна поцелуй, так что самое время его вернуть и сделать вид, что этого разговора не было. — Анаэль очаровательно-нахально улыбнулся, глядя на злющую девушку, и действительно поцеловал ее… правда, в щеку, а потом наклонился и прошептал прямо в ухо: — Мне нравится, что ты упрямая горячая штучка с норовом, но не подставляй больше Адама. Я ему за жизнь Натана должен и верю, как себе. У вас тут будет рай на земле, малышка, если ты не будешь настраивать меня против моих ангелов. Ты тоже одна из них, пока Адам возится с вами… так что давай жить дружно.

Конечно, все сказанное предназначалось не мне, но у меня случилось внезапное обострение любопытства и слуха. А еще какого-то странного чувства… Очередной необъяснимый приступ ревности? Да я же совсем недавно с улыбкой наблюдала, как Анаэль соблазнял Шамсиэлу на поцелуй. Тогда почему сейчас на душе неприятный осадок? Как в тот миг, когда я узнала, что ангелица заняла мое место телохранителя…