"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 770

— А почему оно тёмное?

Вместо ответа Роман щёлкнул выключателем. Холодок протёк по моей спине. В электрическом свете голубой ореол не был виден, от спирали просто начиналась полоса тьмы, вонзаясь в стену. Даже свет в помещении показался тусклым, словно темнота выпивала его. Так же тускло прозвучал голос Романа:

— Не знаю. Фотоны просто исчезают. То ли их выбивает это излучение, то ли превращаются в другие частицы. Возможно, это та тёмная энергия Вселенной, которую все ищут. Вот она, нобелевка! А у нас даже пузырьковой камеры нет.

— Да уж, — пробормотал я, а потом вспомнил: — Ты хотел исследовать влияние на электронику. Есть что-нибудь?

Роман странно поглядел на меня, ну и вид у парня. Лицо измождённое, глазные яблоки в кровяных прожилках, волосы разлохмачены.

— Есть, — глухо ответил он. — Электронику вырубает почти мгновенно, даже сквозь стену. Пока не знаю, на каком расстоянии действует, попросил оптические схемы, проверю и на них. Голову совать категорически не советую. Уж не знаю, ставить опыт на Максе или нет?

Я глянул на довольно урчащего под боком Романа кота:

— Жалко. Лучше бездомных собак поищи.

— Белых мышей заказал, — вздохнул Роман. — Но для биологических опытов наш институт мало приспособлен… Только ты не болтай о результате, Андрей. Ребят, что помогали оборудование собирать, Клима тоже попросил рот на замке держать. Мы наткнулись на что-то серьёзное.

Клима вызвал меня в тот же день. Сидел в кресле и хмуро смотрел на меня, будто что-то прикидывая.

— Андрей, — наконец угрюмо заговорил он. — Я знаю, что Роман тебе всё показал. Возможно, это правильно, ты нам здорово помог. Но помни, это секретная тема. Никому ни слова. Обсуждать можно только с теми, кого я вечером соберу. Встретимся после работы, в шесть часов.

Так я попал на эту странную вечеринку…

Собрались там же, в комнате, отделанной под деревенскую избу, с медвежьей шкурой на полу.

Присутствовали Клима, Лара, Роман, и кряжистый мужчина с короткой стрижкой и блёкло-голубыми глазами, единственный при галстуке.

— Марат Григорьевич Барков, — представил его Клима. — Начальник охраны.

— Просто Марат, — поправил тот, крепко пожимая мне руку.

Вокруг стола суетилась Лара, расставляя несколько сортов водки, распластанную сёмгу, грибочки, красный брусничный морс…

— Жареную треску подам позже. — Она села, кокетливо стрельнув в мою сторону глазами-пуговками.

Застолье начал Клима, предложив тост за замечательного учёного Романа — несомненно, будущего нобелевского лауреата. Тот сегодня выглядел неплохо: наконец-то подстриг светлые волосы и надел серо-голубую рубашку под цвет глаз.

Роман снисходительно улыбнулся, выпили.

Второй тост Роман предложил за меня.

— Всегда думал, что философия далека от науки, этакая интеллектуальная забава. А оказывается, эти миры могут пересекаться. За Андрея, странника по мирам.

Лара посмотрела озадаченно, Марат бросил внимательный взгляд, а я, наверное, покраснел. Дружно выпили.

Потом, естественно, выпили за очаровательную хозяйку — Лару, и процесс пошёл…

— Климент Иванович, — наконец оторвался от сёмги Роман. — Когда будем подавать заявку? Чем раньше, тем вероятнее, что хоть на будущий год выделят финансирование.

Клима нахмурился. Подцепил вилкой белый груздь и похрустел им.

— Там настоящая мафия, — сказал неохотно. — Делают деньги на продаже государственных секретов. Твоя разработка живо уплывёт к американцам. Так что надо подумать…

Марат иронически улыбнулся, за столом ненадолго стало тихо. Клима плеснул всем водки:

— За то, чтобы русская наука служила России.

— В современном мире трудно контролировать распространение информации. Интернет и всё такое… — Я хотел показаться умным, но заработал только подозрительный взгляд Климы.

— Америкосы своими разработками ни с кем не делятся. Это русские дураки…

— Не такие уж дураки, — мягко возразил Марат. — Скорее от жадности в мозгах закоротило, всё продать готовы.

— И что же делать? — ехидно осведомился Роман.

Марат отхлебнул брусничного морса и вытер салфеткой губы.

— Извечный русский вопрос. А поскольку он философский, то уместно предоставить слово философу.

Вот скотина! А Лара воззрилась с любопытством, так что пришлось напрячь уже размякшие мозги.

— Ответ на вопрос «Что делать?» не так сложен, — бодро начал я. — Просто каждый хочет, чтобы ответ получился в его интересах, а точнее, в интересах его домена. Бизнесмены говорят, что Россией должны управлять толковые менеджеры, военные предлагают «сильную руку», и так далее. Русские мыслители давно дали теоретический ответ — для русского народа больше всего подходит соборное правление. А политики ещё раньше дали ответ практический — в России всегда правили партии. Конечно, если понимать партию широко, как организованное сообщество. Так, Иван Грозный для борьбы с боярской партией создал свою — опричную. Дворянская партия блокировала попытки Александра I и Александра II провести реформы. Традицию продолжили большевики, создав коммунистическую партию. И сейчас Россией правит не президент, а партия чиновников. Нужна партия нового типа, которая будет заботиться не о собственных интересах, а общем благе…

— Как просто! — с издёвкой заметил Клима, прожёвывая очередной груздь.

А Лара надула губки:

— Умный мальчик. Только я не поняла, что такое домен?

— Это группа людей с общими интересами, — хмуро ответил я. — В основе обычно семейное родство, хотя не обязательно. Типичный уклад русской жизни, раньше его называли общиной. На Западе встречается реже, там преобладает эгоизм отдельных семей…

— Всё понимаем, — вздохнул Марат. — А почему ничего не делаем? Русская лень?

— Пока гром не грянет, мужик не перекрестится, — скучно ответил я, прикидывая, что поддеть вилкой. Роль умного мальчика стала надоедать. — Только когда русский осознает, что угроза нависла над его доменом, он начинает действовать. Так было во время Смуты, Великой Отечественной…

— И сейчас наши противники это учли, — охотно подхватил Марат, — и действуют так, чтобы русские даже не понимали, что их уничтожают.

Я прожевал маринованный гриб (вкусно!) и вяло поинтересовался:

— Вы думаете, что нас уничтожают?

— Для американцев мы как кость в горле, — проворчал Клима. — Огромные ресурсы, да ещё умеем дёшево делать то, на что они затрачивают огромные средства, и то не всегда получается. Взять хотя бы Романа.

Тот сощурился, словно кот, а я не сдержал усмешки. Что бы ты без меня делал?

Лара вскочила:

— Мальчики, про рыбу забыли!

Укатилась колобком и скоро возникла с огромной сковородой. Аппетитный дух жареной с луком рыбы распространился по комнате, и под это дело снова выпили.

— Ну ладно, — проворчал Клима. — Допустим, создадим партию, которая провозгласит целью общее благо, и что потом? Эта партия опять всё под себя подгребёт. Коммунисты хоть о державе заботились, а нынешние чиновники норовят всё распродать.

Я неохотно оторвался от трески:

— Во-первых, децентрализация. Когда все деньги уходят в один центр, у чиновников появляется соблазн урвать от пышного пирога — отсюда практика откатов. Во-вторых, свод жёстких правил для элиты…

— Вроде морального кодекса строителя коммунизма? — насмешливо поинтересовался Клима.

— Лучше наподобие кодекса бусидо, — вздохнул я. — Если нарушил, лучше сам сделай харакири. Хотя у русских офицеров тоже был свой кодекс чести…

Марат сощурился:

— США отводят России чисто сырьевую роль. Чтобы взять под контроль её ресурсы, планируют развалить на шесть или даже пятнадцать независимых государств. Как это сделали с СССР, только на этот раз поэтапно, чтобы всё не досталось Китаю. Местные правительства окажутся у них в кармане и станут надсмотрщиками над вымирающим населением. Американская элита считает, что само слово «славянин» происходит от «slave» — раб. Пусть качают нефть, валят лес и добывают алмазы для Америки. Так что децентрализация на руку американцам. Разве не так?