"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 475

— …где я?.. Эскул?.. — я смотрел на лицо орчанки, тревожно морщившей лоб. Потрескавшиеся губы Гергудрун шевелились, тихо произнося слова.

— Я, Гудруша… Всё хорошо. Ты среди друзей, — я решил скастовать ещё раз Регенерацию и Очищение. Не нравилась мне эта слабость Ведьмы. После Возрождения она должна скакать, как кузнечик! А тут…

— Эй, квартерон! Не надо трогать мою грудь! Что за воспитание, Холиен? Едва увиделись и ты снова за своё! — улыбка обнажила клыки орчанки.

— Мы волновались за тебя, зелёная, — рядом встала Лоос, откинув упавшую на лоб прядь чёрных волос, — пришлось немного поссориться с Ковеном.

— И ты здесь, Тёмная? — оживилась Гергудрун. Чувствовалось, что с каждой минутой силы к ней возвращаются, — Ковен вправе был лишить меня силы, ведь я не убила Князя, да ещё и помогала Тёмной. Дроу не в чести в Цитадели, чтобы ты знала…

— Я уже поняла это, Ведьма. И больше не буду наивно просить освободить от проклятия мой народ. Я больше вообще ни о чём не буду просить Ковен. Точнее, мы не будем просить. Только требовать! Пока ты бока отлёживала, в мир пришла новая сила…

Гудрун пристально посмотрела на Богиню и медленно села на ложементе, категорически отвергнув помощь суетившейся около неё Инфы:

— Это он-то сила? — Гудрун, криво улыбнувшись, кивнула в мою сторону.

— Да, Ведьма. Эскул Ап Холиен, Бессмертный квартерон, твой ученик. Первый среди равных… и мой альв… — последние слова Тёмная Королева произнесла, тихо опустив глаза.

— Дождалась, значит… Ох и наплачешься ты с ней, Грандмастер, — Гудрун вдруг одним слитным движением выскочила из капсулы и приземлилась на пол, ловко спружинив ногами, — интересное жилище у вас, друзья, — она бросила короткий взгляд на улыбающуюся Инфу, во все глаза смотрящую на обнажённую и ничуть не смущающуюся орчанку, — и интересные помощницы у тебя, мастер Холиен! У меня в голове тысяча вопросов, Эскул, — Ведьма вдруг слегка наклонила голову, будто прислушиваясь к себе, поднесла ладони к груди, замерла и… расплылась в радостной улыбке, — как, кому… как тебе удалось, квартерон?!

— Случайно, Гудрун. Вот, не поверишь, просто полез разобраться с твоим средоточием и… повезло, наверное, — я пожал плечами. Подробности рассказывать было лень, устал жутко.

— Из второго горизонта, куда я его отвела, он вошёл в соприкосновение со Средоточием и связал разорванные нити, восстановив твой рисунок… там, где не хватало струн, он вплетал свои… — Ло не утерпела, выдав меня со всеми потрохами, — я думала, что это невозможно.

— Правда? Руками связал струны? — взгляд орчанки был напряжён, но она продолжала удивлённо улыбаться.

— Нет, мастресс, вот этим, — я протянул Ведьме свои спицы-крючки. Та посмотрела на них с суеверным ужасом.

— Спрячь, Холиен. И никому не показывай. Инструмент у Конструктора — одна из самых редких вещей в этом мире. У каждого он свой. Твой — созидающий. У Конструктора Ковена — разрушающий. Не дай Подгорный в Цитадели узнают о нём…

— Накажут? — теперь моя очередь была улыбаться.

— Это не шутки, Эскул… — орчанка шагнула вплотную ко мне, — ты станешь врагом Ковена…

— Опоздала, Гудрун… Ладно, давай, Лоос отведёт тебя в твою каюту. Накормит и расскажет подробности. А там уж ты сама решишь, оставаться с нами или идти своей дорогой.

— А ты? — Гергудрун положила мне руку на плечо.

— А мне надо спешить в посёлок Долины Справедливости. Сидеть и ждать, пока Верховная выяснит куда пропали её виндикты, по меньшей мере неконструктивно. Последую совету отца одного великого воителя из моего мира.

— Это какому? — Инфа не сдержала любопытства.

— Разделять и властвовать, шаранг. Разделять и властвовать! Пошли, поможешь мне собраться. Не будем подругам мешать сплетничать о великом квартероне из Варрагона… — ну вот, пошёл сыпать неуклюжими шутками. Верный признак смущения, — да, Ло, альвочка моя ненаглядная, найди одежду подруге. Не то дай ей волю она так и будет слоняться по Станции, одетая только в свои рунные партаки…

— Мастер Холиен, мастер Холиен, а… — Инфа по дороге к термодинамической лаборатории не уставала донимать меня вопросами о процессе восстановления Средоточия.

— Так! Космодесантница! Отставить донимать Первого! До утра осталось всего ничего, а мне ещё золото у Базилевса забрать надо и отдохнуть хоть часок, да манну восстановить, ведь почти до донышка расколдовался… Башка просто разваливается…

— Хорошо, хорошо, дядя Артём. Последний вопрос, можно?

— Что с тобой поделаешь? Валяй…

— А как звали того воителя…

— Какого? — я оторопело уставился на Инфу, занятый в мыслях планами на перспективу.

— Ну того, который «разделяй и властвуй»…

— Ааа… да, Саша Македонский… это его папаша, кажется Филей звали. А может, и врут люди. Ты это, голову себе всякой хернёй не забивай. К моему возвращению вместе с Лоос разберите весь процесс восстановления по полочкам. Чует моя за…эээ… душа, пригодится нам ещё это умение. А повторять процесс лучше всего с учётом всех допущенных ошибок!

— Ну что, господа фальшивомонетчики, как дела с наличностью? — мы с Инфой ввалились в термодинамическую лабораторию в самый разгар творческого спора между Редьяром и Базилевсом.

Голос моего деда был слышен ещё из коридора, перекрывая гул и свист стравливаемого охлаждающей системой воздуха. Открытая дверь шлюза объяснила отсутствие звукоизоляции.

— И чего это у вас всё нараспашку, а, мастера?

— Привет, Артём, — дед устало присел на какой-то ящик. Вася же, не отрываясь от прибора, похожего на перископ подводной лодки, пробубнил: «Все спешат… всем подавай всё и сразу… тут люди в поте лица не смыкая глаз вкалывают!»

— Чего это с ним? — спросил я деда, кивнув на Васю.

— Да достали его… Как на совете мы упомянули про физиологический доспех, так народ и повалил. Да все с претензией на эксклюзивность. Астра с Руной, те, вообще, эскизы притащили и описания на три страницы, будто мы с Васей кутюрье на выезде. Даже Сим вроде и по делу зашёл, во гляди! — дед показал мне левое предплечье, охваченное знакомым браслетом коммуникатора, — типа побеспокоился о нас, в первую очередь обеспечил связью. Намекнул жучара, мол, и вы не забудьте про мою броню. Артём, ну это же ни в какие ворота… у нас же не десять рук!

— Хе-хе, терпите, мастера, не поддавайтесь. Востребованность — это такой товар. Не мне тебя дед учить. Ежели что, разрешаю валить на Первого. Приказано, мол, обеспечить более важные заказы! Тем более что это так и есть. Мне утром в посёлок портироваться, надо бы золота, сколько получится взять…

— И что, даже не надавишь авторитетом, чтобы тебя бронёй в первую очередь обеспечили? — Базиль оторвался от перископа.

— А зачем? Чего спешить. Всему своё время. Я, если видишь, и без коммуникатора пока обхожусь.

— А Первый-то у нас, сама скромность, а? — дед подмигнул Базилевсу, — не переживай, Эскул, наклепали мы тебе шестьдесят тысяч золотых, вон, в углу мешки. Фирма! Правда, для скорости пришлось всё гномьей чеканки делать, извини. Зато всего шестьдесят с хвостиком килограмм. Твой инвентарь выдюжит. Следующую партию уже разнообразить будем, ну и состарить бы не мешало для конспирации. А эти все новёхонькие, так что трать аккуратно!

— Я со своими перемешаю, там с десяток тысяч ещё. Менее заметно будет.

— А что вы в перископе высматривали, мастер Базилевс? — любопытной шаранг золотая тема была скучна.

— О, девочка! Хочешь посмотреть? Рождение керамопластовой брони — настоящее чудо! — Вася вскочил и нетерпеливо повёл девушку к перископу, где они и застряли на добрых полчаса.

— Выглядишь измотанным, — вроде бы попенял мне дед.

— Дела целительские, — махнул я рукой, — попить есть чего?

— Попить или выпить? — оживился дед.

Я задумался на секунду:

— А и выпить не грех. Есть что отпраздновать…

— Да? И что?

— Вытащили орчанку из комы.

— Да ты что? Силён… И как вышло.