"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 478

В овраге почти ничего не изменилось. Лишь следы колёс от фургона, да вытоптанная, успевшая подсохнуть, трава. Ну-ка, проверим кое-что. Я поднёс к лицу правое запястье с коммуникатором:

— Вызываю «Гиперборею», приём. Абонент «Дед», — я невольно улыбнулся. На этот позывной Андрей Анатольевич долго не соглашался, справедливо возражая, что дедом, по старой памяти он является только для меня. Убойным аргументом явилось утверждение Инфы о его непререкаемом авторитете. Дед посмотрел на шаранг внимательно, будто подозревая её в подвохе. Потом улыбнулся в усы и кивнул. От воспоминания этого короткого эпизода потеплело на душе. Мысли прервал голос Редьяра:

— Приём, Первый. Здесь Дед. Чего это ты засуетился? Вроде и недавно попрощались.

— Решил проверить, как далеко достаёт связь. Я сейчас в овраге. Встречался с Янитором. Идея с ракетой — носителем одобрена, поторопи Сим Ка и Астру.

— Принято! Сделаю, попробуй активировать коммуникатор из посёлка, вдруг выгорит?

— Идёт, Дед. До связи.

— До связи, Первый.

Не знаю, какой там принцип резонанса, но качество связи у наших предков было просто великолепным. Такое впечатление, что разговариваю с находящимся в соседней комнате.

Дабы не привлекать к себе излишнего внимания, скинул почти весь сет в инвентарь, оставшись в рубахе, штанах и старом плаще. Сделал зарубку на память, так как пришлось оставить сапоги, другой обуви попросту не было. Пришлось их изрядно испачкать в земле, чтобы не выбиваться из образа простого путника.

В посёлок проскочил через восточные ворота, присоседившись к пастуху, ведущему большое стадо коров с ночного выпаса. В Долине было не по-августовски ещё тепло и много зелёной травы, чем и пользовались окрестные жители.

Особенного усиления стражи не заметил, а парочка позёвывающих воинов выглядела довольно мирно. На меня не обратили никакого внимания. Но я решил не расслабляться, мало ли какие есть способы у Ковена. Вон, виндикты, чуть не на пятки нам наступали со своим отрядом. За что и поплатились…

До подворья добрался по утреннему времени довольно быстро. Улицы были пустынны. Городские жители вставали значительно позже пейзан. Ни минуты, не задумываясь просто перемахнул забор, ибо ворота были заперты на внушительный засов. А стуком перебудить половину улицы не входило в мои планы.

Едва добрался до крыльца, как услышал скрип дверей и увидел в нескольких метрах перед собой арбалет, направленный точно мне в переносицу. Над чудом оружейные мысли с тяжёлым, отделанным серебром, прикладом ухмылялось заспанное лицо Хейген:

— Доброго утречка, мастер Холиен! А мы и не ждали тебя так скоро…

— Привет, мамаша! Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Не ожидал? А превратить дорогу в Цитадель в речку, ты, засранец, тоже не ожидал? Ведьмы после твоего бегства, словно взбесились. Хорошо, Бруно не вернули, оставили у себя. Но Целительницы были очень сердиты. Пришлось сколачивать плот, да сплавляться в долину, а там пешком до посёлка.

— Прости, Маттенгельд, что доставил вам столько хлопот. Но, поверь, по-другому было нельзя. Удалось спасти Гергудрун и вернуть ей способность к магии, которой её лишил Ковен; понять природу Сонного Мора, это поможет вернуть Бруно и Натиенн. Но врать не буду. С Ковеном у нас теперь война…

— Война у него… Что, ты сказал «у нас»?

— Да, Хейген. Бессмертные объединились в Лигу. Мы будем собирать наших по всему миру. Выжить в одиночку не представляется возможным.

— Ох, Эскул, лезешь в пасть к Парсуму…

— А когда было легко, мамаша? Ты вспомни. Варрагон, буббонка, война с альвами и орками, бегство… да мало ли. Вся моя жизнь, с самого начал, это борьба! Но ты не волнуйся, Хейген, крыша над головой у тебя, детей и Гуггенхайма есть. Золота достаточно, откроешь таверну, лавку. Внакладе не будете. Эликсиры, что будет делать Гуггенхайм, по моей лицензии прокормят вас всю жизнь. Ещё и на приданое Тоше останется, да близнецам на обучение. А не хватит, так я ещё привезу, не переживай.

— Ты будто прощаешься со мной, квартерон?

— Нет, Хейген, конечно, нет! Просто много придётся ездить, а видеться из-за Ковена будем скрытно.

— Да плевала я на этих Ведьм! Не нужна я им. Не тронут они нас, а если думаешь, что к тебе подобраться через меня захотят, так я успокою. Очень помогла вернуться сюда одна из них.

— Кто?

— Мастрес Зелерин.

— Шаранг? Интересно… что ещё она сделала?

— Пообещала, что с Бруно будет всё в порядке и настойчиво просила дать знать тебе, что ищет встречи… может это ловушка, Эс?

— Не знаю, не знаю, Хейген. Думаю, тут другое. Шаранг очень заинтересованы в одной из Бессмертных. Помнишь рыжеволосую шаранг?

— Инфа? Да.

— Думаю, она им для чего-то нужна. И что предложила Зелерин?

— Если ты согласен, дать знать содержателю оружейной лавки шаранг, что на малом рынке. Она пришлёт гонца о месте встречи.

— Хм. Шпионские страсти. Шифруется Ведьма. Отчего так? Ведёт свою какую-то непонятную игру за спиной Гвендолин? Слишком много вопросов… Ладно, пошли Тошу, пусть уведомит, что я буду в посёлке вечером. Там поглядим. И ещё. Вы вывеску уже сделали?

— Когда, Холиен? То понос, то золотуха… Некогда было.

— Закажи как можно быстрее. «Подворье и лавка мамаши Хейген». Очень важно!

— Погоди, Эс. Почему такое название?

— Потому. Подворье будет не только твоего имени. Я полностью выправлю бумаги в Гильдии на тебя. Не спорь, Маттенгельд, повторюсь, так нужно. Вот возьми эти жетоны белого металла. На них короткое письмо. Будешь отдавать всем Бессмертным, кто будет приходить к тебе, но, скорее всего, у них уже будут эти жетоны. Здесь написано, что Лигу Бессмертных можно будет найти через тебя. Постараюсь распространить их через гильдейские караваны и почту по всему свету. Много Странников разбрелось по миру, пора собрать их вместе.

— Поняла… но, если Ковен…

— Узнает? Не страшно. Даже если Цензоры тебя спросят, так и скажи. Ничего не знаю, приезжают, останавливаются, платят исправно. Ищут Холиена. А я и не знаю, где он. Ты ведь и правда не будешь знать!

— Хе… хитро, Эс, — улыбнулась мамаша, — даже если и Мага Разума привлекут.

— Ну, думаю, до этого не дойдёт. Кстати, наш старик ещё спит?

— Не вылезал из своей мастерской до утра, упрямый, как осёл. Всё приговаривал, что ученик вернётся, а ничего не готово!

— Сумасшедший Алхимик!

— Ты его обязательно похвали, Эс. Уж очень он старался.

— Непременно, мамаша, непременно. Ты иди отдыхай, а я в лабораторию спущусь. Перед встречей с Торговой Гильдией надо пару козырей подготовить. Ради выгоды они мне Трёх Сестёр с небосвода достанут…

— Да куда уже спать? Займусь завтраком, да к плотникам Тошу зашлю. Сам сказал, что с вывеской поспешить надо…

— А что на завтрак?

— А вот через часик вылезай из своего подземелья, там и узнаешь. Да, ушастого Грандмастера с собой обязательно приведи, ведь с вечера маковой росинки в рот не положил.

— Сделаю, Маттенгельд!

Мастерская Алхимика на подворье значительно отличалась от варрагонской конуры Гуггенхайма. Высокие сводчатые потолки просторного подвала. Отличная вентиляция за счёт множества цокольных оконцев, застеклённым пусть и мутными, но толстыми витражами. Печь Великого Делания занимала отдельную дальнюю комнату, по периметру заставленную стеллажами с ингредиентами и пустыми пузырьками. Да… А старик-то развернулся, не пожалел золота. Просто мечта, а не лаборатория. Ну по местным меркам, конечно. Эх, я не я буду, если не покажу гоблину нашу Термодинамическую лабораторию и молекулярного синтеза. Интересно будет посмотреть на реакцию Грандмастера Алхимии.

Я, конечно, перед уходом со Станции подумывал синтезировать пару-тройку веществ у нас. Тем более что это бы не заняло много времени. Но как сформировать рецепт и передать Гильдии? Вот ведь в чём загвоздка. Я и так собирался попробовать на свой страх и риск, ободрённый найденными на запястье правой руки несколькими пиктограммами, явно относящимися к алхимии. Изображение реторты, огня в горелке и синей мензурки явно указывали на простейшие манипуляции: «смешай», «нагрей», «добавь маны». Рискнуть стоило. Надо использовать весь свой арсенал. Неудача могла аукнуться, конечно, порчей оборудования и даже смертью экспериментатора. Но умирать бессмертному не впервой.