"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 488

— Зовите меня просто Эскул, Великая… а что до Дальсахры. Так я и не видел толком ничего. Весь путь от портала мы проделали в закрытом экипаже, занятые моим инструктажем и наставлениями учителя…

— Прямота… в твоих правилах, Эскул. Брат предупреждал… но он также говорил, что ты можешь быть хитрым, как торговец фруктовыми косточками во время великой засухи.

— Сонгару виднее. Он учитель боевых искусств. Мой второй учитель. А наставнику часто удаётся разглядеть в подопечном даже то, что ему самому не известно.

— Ещё и умён… Давай, Эскул, посмотри на жемчужину Великой Пустыни Дальсахру отсюда, с балкона моих белых покоев её можно рассмотреть во всех подробностях. В это время года её раскалённые улочки, тенистые сады и лазурные фонтаны особенно прекрасны, — Царица облокотилась на парапет, изящно указывая рукой на простирающийся под нами город.

Да… жемчужина Великой Пустыни была действительно великолепной. И если моё сердце не было навеки занято Варрагоном, я бы, пожалуй, тоже влюбился в эти кружевные стены из жёлтого и белого камня. В плоские крыши, расцвеченные тканями и коврами, уложенными для просушки и проветривания, в высокие, тонкие башни дворцов и храмов с бирюзовыми витражами и разноцветными изразцами, в пестроту рынков и прохладу садов. Даже в звенящий над всем этим оазисом сумасшедший зной, дамокловым мечом, нависающим над оплотом разумных, дерзнувших бросить вызов Великой Пустыне…

— О чём ты задумался, Грандмастер? — голос Ингар вернул меня на балкон.

— Сколько шаранг отдали свои жизни, чтобы столь прекрасный город мог процветать в таком неприспособленном для существования разумных месте?

— А… вон что тебя волнует, квартерон. Число не так важно, как кажется. Нет, нет… не подумай, что я жестока к шаранг и Дальсахра покоится на сотнях тысячах костяков моего народа! Мы привыкли так жить. Когда-то, очень давно, шаранг пришли в этот мир, и первое, что они увидели, была Великая Пустыня. Древние свитки говорят, что наш родной мир умирал и выглядел ничуть не лучше этих песков. Но мои предки нашли возможность понять эту землю. На самом деле Великая Пустыня полна жизни, и если ты спросишь самого простого погонщика фарангов или подмастерья горшечника из пригорода, а, может быть, примерную дочь из любого дома шаранг, что носит каждое утро воду в кувшине из квартального колодца о том, хотят ли они сменить свои дома на прохладу шумных лесов, вольных полей или льдистый воздух горных склонов, то в ответ получишь лишь молчаливую улыбку, глубокую мудрость которой познаёт не каждый гость Дальсахры…

— Дом, у каждого он свой, Великая… Значит, вы тоже когда-то были Странниками?

— Так указано в наших летописях. Впрочем, насколько мне известно, альвы и гномы тоже были гостями. Лишь орки утверждают, что владели своими землями от сотворения мира… Но я думаю, лгут. Просто клыкастые не ведут летописей.

— А хумансы?

— О… этот жадный до жизни и земель народ пришёл в наш мир гораздо позже. Но скажи мне, Эскул. У Бессмертных принято долго не переходить к главной теме разговора? Я-то всегда думала, что это черта наших стариков…

— Прости, Царица, я совсем забыл, ошеломлённый новыми впечатлениями, как мало нам отведено для встречи. Итак, я готов выслушать, зачем Царице Шаранг квартерон Эскул Ап Холиен.

— Хм. Брат прав, ты совершенно чужд дипломатии Эскул. Но, может, для нашего союза это и хорошо… Ты очень опрометчиво выступил против Ковена, Грандмастер. Орден, точнее, Гвендолин очень мстительна и ревнива. Отдав ей через скрижаль возможность пользоваться «Возрождением», ты усилил Верховную очень значительно. Сонгар должен был тебе сказать, что в Ковене назревает раскол. Мне и Великой Вельве Севера давно не нравятся, порядки, устанавливаемые Гвендолин. Она игнорирует контроль над изгоями, обостряет вековое противостояние с Советами Магов хумансов, использует Проклятие Ковена для личной мести и уничтожения неугодных Ведьм!

— Я понял, Царица. Она плохая, вы с Сигурни хорошие. У меня конфликт с Верховной, я посмел увести у неё узницу, разрушил Ворота Цитадели, усомнился в способности её Целителей решить проблему Сонного Мора. То есть, я теперь враг № 1 для Ковена на ближайшее время. И ты Царица хочешь это использовать. Я ничего не упустил?

— Нахал, — улыбнулась шаранг, — пойдём в тень, выпьем тирра. Надо немного остыть. Но в целом ты прав. Я хочу как минимум уравнять счёт с Гвендолин. Почему только она должна владеть «Возрождением»? С какой стати?

Мы прошли в глубину белых покоев, где под кисейным балдахином располагалось множество разбросанных подушек, столики с медными сосудами на маленьких жаровнях, фрукты и сладости. Я с удовольствием, помедлив из вежливости, присоединился к Царице, которая без всяких церемоний просто возлегла на циновку, подтянув к себе несколько валиков, обшитых шёлком. Но как это было обставлено! Мда… искусство политики шаранг во дворце явно заимствовало тонкие инструменты женского обольщения.

Я же постарался сделать вид, что провожу таким образом всё свободное время. Плюхнулся на подушки, конечно, менее изящно и постарался не отодвигаться, когда горячее бедро Царицы прижалось, как бы невзначай, к моему. Чёртовы одеяния шаранг! Ткань такая, будто специально сделанная для усиления ощущений от прикосновений…

Ингар сама налила мне в небольшую алую чашку дымящегося напитка. И как пить его в такую жару? Но я не стал отказываться и, предварительно подув на тирр, вытянув губы трубочкой, отхлебнул… Ух ты! Очень даже ничего. Напоминает травяной чай с оттенками фруктов. Я и не заметил, как уговорил несколько маленьких чашек. На удивление жара перестала приносить физический дискомфорт. Может в этом напитке какой-то наркотик? Я прислушался к себе. Нет, пока никаких признаков. Да и какой смысл Царице превращать меня в безвольного дурака. Чтобы выдурить заклинание? Нет… Ей нужен союз более прочный. Не удивлюсь, если кроме Сонгара, она навела справки обо мне и у будущей тёщеньки… Мягко стелет.

— Эскул, ты всё почти точно изложил. Да, мне… нам с Великой Вельвой Севера тоже хотелось бы получить от тебя заклинание «Возрождения». Но это необязательно.

— ?!

— Я буду говорить открыто. Получить скрижаль и быть от неё зависимой. Постоянно беспокоится о том, чтобы она не была разрушена, украдена… да мало ли что. Не лучше ли заручиться поддержкой и дружбой мага, что владеет этим заклинанием и… много чем ещё, великолепным Алхимиком, Целителем, Магом Воды и Разума.

— А ещё я вязать умею! — вырвалось у меня. Ну не утерпел, простите. Так сладко поёт!

— Эээ…вязать? Узлы? Ты ещё и моряк?

— Нет, Царица, простите, просто неудачная детская шутка. Но в целом я согласен.

— С тем, чтобы дружить? — лукаво прищурилась шаранг.

— С тем, что я великолепный и прочая, прочая…

— Ты ещё и скромен, Эскул.

— До неприличия, Царица. Зелерин или Сонгар успели уведомить вас, что я прибыл сюда не только, как частное лицо?

— Зелерин обмолвилась, что хочешь основать свой орден и собрать таких же, как ты Странников… по мне, так глупая затея. Вас мало, сомнут…

— А мы попробуем, Царица Шаранг, среди нас, Бессмертных, не мало талантливых и выдающихся магов, мы многое можем. А скоро нас станет значительно больше. И те, кто поддержит нас, пока Лига Бессмертных молода и развивается, получат от союза многократную выгоду, по сравнению с которой, скрижаль «Возрождения» — детская игра… — я замолчал, поглядывая на задумавшуюся Ингар, и уже самостоятельно налил себе тирра из ближайшего сосуда, пододвинув поближе вазу с фруктами в сахаре. Обед с Сонгаром был уже довольно давно, а активная работа мозга способствовала аппетиту.

— Чего вы хотите, Эскул, вы, Бессмертные? — на этот раз Царица была серьёзна. Даже перестала прижиматься бедром.

— Мы хотим жить и развиваться. Иметь свой дом, и чтобы всякие ковены не указывали, как нам это делать. А ещё мы хотим у себя не делить разумных на древних и хумансов. И мы готовы, не навязывая своей воли, честно торговать с другими народами этого мира.