"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 498

— Эх, Эскул, Эскул… — старуха, кряхтя, присела рядом на тёплый камень. От неё приятно пахло какими-то травами, — традиционное оружие царской семьи не зря называют Ключами Матери и Сына. На церемонии бракосочетания будущий муж Царицы Шаранг передаёт ей свои клинки, а она ему — свои. Тем самым заключается союз между Сыном Пустыни и Великой Матерью народа шаранг. Твоё оружие когда-то принадлежало Тонгару из рода Саран, любимому супругу Ингар, погибшему по нелепой случайности в одной из Войн Крови, когда на стороне альвов сражались гарпии Грозового Острова. Так, Ключи, когда-то переданные отцом Ингар своей дочери, а потом полученные Тонгаром на брачной церемонии из рук возлюбленной, попали в руки летающих бестий Варрагона. Сонгар рассказал сестре о том, как некий квартерон, побывавший на Грозовом Острове, получил в дар легендарные клинки шаранг. Сначала Великая хотела просто вернуть оружие силой. Но Сонгар отговорил сестру, объяснив, что по отношению к столь благородному Магу, как Эскул Ап Холиен, это будет недостойно. И для соблюдения приличий решено было пригласить тебя в Дальсахру… Но, потом случилось то, что случилось. Ты здорово разозлил Верховную, квартерон. Увёл новообращённую, захватив преступившую кодекс Ведьму, чуть не разрушил Цитадель… Ингар пришлось трижды подумать, прежде чем Сонгар и Зелерин всё же было дано разрешение на миссию, — эфери Габар покачала головой, будто сокрушаясь, — как было проще для нас, если бы ты просто лёг вчера с Царицей в одну постель. Женщины шаранг умеют многое и без магии. Клянусь Великим Альвом! Ты забыл бы свою северянку… Эхе-хе, но старая Габар совсем разучилась читать в чужих сердцах, а, может, эта твоя способность противостоять Магии Разума? — она зябко повела плечами. Мне оставалось только молча внимать откровениям Наставницы Великой. — Держи свои железки, Эскул! — с металлическим звяканьем мне на колени упали Ключи, — видимо, Ингар на роду написано доживать век вдовой…

Мда… вот тебе и раз. Приплыли. Ну и накрутили… Хотя, чего я со своими мерками в их устоявшийся уклад лезу? Понятное дело, некрасиво вышло. А Ингар сама виновата! Вот чтобы сразу всё не рассказать, так, мол и так… мужнино оружие, отдай, дорого, как память… Погодите-ка…

— Эфери, скажи мне, а обязательно должно быть именно это оружие. Нельзя сделать копию и благополучно соблюсти традиции?

— Хех! Гха-гха… — старуха закашлялась от тихого смеха, — сделать что-то достойное божественных Ключей Матери и Сына? Ты в своём уме, квартерон?

— Понятно. Не можете. Ну а если я всё же привезу на следующую нашу встречу что-то вполне могущее заменить эти клинки? — я покачал на указательных пальцах Ключи.

Старуха пристально впилась в меня своими полувыцветшими глазами.

— Если ты это сделаешь, квартерон, — она нахмурившись приложила правую ладонь к груди, — я тебе обещаю, что, пока жив хоть один разумный из рода Дофан, шаранг будут у тебя в долгу…

— Что ж, я принимаю на себя это обязательство, эфери.

Старуха впервые улыбнулась, и я поразился целости и белизне её зубов, которой могла бы позавидовать любая из красоток Дальсахры.

— Я обнадёжу Ингар. Пока ты, квартерон, преподносил своим врагам сюрпризы. Пора что-то сделать и для будущих союзников. Пойдём, Царица распорядилась отправить тебя в Долину Справедливости. Мы можем успеть к вечеру.

— Погоди, эфери. Хочу проверить одну способность…

Я вышел на середину площадки и потянулся к Средоточию, перекинув канал маны на пиктограмму индивидуального портала. Заякорить удалось мгновенно. Такое впечатление, что метка, дрожа от нетерпения как живая, вцепилась в камни площадки. Земля подо мной содрогнулась, руны на окраинных столбах вспыхнули и на мгновение струны и средоточия, видимые лишь в Астрале, проявились в реальности. Я осторожно, молясь про себя Великому Рандому, активировал портал.

Из арки, что появилась вслед за этим дохнуло прохладой горных вершин. Несмотря на клубящийся мрак, потянуло знакомыми запахами леса и трав. Сердце забилось чаще, в гостях хорошо, а дома…эх! Я обернулся к Габар:

— Передай мои глубокие извинения Ингар, эфери. И дай отбой отряду чарр сопровождения. Я своим ходом! — и, помахав рукой застывшей в изумлении шаранг, шагнул в арку.

Яркое солнце Долины и в подмётки не годилось пустынному. Оно скучающе поглядело на меня из-за низких туч, запрудивших весь небосвод над лесом и поляной перед станцией. Воды озерца посерели, нагоняя осеннее настроение.

Глубоко втягивая носом лесные запахи прели, я, стоя у шлюза Станции, зорко оглядывал окружающий ландшафт. Мда… попытка убедить себя в проявлении повышенной бдительности не убедила даже меня самого. Пора впрягаться.

— Инфа, приём! Здесь Первый. Впустите меня на базу. Я вернулся. Встречайте.

Странно, но почему-то хотелось услышать из коммуникатора шипение и треск эфира, а потом уже отзыв новообращённой. Но нет. Абсолютно чистый голос произнёс:

— Первый, первый! Здесь Астра. Приём. Инфа обкатывает уник. Я на подстраховке. Придётся подождать. Приём!

Какой, нахрен, уник? Босс дома, свистать всех наверх! Я там, за тридевять земель, понимаешь, собственной кровью добываю нам союзнический договор. А они тут уники какие-то обкатывают!

— Астра! Приём! Что за дела? Меня впустит кто-нибудь?

— Первый, приём! Все остальные в реакторном отсеке, там помехи не дают услышать вызов… мы уже идём к вам. Приём!

— Давайте побыстрей! — я даже забыл добавит сакральное «Приём!» от досады.

— Первый, приём! Наблюдайте по вектору север, северо-восток. Опушка леса. Время визуального контакта три минуты! Высота пятьдесят метров…

Я нахмурился, но тем не менее, припомнив где выглядывало солнце и зная примерно время суток, повернулся в сторону указанного вектора. Вот позорище-то будет, если ошибся! И эта, мелочь пузатая, навигатор-космодесантник…пороть некому. То ли занудство, проснувшееся во мне не ко времени, то ли накопившаяся усталость, не дали мне обратить внимание на последние слова Астры.

Через отведённые три минуты на ожидание я понял всё… Так и простоял с открытым ртом, пока необычная группа не приблизилась ко входу в шлюз Станции.

Над верхушками деревьев по указанному вектору появился объект, напоминающий вытянутый по вертикали ромб с обтекаемым профилем. Узнаваемый тускло-серый цвет керамопластика сочетался с абсолютно чёрной каплей, по-видимому, обзорного модуля кабины. По бокам летательного аппарата симметрично располагались два вертикальных то ли крыла, то ли дополнительных стабилизатора. Внизу, у основания обращённой ко мне передней части было заметно небольшое круглое отверстие, до боли напоминающее жерло артиллерийского ствола…

Тут на краю леса появилась серая бегущая фигурка и они, вместе с аппаратом, стали приближаться ко мне, двигаясь удивительно синхронно. Медно-рыжую шевелюру Инфы трудно было спутать с кем-то другим.

Серая фигурка развела на бегу руки в стороны и неожиданно из них плеснуло струями синего огня. Боюсь ошибиться, но протуберанцы за секунду распространились не менее чем метров на пятьдесят в каждую сторону. Мда…

Пробегая мимо одиноко стоящего дерева, Инфа направила правую руку в сторону его вершины. Плазменный протуберанец, повинуясь её движению, в одно мгновение превратил в пепел высокое дерево. Вот же позёрка! Гринписа на неё нет…

Я постарался придать лицу начальственно-суровый вид и, стараясь соблюдать спокойствие, сложил руки на груди дожидаясь приближения космодесантниц. О том, кто пилотировал разведывательный дрон, догадаться было несложно…

Аппарат с тихим шелестом, напоминавшем звук воздушного компрессора, снизился на метровую высоту и остановился в нескольких шагах от площадки шлюза. Инфа, добежав до меня, встала по стойке смирно, поедая меня глазами и улыбаясь до ушей. Раскрасневшаяся новообращённая ещё тяжело дышала, но то, что подобное времяпрепровождение ей нравится было написано на лбу девушки аршинными буквами.