"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 753

В этот поздний час жители старого города еще не спали, женщин на улицах было мало. В основном на ступенях своих домов сидели мужчины. Через тонкую длинную трубку они вдыхали странную дымящуюся смесь из стеклянных высоких кувшинов. Где-то на задворках слышались детские смех и плач, женские голоса и все те же звуки удда — такие же печальные, как вздохи по несбывшимся мечтам. На нас с Сурайей косились мужчины, но тут же отводили взгляды. Мы были похожи на уставших прислужниц, возвращавшихся домой после долгого дня. Наряды надежно укрывали нас, не выдавая ни возраста, ни внешности.

Мы свернули в очередной узкий проулок. Одинокий факел освещал несколько жилищ, но лишь в одном из них горели окна. Моя спутница подошла к темной двери. Проведя рукой возле порога, она достала ключ, открыла замок и юркнула внутрь. При свете луны, что стыдливо пробиралась сквозь деревянные резные ставни, едва можно было рассмотреть комнату. Но Сурайя на ощупь нашла лампу и кресало, разложила трут и умело провела кремнем, высекая искры. Уже через минуту мягкий свет лампы затопил помещение, а я обнаружила скудную обстановку: узкую кровать у стены, два деревянных сундука, небольшой стол с грубо сколоченными стульями и печь.

— Чье это жилище? — поинтересовалась я.

— Дом моей няни, — пояснила Сурайя.

Порывшись в сундуке, она извлекла длинный то ли плащ, то ли халат бурого цвета и такую же накидку на голову.

— И где сейчас твоя няня?

— Она в монастыре служительниц богу Ди. Отшельницы живут в горах, — объяснила девушка. — Няня все надеялась, что мне удастся сбежать из дворца и прийти к ней. Даже оставила одежду монахини, чтобы легче было добраться до монастыря, не вызывая ненужных вопросов. Служительницы богу-провидцу у асумов неприкосновенны.

Сурайя уже примеряла на себя одежду монахини, а я поняла, что девушка и раньше думала о побеге. И готовилась.

— Ты решила уйти в монастырь? — уточнила я.

— Зачем? Дардания для меня предпочтительнее, да и деньги кое-какие есть. Я забрала украшения, что мне дарили Амин и Дамир. Надеюсь, на первое время хватит, — предположила Сурайя. — А в наряде монахини легче добраться до границы. Так возникнет меньше вопросов.

Я кивнула, соглашаясь с доводами подруги. Она же, закончив с одеждой, погасила лампу и напоследок обвела взглядом вмиг потемневший дом, бормоча благодарности богам и своей няне.

Мы покинули убежище, отправляясь к воротам, где нас уже поджидал Мехмед. Наш путь вновь пролегал по старым улицам города, а когда мы вышли на широкую, мощеную крупным булыжником дорогу и мимо проехали две повозки, я поняла, что ворота близко. Сурайя подтолкнула меня в очередной проулок, а затем повела по ступеням наверх. Мы вышли на крышу узкой башни, с нее открывался прекрасный обзор. Вдалеке виднелись золотистые купола и белые стены дворца, а внизу находились полуразрушенные городские ворота. Факелы освещали трещины в стене и выбоины в кладке. Два стража осматривали въезжающие и выезжающие повозки и брали мзду.

— Раньше на этом месте находилась смотровая башня, и глашатаи объявляли о прибытии короля. Но потом построили новые ворота, они ближе к дворцу, и дорога там лучше, — разъяснила Сурайя. — Есть еще один въезд для караванов торговцев. А этим выездом пользуются бедняки, каждый раз платя стражам скромную мзду.

Рядом с воротами я заметила одинокую повозку, запряженную крепкой лошадкой. На козлах сидел широкоплечий мужчина в неприметной одежде, голову закрывал шемах — местный мужской головной убор, напоминающий платок. Нижняя часть лица была прикрыта: так делают путники, проводящие много дней в пустыне, защищаясь от ветра и песка. Возничий издалека напомнил мне Лукаса, и мое сердце болезненно сжалось.

— Мехмед уже ждет нас, вроде бы засады нет, — произнесла Сурайя, всматриваясь в соседние проулки и дома.

— Почему ты думаешь, что это Мехмед? — поинтересовалась я, хотя и сама, приглядевшись, узнала Тень Дамира.

— Видишь на голове икаль, что поддерживает шемах? — указала подруга. Присмотревшись, я разглядела зеленого цвета то ли обруч, то ли повязку вокруг головы. — Я попросила служанку передать стражу, чтобы он надел зеленый. Обычно местные носят черный икаль.

— И этот мужчина единственный, кто нас дожидается, — заметила я.

— Рейчел, послушай! — Сурайя сжала мою руку. — Если нас схватят — здесь или по дороге — вини во всем меня. Слышишь? Говори, что это я подбила тебя на побег, я показала лаз. Иначе Дамир не простит. Мне нечего терять, у меня нет ни семьи, ни возлюбленного. А у тебя жених, ты должна жить…

— Сурайя, мы вместе! Ясно? — Я порывисто обняла девушку. — И у нас все получится. Мы сбежим! А в Дардании я тебе помогу. У нас с отцом есть дом, для тебя хватит места. Ты обязательно будешь счастливой и встретишь настоящую любовь.

— Спасибо. — Сурайя обняла меня в ответ, не сдерживая слез.

Затем мы спустились с башни и направились к повозке. Мехмед кивнул нам вместо приветствия и помог забраться в крытую кибитку. Находясь возле стража, я почувствовала знакомые энергии. Странно, но мужчина с каждым разом все больше напоминал Лукаса. Вероятно, я так соскучилась по любимому, что пыталась найти родные черты в каждом, кто был ко мне добр.

— Нужно как можно быстрее добраться до ущелья, — едва слышно проговорил наш сообщник. — Там мы оставим повозку, немного отдохнем и совершим переход к границе.

Вот и опять мне послышались знакомые нотки в голосе говорившего. Сбросив наваждение, я кивнула, соглашаясь с планом. Мехмед расплатился с городскими стражами, охранявшими въезд, сообщив, что везет нас в монастырь. Увидев неприглядную одежду монахини, в которую была облачена Сурайя, и, бросив взгляд на мой скромный наряд прислужницы, мужчины спокойно выпустили нас из города.

Только когда стены старого города скрылись из вида, а повозка повернула к скалам, мы с Сурайей смогли улыбнуться и немного расслабиться. Хоть до заветной границы с Дарданией было несколько часов пути, но близость к дому наполняла сердце радостью.

Несмотря на поздний час, спать не хотелось. Да и луна со звездами так ярко светили, словно и не ночь вовсе, а рассвет.

— Расскажи о своей жизни в Дардании, — попросила Сурайя, устроившись рядом. — С кем ты жила, кто твой возлюбленный? Я же про тебя ничего не знаю.

— Я живу в столице вместе с отцом и названым братом, — начала свой рассказ. — А мой возлюбленный — самый лучший мужчина. Я только здесь, у асумов, осознала, как мне повезло встретить Лукаса. Не знаю, простит ли он меня за обман и за то, что я совершила. Но не представляю, как буду жить без него.

Мехмед прокашлялся, будто что-то хотел сказать. Но Сурайя нетерпеливо дернула меня за рукав.

— Не отвлекайся, Рейчел. А ты там не подслушивай! — обратилась она к Мехмеду и вновь зашептала: — Рассказывай, что же ты совершила?!

Я поведала новой подруге историю своей жизни. Правда, понизила голос, чтобы Мехмед не услышал. Хотя какое мне дело до чужака? Скоро наши пути разойдутся. Да и я собиралась с ним достойно расплатиться за помощь, отдав драгоценности, что подарил Дамир. А то, что страж помогает за вознаграждение, я не сомневалась. Иначе, зачем ему так рисковать? Ведь вернуться во дворец он теперь не сможет. Уж не знаю, по какой причине некогда преданный принцу воин решил сбежать, но я чувствовала его эмоции и понимала, что желание нам помочь искреннее. Хотя была готова к любому исходу.

— И что за клад выкрал твой брат? Кому передал? — в который раз перебила меня Сурайя, когда я поведала о событиях в Риджинии, моем знакомстве с Лукасом и приключениях в храме Окадии.

Правда, о том, что было в ларце, умолчала. Как и о том, что являюсь хранительницей ока Ди.

— Я не знаю, что было в ларце, — слукавила я. — И кому передали клад, не знаю. Те люди обещали рассказать правду о моей матери, но не успели.

— Интересно, кто за всем этим стоит? Неужели этот противный Рауф?!

Я пожала плечами. Возможно, я выболтала лишнее. Но даже если нас поймают, и девушка обо всем доложит Дамиру, он не узнает ничего нового. Мы замолчали, вслушиваясь в мерный топот копыт, скрип колес и песка. Луна и звезды бледнели, небосклон светлел, а это значит, что до рассвета осталось недолго.