"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 915

Марик лизнул губу, с удивлением почувствовал соль и зашагал вдоль берега обратно к рынку, разглядывая лодки, ладьи и вовсе диковинные корабли, на которых можно было бы перевезти не только полсотни гребцов, но даже лошадь и любое количество груза. Он уже почти вернулся к началу торговых рядов, когда сам почувствовал взгляд. Остановился, недоуменно оглянулся и увидел ту самую женщину, что заставила Кессаа обратиться в бегство. Та стояла на корме длинной, узкой ладьи и внимательно рассматривала баль.

— Где она? — властно произнесла женщина.

— Кто? — сделал вид, что не понял ее слов, Марик и недоуменно оглянулся. — Чего ты хочешь?

— Где она? — громко повторила женщина, скрестив руки перед собой так, что большие пальцы соединились, и сжала кулаки. — Отвечай! Где она?

У Марика слегка заломило в висках, но уж не так, как тогда, когда Лируд пытался заставить его сделать что-то. Раз за разом старик приказывал подопечному грызть сухую глину, а затем брал шип и поправлял, поправлял невидимую татуировку, даже как-то обрил Марика наголо, чтобы добраться до его затылка. Грызть сухую глину Марик перестал быстро, а вот от головной боли избавился не сразу. Да и та уходила — стоило лишь приказать самому себе не чувствовать ее. Так Марик и сделал: зажмурился и кивком отогнал боль в сторону, заодно и оценил длину каната, которым ладья была прихвачена к забитому в берег столбу, и глубину под ее кормой. Вряд ли прыгнет колдунья без разбега на тридцать локтей, а если хоть на половину этого измудрится — все одно по грудь в воде окажется.

— Отвечай! — сдвинула брови женщина и снова стиснула кулаки. — Я знаю, что ты плыл с ней от желтого утеса. Отвечай, где она! Быстро!

— Тебя явно не учили вежливому обращению, — покачал головой Марик. — И думаю, что, с учетом преклонного возраста, учить тебя уже поздно. Ты мне не нравишься. Не буду с тобой говорить.

— Ах ты… — Женщина даже побагровела от гнева.

Марик уже собрался продолжить неторопливую прибрежную прогулку, но за ее спиной показались крепкие воины, а мгновением позже плеск воды подсказал баль, что его не слишком учтивые слова не остались незамеченными. К счастью, на быстроту ног он не жаловался никогда, да, к сожалению, все еще не знал, куда ему следует бежать. Через несколько мгновений он выскочил на причал и невольно замедлил шаги. Здесь он уже был. В полусотне шагов от линии по-настоящему больших кораблей раскинулся рынок, отделенный от города складами и внушительной каменной стеной. Шатры, павильоны и палатки расползались рядами во все стороны, только у сараев образовался пустырь. У разбитых горшков стояли трое крепких рептов с лентами в волосах. Еще пятеро пока что внимательно рассматривали снующих туда и сюда покупателей. Марик оглянулся, увидел четверых воинов, спешащих вдоль берега, и шагнул в толпу. Бежать он уже не мог — оставалось только переходить из ряда в ряд, ссутулившись и опустив голову. Вот только торговцы оказались хуже колючего кустарника: они вцеплялись в каждого проходящего сразу со всех сторон. Вскоре Марик понял, что горшки он продавал бездарно, особенно когда потянулся к несуществующему кошельку, чтобы купить вырезанные из диковинного морского камня бусы для Оры. Между тем темные колпаки преследователей уже мелькали не так далеко. Мгновенно Марик сбросил с плеч мешок, куртку, пугнул малолетнего сорванца, попытавшегося ощупать его пояс, и протянул куртку бородатому старику, который катил перед собой воняющую рыбой полуразбитую бочку.

— Отец! Меняю куртку на твой халат и бочку.

Расползающийся от старости полосатый халат оказался в руках у Марика в тот же миг. Старик одобрительно потеребил шнуровку крепкой куртки и, похлопав корявой ладонью по бочке, потребовал:

— Шапку и посох.

— Только шапку, — отрезал Марик и, сунув мешок в подгнившее деревянное нутро, покатил бочку перед собой в противоположную сторону. Колпаки преследователей еще маячили поблизости, но уже с другой стороны блеснули алебарды стражников. К тому же сразу двое рептов с перехваченными темной лентой волосами прошли мимо, ощупывая взглядами каждого встречного и уделив Марику столько презрения, сколько заслуживал драный халат. Ни Кессаа, ни Насьты поблизости не было. Марик от злости пнул бочку, так что проломилась еще одна из составляющих ее планок, и вдруг замер: среди гама и ругани рынка, среди близкого плеска волн, крика чаек и шарканья тысяч ног он услышал что-то знакомое, словно ветер случайно принес откуда-то с востока нежную песню речной птицы.

— Насьта! — обрадованно прошептал Марик и покатил бочку вперед.

Марик так и не смог приблизиться к арке белых ворот, которые вели в город: толпа стояла столь плотно, что подойти ближе трех десятков шагов не было никакой возможности. Дудка ремини казалась подобной горному ручью: она звенела и плакала, распространяя вокруг себя нечто невозможное на шумном рынке — тишину. Марик откатил в сторону бочку, вытащил из нее мешок, окончательно развалив деревянную утварь, и почувствовал прикосновение.

— Не оборачивайся, — прошептала Кессаа. — Проходи через ворота, мы с Насьтой сейчас догоним тебя.

— Нет! Вы представляете? — уже через квартал возбужденно размахивал руками Насьта. — Я сыграл только три мелодии, а мне под ноги набросали меди на пять монет серебра! А отец укорял меня, что я не изучил никакого ремесла.

— А то, чему тебя учил Анхель, разве не ремесло? — сдвинула брови Кессаа.

— Он называл это баловством, — вздохнул ремини.

— Ты играл чудесно, — согласился Марик. — Вот только вскоре обнаружил бы, что должен кучу денег какому-нибудь молодцу с черной лентой в волосах.

— Или с горшком на голове, — уточнила Кессаа. — Он к тебе уже мертвым подошел или только после знакомства с тобой в Суйку собрался?

— Горшок он получил на голову тоже у меня, — буркнул Марик.

— Ты провалил поручение, — отрезала Кессаа. — Ты должен был терпеть до того мгновения, пока разбойник не попытается тебя убить, а он бы не попытался, уверяю тебя. Ничего, этой же ночью мы покинем город. От кого ты так спешил убежать?

— Там… — Марик обиженно поморщился. — Там, у кораблей, я столкнулся с твоей наставницей. Она попыталась меня околдовать, спрашивала о тебе.

— А ты? Что ты ей сказал? — насторожилась Кессаа.

— Ничего, — пожал плечами Марик.

— Ты сумел не подчиниться ей? — удивилась Кессаа. — Выходит, ты и в самом деле неплохо защищен от ворожбы… Конечно, она не мастер магии, но все же…

— Я просто убежал, правда, она послала за мной охранников, — объяснил Марик. — Обиделась, наверное. Я непочтительно отозвался об ее возрасте.

— Зря, — заметила Кессаа. — Теперь она в большей степени твой враг, чем мой. Я ей, скорее всего, нужна живой. А вот ты сгодишься и мертвым. Ну вот мы и пришли.

— Куда? — не понял Марик.

Они остановились перед серым зданием, которое было чуть ниже соседних домов, чуть беднее, обшарпаннее и проще, хотя в его узких окнах поблескивали настоящие стекла.

— Тот дом, о котором говорил слепец, — прошептала Кессаа. — Боюсь, нам придется воспользоваться помощью известного целителя. В море лютуют пираты. Дальше десяти лиг от Ройты никто из рептов не ходит, а те, кто ходит, сами похожи на пиратов. Попасть же на скирскую ладью можно, только если присягнуть на службу Седду Креча или получить ярлык вот из этого дома.

— Так, может, лучше присягнуть? — с опаской прошептал Насьта.

Марик поежился: серое здание действительно казалось пропитанным опасностью.

— Клятвами разбрасываться не стоит, — улыбнулась Кессаа и шагнула к ступеням. — Попробуем послушаться слепца.

На громкий стук из-за деревянной двери никто не отозвался. Наконец Марик не выдержал и потянул дверь на себя. Она открылась с легким скрипом.

— Никого нет, — удивленно сообщил Насьта, но Кессаа решительно перешагнула через порог:

— Пошли.

Они миновали длинный пустынный коридор, толкнули еще одну дверь и оказались в зале без окон, освещенном лампами и заставленном курительницами. У высокого стола спиной к вошедшим стоял человек. Богато украшенный плащ свисал с безвольно опущенных плеч. Седые волосы спускались редкими прядями на спину. Марик поморщился, сбросил на пол тяжелый мешок, стиснул древко глевии. Сладковатый дым лез в ноздри, вызывая странную головную боль. Кессаа ухватила Марика за локоть — и тут же тяжелая дверь захлопнулась за их спиной.