"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 347

– Я рассказала ей упрощенную версию, – пробормотала Агнета. – Кому-нибудь положить еще пирога?

Ванья не сдавалась.

– Разве Тамлин не был добр со всеми теми девушками, бедняжками, которые блуждали по его лесу? Кристоффер прыснул со смеха.

– Добр? Да, возможно, им так казалось!

– Ну, хватит об этом, – строго сказал Пер Вольден.

Когда все занялись пирогом, взгляд Ваньи снова устремился к потолку. Глаза ее смотрели строго, на лице появилась предупредительная гримаса. Потом она встала.

– Ах, я забыла закрыть печную заслонку в комнате, – торопливо произнесла она. – Сейчас вернусь.

Она быстро вышла из комнаты, сделав перед этим осторожное движение рукой, словно поманив кого-то. Но этого никто не заметил.

– Она в самом деле очень мила, – сказала Малин. – Но слишком уж рассеяна!

– Она живет в мире сказок, – кивнула Агнета. – Иногда кажется, что ей бывает трудно вернуться в наш повседневный мир. Не пора ли нам встать из-за стола и выпить чашечку кофе в гостиной?

Ванья спешила в самую старую часть дома, где находилась ее комната. В прихожей висели написанные Силье портреты четверых детей: Суль, Дага, Лив и Аре, ныне реставрированные, но по-прежнему ценимые потомками. Витраж, сделанный художником Бенедиктом, светился всеми цветами радуги. Проходя мимо них, она раздраженно шептала:

– Как ты осмелился показаться в столовой, когда там все собрались? Под самой лампой! И при этом спустить штаны! Что ты такое надумал?

Он бежал вприпрыжку рядом с ней и злобно ухмылялся.

– Я слушал. Слушал их глупую, пустую болтовню. Это было забавно.

Открыв дверь своей комнаты, она впустила его туда.

Она была просто в гневе.

– И зачем ты посещаешь их сны?

– Выуживаю из них тайны. Ты же знаешь, я ночной демон. Наше пристанище – кошмарные сны.

– Зачем тебе знать их тайны? Тамлин понял, что проболтался, и непринужденно заметил:

– Мне просто любопытно.

– Почему же ты не посещаешь мои сны? Мне пришлось им врать, а это не очень-то приятно.

Сидя перед ней на письменном столе, он опять бесстыдно усмехнулся.

– Зачем мне нужны твои сны? У тебя нет от меня никаких тайн. И, кстати, я никому не сказал о том, что ты видишь меня. Так что у тебя нет причин ругаться.

Ванья остолбенела.

– Не сказал? Но кому ты мог сказать? Прищурив свои желтые глаза, он хитро посмотрел на нее.

– Всего-навсего другим ночным демонам.

– Ты встречаешься с ними?

– Конечно, нет! – огрызнулся он. – Мы обмениваемся мыслями в снах.

Она не знала, что подумать.

– На тебя нельзя положиться, – сказала она. – Ты действуешь у меня за спиной.

– Само собой, – с гордой усмешкой ответил он. – И это меня очень забавляет, дьявольская старуха!

– Не смей называть меня так, я уже говорила тебе!

– А почему нет? Ты же намного старше меня! Она пристально посмотрела на него.

– Я уже не так уверена в тебе, – сказала она. – В самом деле, я не уверена в тебе…

Он заметно подрос. Она уже имела дело не с милым малышом. Лицо начало обретать свои формы: широкие скулы, узкий подбородок, заостренный книзу, сверкающие желтые глаза, в которых теперь таилось что-то враждебное, длинные руки, острые когти на пальцах, волосы, падающие на лоб и на затылок…

Это был уже не ребенок, но и не взрослый, а скорее подросток. Она подумала, что он примерно одного с ней возраста. Хотя, пожалуй, нет, ему было, в пересчете на ее годы, лет восемь-десять, хотя ростом он был с двухгодовалого ребенка.

Как ему удавалось расти так быстро? Ведь с тех пор, как он был размером с белку, прошло не больше года.

Это был для нее удивительный, фантастический год – год заботы о маленьком тролльчонке. Но теперь она стала задумываться над происходящим.

Он почесал когтями спину.

– Что там у тебя? Блохи?

– Нет, черт возьми! Почеши-ка меня! Он повернулся к ней спиной, и она принялась скрести его ногтями в том месте, куда он показал.

– Но что это у тебя такое, Тамлин? Две какие-то шишки под кожей!

– Это крылья, глупая фея! Ты когда-нибудь видела демонов без крыльев?

– Значит, они у тебя вырастут?

– Конечно! Точно так же как твои подростковые пупырышки, которые ты стараешься чем-то прикрыть!

Его слова смутили ее. Но потом она начала тихонько смеяться.

– Нечего смеяться! – прошипел он и дал ей оплеуху.

– Ой! Если ты не будешь вести себя прилично, убирайся отсюда на мороз!

Его белые, острые зубы обнажились в дьявольской усмешке.

– И ты думаешь, что сможешь выгнать меня? Тогда я приду в твои сны, и это будет вовсе не забавно!

– Ах, ты… Я должна вернуться к остальным, а то они уже наверняка беспокоятся, где я. А ты оставайся здесь! И никаких выкрутасов!

– Как бы не так! – стал дразнить ее Тамлин. – Я тут такого натворю! Ты не узнаешь свою комнату, когда вернешься. – Гневно посмотрев на него, Ванья выбежала из комнаты, и он не успел выскользнуть за ней.

Магдалена Бакман, последняя представительница рода Людей Льда в Швеции, вдова Кристера, умерла. Ванье досталось в наследство все имущество Саги, а также капитал Саги, колоссально выросший за долгие годы.

К деньгам она не имела права прикасаться. Но ей разрешили взять в свою комнату кое-какие добротные вещи Саги – и она от души радовалась полученному наследству. Ей достался изящный письменный столик в стиле рококо – не столь удобный, как старый, по словам Тамлина, скорчившего недовольную гримасу, – стул в том же стиле и прелестная тумбочка. Ей досталось также множество безделушек, книг, меховых изделий и украшений, но все это не вызывало у нее особого интереса – все это она положила в банковский сейф для предполагаемых наследников, которых это больше заинтересует.

– Как тебе это нравится, Тамлин? – спросила она однажды, надев парчовое платье, которое носила в юности Сага. Ванья всегда переодевалась в гардеробе, не желая показываться полуодетой или совсем раздетой своему маленькому товарищу по комнате. Теперь она сделала себе прическу и с удовольствием посмотрела на себя в зеркало. Тамлин сидел на столе и недовольно фыркал. Потом презрительно отвернулся и сказал:

– Ты выглядишь смехотворно.

– Вовсе нет, сопляк, – запальчиво ответила она и замахнулась на него. Он тут же схватил ее за руку и оставил на ее коже глубокие следы когтей; во взгляде его была ненависть, почти жажда убийства.

– Не забывай, кто здесь хозяин, – с угрозой произнес он.

– Это мы еще посмотрим, кто здесь хозяин, – ответила она. – Это пока что моя комната, и я отношусь к тебе лучше, чем ты того заслуживаешь. Но если ты будешь продолжать в том же духе, нашей дружбе придет конец.

– Дружбе? Я использую тебя только потому, что это мне удобно. Ну, ладно, тебе идет это платье, – добавил он, указывая рукой на ее обнову, – и она улыбнулась в ответ.

Два месяца спустя – когда ей уже исполнилось двенадцать лет – она обнаружила то, что давно уже должна была увидеть: Тамлин так вырос, что ноги его уже свешивались с детской кроватки, хотя она была достаточно большой.

– Да, как видишь, – пожаловался он. – Ты должна подыскать мне подходящую кровать.

– Я не думала, что демоны спят в кроватях, – ядовито заметила она.

– И в штанах они тоже не ходят, – раздраженно ответил он и вытянулся на постели. – А мне нравится лежать так. Я стал декадентским демоном.

Уставившись на него, она сказала:

– Я никогда не произносила в твоем присутствии такое изысканное слово, как декадент! Никогда! Нисколько не смутившись, он ответил:

– Я где-то подцепил это словечко.

– Ты бывал среди людей! – воскликнула она. – Ты не имел права… Но как ты вышел отсюда? Ты дотянулся до замка? Но ведь я же запираю дверь снаружи, когда ухожу!

– О, святая простота, – устало произнес он, используя часто произносимое ею самой выражение. – Что для меня двери!