"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 692

Габриэл их не знал. Но Натаниель шепнул ему на ухо:

— Тенгель Добрый…

Габриэл почти догадался и сам.

— Суль…

И здесь он не ошибся. Какая величественная!!

— Шира и Map…

Легко догадаться!

«Спаси и сохрани меня», — подумал Габриэл.

Map был ужаснее всех, кого он встречал в жизни, но, в то же время, и привлекателен.

Натаниель продолжал говорить, а Габриэл и Эллен внимательно слушали.

Вон того ужасного мужчину мы иногда встречали. Он из времени между двумя Тенгелями. И эта пара тоже. Они на нашей стороне. Это ясно, несмотря на то, что они, может быть, производят ужасное впечатление.

Весьма неожиданно они сердечно поздоровались с тремя детьми Йонатана — Финном, Уле и Гро.

«Мы ваши добрые духи», — улыбнувшись, сказали они детям, которые сначала окаменели от страха, а потом вспыхнули от счастья и протянули руки своим покровителям. Затем эти трое из прошлых лет отошли и сели рядом с Широй и Маром.

— А эту женщину, что идет сейчас, я не знаю, — удивленно произнес Натаниель.

— Халькатла, — шепнула Тува. — Я не думала, что она наша!

За Халькатлой, выглядевшей довольно неприятно, в зал проковыляли пятеро таран-гайцев, явно отмеченных проклятием. На их угрюмых лицах отражалась необыкновенная грусть. К удивлению всех они прошли ко второму ряду и остановились возле пятерых детей Мари. Отвесили детям глубокий поклон, а затем потрогали свои лбы и правой рукой коснулись пола. Кристель, Марианна и три их младших брата так разволновались, что ответили на приветствия таким же образом, правда, неуклюже и неуверенно.

— Вот так, — произнес с сожалением Йонатан. — Вот и ваши покровители. Один я остался без ангела хранителя.

Это была правда. Остался один Йонатан.

Пятеро таран-гайцев уселись в первом ряду амфитеатра. Кто-то еще вошел в зал, с северными чертами лица. Натаниель не успел рассмотреть кто это, так как стало заметно темнее.

Габриэл выпрямился в кресле и слушал. Что-то происходило, но что именно?

Наконец до него дошло. Тихие шаги раздавались далеко вверху. Ряд заполнялся за рядом, но он ничего не видел. Да в этом и не было необходимости. Уже сами звуки были неприятны. Такие своеобразные… Иногда он только слышал, как заполняется очередной ряд, и ни разу не смог различить даже теней, словно те, кто пришел, были ниже спинок предыдущего ряда кресел.

Один раз ему показалось, как о стены что-то быстро, с шумом ударилось, словно крылья. Потом он обнаружил каких-то величественных высоких существ, похожих на огромные черные тени. Мелькали горящие глаза диких зверей, затем там, наверху, показалась оскаленная морда.

Габриэл сжался на стуле в комок. Лишь отыскав руки Натаниеля и Эллен, он почувствовал себя лучше, ощущая, как они медленно и успокаивающе сжимают его пальцы.

Наконец все стихло. Все замерло в ожидании. И тут свет над столом стал постепенно усиливаться. Стол, казалось, светился сам по себе. Затем таким же приглушенным светом загорелся подиум. Площадка его располагалась не так высоко, и Габриэл мог видеть ее поверхность. На ней появилась Тула. Она не была бы самой собой, если бы не наслаждалась тем, что стоит там и становится центром всеобщего внимания. Довольно точно она выдержала паузу, вызывая у присутствующих ожидание необыкновенного. Глаза ее блестели.

— Дорогие! — начала она. — Для меня великая честь и радость приветствовать Людей Льда и их друзей и сказать всем: добро пожаловать в мой дом. Повод для нашей встречи не самый лучший, но все же я очень счастлива видеть вас всех здесь! Пусть эта ночь нашей дружбы станет незабываемой.

С этим все согласились. Габриэл же в глубине души задумался о том, что представляют из себя его новые сердечные друзья, расположившиеся где-то на верхних рядах.

Тула продолжала:

— Однако, перед тем, как начать наше собрание, мне кажется нам следует вспомнить о тех из нас, которые стали по-настоящему мечеными проклятием нашего злого прародителя. О тех, кто, возможно, станет нашими противниками в борьбе. Мы никогда не должны забывать, что не они виновны в наполняющей их злобе. У всех нас в ближайшей родне есть кто-то сильно пострадавший от проклятия. Их сейчас здесь нет, но давайте вспомним о них с пониманием!

Габриэл прикусил губу. Так о злых предках он не думал — об Ульваре, Ханне, Колгриме и всех других. Однако он обратил внимание, что слова Тулы затронули всех. В зале стояла тишина.

Затем Тула заговорила снова:

— Не все из нас говорят на одном и том же языке. Но сегодня ночью это не имеет значения. Сейчас мы понимаем друг друга.

Габриэлу показалось это удивительным, но он понимал Тулу, хотя она использовала слова и выражения древненорвежского языка. Он знал, что здесь присутствуют и датчане, и больше всего боялся, что не поймет их. Ему казалось, что датский язык по радио или ТВ труден для понимания. Да, и, кроме того, таран-гайцы. У Габриэла покраснели уши. Как ему понять их? Хотя они, наверное, не будут говорить. Они ведь ничего не понимают из выступления Тулы.

Она же продолжала:

— Я хочу сообщить вам, что мы учредили Высший Совет на сегодняшнюю ночь и на грядущее время. Кто входит в число пяти членов, вы узнаете позднее.

Габриэл посмотрел вокруг. Кто же они? Он почти догадывался, кто это.

Конечно, Ганд, Странник, Тарье и, само собой разумеется, Тула. Но кто же пятый? Кто он?

Он отвлекся от своих мыслей, так как снова зазвучал ясный голос Тулы:

— В истории Людей Льда много загадочного, неизвестного нам. Поэтому перед тем, как разработать план борьбы с Тенгелем Злым, мы с удовольствием послушали бы рассказ каждого из вас о своей жизни. Но на это у нас нет времени. Иначе нам пришлось бы сидеть здесь до самого Судного дня. Поэтому мы вызовем лишь тех, кого мы должны заслушать. Но, если еще кто-нибудь пожелает внести в это свою лепту, мы будем его только приветствовать. Вам нужно лишь попросить слова — и оно будет вам предоставлено. Выступления должны быть связаны с нашим общим «милым» маленьким прародителем, имеющим зловещую душу!

Хейке, косо улыбнувшись, поднялся.

— Может быть, кому-то потребуется много времени. Тому, чей рассказ будет наиболее интересен для нас, и чья история нам вообще не известна.

— С этим мы согласны, — ответила Тула. — Двадцати двум ныне живущим пока еще сказать нечего, они здесь для того, чтобы слушать и учиться.

— Двадцати двум? — переспросила Тува. — А Ганд?

Тула улыбнулась:

— До Ганда мы еще дойдем.

— Он здесь?

— Да. Ганд присутствует.

Весьма обеспокоенная Тува села на свое место.

«О, — подумала она, — мне сейчас не следует вести себя глупо».

Габриэл видел контуры четырех демонов, стоявших за Тулой. Ее собственные демоны… Он вздрогнул, подумав, что сейчас над вершинами гор никого не осталось.

Габриэл осторожно попытался посмотреть на верхние ряды с одной стороны зала. Они были полностью скрыты темнотой, но то здесь, то там мелькали фосфоресцирующие огоньки маленьких узких глаз, и он вообразил себе, что видит проблески острых зубов диких зверей, когда они на секунду поднимают верхнюю губу. Он вздрогнул и перевел взгляд на верхние ряды с другой стороны зала. Там было нечто иное. Он скорее ощущал, чем видел каких-то высоких существ, настолько черных, что они полностью сливались с окружавшей темнотой. Они в основном заполнили верхние ряды сзади него. Чтобы их увидеть, надо было повернуть голову, а постоянно крутиться он считал неприличным. Еще дальше, ближе ко входу, он угадывал присутствие других созданий — тех, что пришли последними. Он их не слышал, их заглушали иные устрашающие звуки — отвратительные, неуклюжие, ковыляющие шаги, мягкие и крадущиеся. Ворчание, фыркание и грозное хрюканье диких зверей. Звуки издавали существа столь маленькие, что он видел лишь мрачный блеск их нечеловеческих глаз.

Тут он бросил взгляд в сторону входа в зал, наискосок от Тулы. Там находились вновь прибывшие. Поскольку подиум был освещен, их было видно лучше других. Нечто зеленоватое, фосфоресцирующее при их движении.