Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ) - Вишневская Виктория - Страница 1

Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью

Глава 1

Глава 1

– Ма-ам.

В центре коридора, прижав к себе плюшевого мишку, стоит моя Пуговка. Хлопает длинными ресницами, доставшимися от папы, и трёт глазки.

– Ботя? – мямлит сонно и зевает.

Приближаюсь к ней, присаживаясь рядом на корточки. Прохожусь пальцем по пухлой щёчке, смахивая крошку. Опять втихаря ела в постели печенье.

– Да, солнышко, маме нужно на работу, – произношу с сожалением. Хотела бы я остаться сегодня с дочкой, но как назло началась моя смена, так что в ближайшие дни я буду мало появляться дома. – К собачкам, гав-гав и кошечкам, мяу-мяу. Чтобы им бо-бо не было.

– Бо-бо, – вдруг задерживает воздух, испугавшись, а потом эмоционально качает головой и выпаливает: – Бо-бо похо!

– Плохо, плохо, – подтверждаю и целую дочку в щёку. Благодарю за то, что она у меня такая умненькая. – Поэтому есть я. Буду их лечить. А ты пока с бабушкой посидишь. Сходите днём погулять, да?

Забалтываю её, глажу по плечику. В последнее время Поля нервная, с трудом отпускает меня куда-либо. Возможно, это связано с адаптацией в садике или с тем, что нагрузка у меня выросла и я стала чаще пропадать в клинике. Дочь скучает, и уговаривать её отпустить меня стало тем ещё испытанием. Благо, пока что мои слова про больных животных действуют безотказно.

– Тя, – хихикает кроха. – Лю ма. Котя не бо-бо.

И машет мне ручкой, провожая на работу. Я широко улыбаюсь, крепко обнимаю её, чувствуя тепло моего сокровища.

– Скоро буду.

– Иди уже, – поторапливает меня бабуля, у которой сердце кровью обливается каждый раз, когда мы прощаемся.

Я киваю. Поднимаюсь и, потрепав Пуговку по голове, вылетаю из квартиры. Поправляю сумочку на плече и спешу на маршрутку. Ветеринарная клиника находится недалеко от дома, в пятнадцати минутах ходьбы. Но сегодня я снова опаздываю, поэтому шустро добираюсь до нужной остановки, а затем мчу на всех парах на работу.

– Думала, опоздаешь, – встречает меня на пороге администратор и демонстративно смотрит на наручные часы. – Операционная готова. Лена с Олегом уже там.

– Сейчас буду, – впопыхах пролетаю приёмную, снимаю джинсовку. Оказываюсь в помещении для персонала, достаю форму и, не стесняясь Вики, нашего администратора, переодеваюсь при ней. – Кто там первый?

– Собачку экстренно привезли. Некроз лапы. Надо срочно ампутировать. Очередь пока передвинули.

– Поняла, – говорю уверенно. – Две минуты – и я готова.

Настраиваюсь на операцию. Переодевшись, тяжело дышу и включаю профессионала, а не маленькую девчонку, что жалеет животных и плачет над каждым. Я должна всех спасти, а для этого необходимо собраться.

Первая операция проходит успешно. Вторая, третья…

Скоро обед.

Снимаю шапочку и выдыхаю.

Самое сложное закончилось. Дальше – обычные приёмы. Только если не поступит кто-то экстренный…

– Вероника! – в операционную залетает запыхавшийся администратор. – Не раздевайся! Собаку привезли, её машина сбила минут десять назад. Скулит, орёт. Сейчас сюда доставят.

Кажется, обеда у меня не будет…

Через несколько минут в операционную завозят на каталке лабрадора. Эту породу я безумно люблю, поэтому сердце при виде крови на кремовой шерсти сжимается до крохотных размеров.

Вспоминаю одного весёлого и любвеобильного пса, который встречал меня каждый день из университета… И мы вместе гуляли вечерами, когда его хозяин пропадал на тренировках.

Взгляд невольно несётся на холку в поисках ошейника. У Джека он всегда был. Причём разных видов, под настроение.

– Хозяин есть?

– Да, он в приёмной. Мечется. Ругается.

Опять кивок – и приступаю к делу. Осматриваю пса, пытаюсь не реагировать на его скулёж и застывшие слёзы в глазах. Первичный осмотр обнадёживает – ничего критичного, жить будет. Однако будут проблемы с лапой – её явно переехали колесом.

– Рентген сделайте. Если вывих бедра – это к ортопеду, пусть везут на Бульвар, я вправить не смогу.

Наконец, снимаю перчатки, испачканные в крови. Выкидываю их в мусорный бак и, пока никто не видит, перевожу дыхание. Каждое больное животное высасывает частичку моей души.

Вроде любимую профессию выбрала, но… как же тяжело изо дня в день видеть братьев наших меньших такими сломленными.

– Выйдешь к хозяину собаки? Он сказал, что только с врачом говорить будет, – просит ассистент за моей спиной. – У него там вопросов куча, нужна ты.

– Окей, – не сопротивляюсь, оборачиваясь. Конечно, я жутко вымотана и хочу есть, но работа есть работа.

– А, ещё вот это ему отдай, – Олег протягивает мне ошейник. С выбитым на нём именем.

Джек.

Взгляд снова летит на лабрадора.

Да нет… Быть того не может.

– Джек? – повторяю его имя уже вслух. Он тут же откликается на мой голос и слабо виляет хвостом. Всматриваюсь в карие глаза, знакомую мордочку и не могу дышать.

Да нет, быть того не может!

Находясь в прострации, чешу пса за ухом, после чего выхожу из операционной. Плетусь к приёмную.

Это совпадение. Просто похожий лабрадор, которого тоже зовут Джек. Мало ли в Москве кобелей с таким именем? Точно. До хрена. У нас в базе, как минимум, трое таких.

Увереннее шагаю в коридор, разминаю шею, затекшую после всех операций.

Не успеваю спросить, чей пёс, как взгляд утыкается в мощную фигуру у стойки администратора. Мужчина высокого роста, крепкого телосложения. Знакомые предплечья, плечи, шея… Коротко стриженный затылок.

– И? Вы мне толком можете сказать, что с ним? – грубо звучит до боли знакомый голос, пробирающий до самых костей…

Сглатываю, когда мужчина оборачивается. Врезается в меня хмурым взглядом, словно ледяными иглами. Пронзает навылет.

Коленки тут же подгибаются, а лёгкие сдавливает от недостатка кислорода.

Передо мной стоит мой бывший муж. И отец моей Пуговки, от которой он однажды отказался…

Глава 2

Глава 2

Леон

– Имеются некоторые проблемы с оформлением опеки, – барабанной дробью раздаётся в трубке. – Пока точно ничего сказать не могу, постараемся забрать ребёнка исходя из того, что у нас есть. Но вы же должны понимать, что…

– Стой, – сжимаю пальцами телефон, поёжившись от долбаного дождя, который начался десять минут назад. С утра хоть и было пасмурно, но ничего не предвещало беды. – Давай поговорим потом. Мне сейчас неудобно.

Смотрю на вальяжно разгуливающего по парку Джека. Пока все нормальные хозяева схватили в охапку собак и покидают площадку, мой пёс решает показать характер и прогуляться под ливнем. А я ненавижу этот чёртов дождь. Он вечно приносит одни проблемы.

– Хорошо. Позвоните, как освободитесь.

Я отключаюсь, поглядываю на наручные часы. Через час мне нужно быть на работе. Закончить все дела и со спокойной душой пойти в зал. Хоть там моя отдушина. Голова не работает, отключается, и мне не нужно думать о вдруг свалившихся на меня проблемах.

Две недели назад я лишился брата. Они с женой погибли в автокатастрофе. Остался сиротой их маленький сын, мой племянник, который должен жить в нашей семье, а не у чужих людей.

Думаю о случившемся – и тошно становится. С братом мы не были близки, но только после его смерти я понял, кого потерял. До сих пор хреново.

Выбора не было – решил взять Матвея себе. Всё это время не хотел детей, опасался их, а теперь… невольно придётся стать родителем. Но я просто не смог бросить его. И не оставлю, даже если будут какие-то проблемы с опекой.

– Ну, – поторапливаю лабрадора. – Мы сегодня в туалет пойдем?

Джек обиженно отворачивается от меня и спешит на выход из парка. Гулять передумал? Останавливать не буду – мне же только лучше. Но будет ждать до ночи, если приспичит.

Шагаю за ним, желая поскорее оказаться дома, искупаться и переодеться в сухую одежду. Задерживает меня светофор для пешеходов, который горит красным. Как назло, едет машина – и проскочить не получится.