"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сиалана Анастасия - Страница 281

— Не поедет он к тебе, слишком теплолюбивый, ему и в Монтевидео то холодновато. Но если хочешь — попробуй сам его уговорить, я не возражаю. Должен будешь.

Во втором четвертьфинале, четвёртого ноября, в Порто-Аллегре, «Реал Мадрид» обыграл «Боку Хуниорс» — четыре-два.

Пятого, в Монтевидео, «Пеньяроль» расправился с «Баварией» — четыре-один; а в Порто-Аллегре, «Динамо» Москва выиграла у «Барселоны» — два-ноль. Пары полуфиналов составили: — «Пеньяроль» — «Реал Мадрид» и ЦСК «ВВС-ВДВ» — «Динамо Москва».

Лев Яшин за четыре игры пропустил только три мяча и все три от Пеле, остальные матчи он отстоял всухую. Не пропустил он и в полуфинале — «Динамо» обыграло ЦСК «ВВС-ВДВ» — один-ноль, единственный гол забил Ференц Пушкаш.

Во втором полуфинале, «Пеньяроль» победил «Реал» Мадрид — три-один.

Василий вернулся из Порто-Аллегре печальный, что естественно.

— Яшин — уникум. С таким вратарём и в футбол играть не надо, он один до пенальти дотянет и выиграет. Значит, не возражаешь, если я с Пеле поговорю?

— Не возражаю. Поговоришь после финала.

Одиннадцатого ноября 1956 года, вокруг стадиона «Сентенарио — Кока-Кола», в парке «Диснея» (бывшем парке «Batlle»), с самого утра собралась половина Уругвая. Половина Уругвая в чёрно-жёлтых (цветов «Пеньяроля») футболках фирмы «Cheetah».

В парке «Диснея», вокруг стадиона «Кока-Кола», в футболках «Cheetah», собрались болельщики, чтобы праздновать победу «Пеньяроля» в финальном матче за «ANBC — World Cup». Или печалиться поражению, но проиграть может только «Пеньяроль», а он в бизнес-империи Майкла О Лири не входит даже в десятку лучших активов, и даже в двадцатку не входит, так что главная победа на клубном Чемпионате мира по футболу 1956 года уже одержана. «Пеньяроль» испортить уже ничего не может, он может только добавить.

А ещё, собравшиеся болельщики, принесли довольно много флагов Далкиленда, и это было особенно приятно — это уже их признание в любви лично Майклу О Лири.

— Отличный парк, Майкл, — Лиззи сегодня тоже надела цвета «Пеньяроля» — жёлтое платье и чёрные туфли на высоком каблуке, — когда достроишь такой в Сталинграде?

— Весной откроется. Только такие большие деревья там ещё не скоро вырастут.

— Ничего. Главное здесь — аттракционы и замки Диснея. Деревья дети и в лесу посмотреть могут. Зови на открытие.

— Конечно, дорогая. Если тебя на майские в космос не отправят.

— Не отправят. Наш полёт запланирован на август.

— Ваш? Вы что, вместе полетите?

— Конечно. Вместе и уже на станцию. Мы будем её собирать и обживать, — похвасталась Елизавета.

— Не мы одни, — уточнил Василий, — второй отсек выведут Щетинин и Васильев. Да и август — срок предварительный, всё ещё может сдвинуться, но точно, что не на майские. На открытие парка обязательно приедем с детьми.

Космическая программа русских выполнялась пунктуально. Если в 1955 году прошло всего три запуска, то в пятьдесят шестом, их было запланировано восемь, семь уже состоялись и ещё один намечен на конец ноября, а в пятьдесят седьмом их планируется четырнадцать, причём четыре их них — вывод отсеков станции «Волга» — два пилотируемых и два в автоматическом режиме.

График стартов Майкл знал. И как абонент допуска «альфа-3», и как владелец компании «Олешев-Сити Электроникс», для которой игровые телевизионные приставки являлись далеко не главной продукцией. Самой известной — да, самой массовой — тоже да, самой прибыльной — пока да, но точно, что не главной. График знал, а состав экипажей — нет, как и программ полётов. Но раз запускают мужа и жену — можно догадываться…

— Вас из космоса с пополнением ждать?

— Фу, Майкл. Ты ведь король, а манеры, как у свинопаса, — порозовела Елизавета, а Василий только многозначительно улыбнулся.

— Извини, дорогая. Пойдёмте в ложу, а то охрана уже испытывает затруднения.

Трибуны стадиона «Сентенарио — Кока-Кола» заполнились за час до начала матча, болельщики не желали пропускать даже разминку команд.

— Ну, что, сегодня мы опять едины — все против «Динамо».

— Не только мы, — кивнул Василий Сталин на трибуны, раскрашенные в жёлто-чёрные цвета, с очень редкими вкраплениями бело-голубого, — нас сегодня тысяч пятьдесят.

— Сорок семь, если все твои против «Динамо».

— В этом я уверен.

После разминки, президент ФИФА Валентин Гранаткин вынес и представил публике главный приз турнира — переходящий «ANBC — World Cup». Не кубок в буквальном понимании — с никелевого основания (космодрома), на четырёх золотых струях огня, стартовала платиновая ракета с орбитальным аппаратом «Мир-1» (как на флаге Далкиленда). Струи уже едва добивали до основания, поэтому «кубок-не кубок» имел приличный размер — в высоту — без малого метр.

— Сколько же он весит?

— Шестнадцать килограмм. Чуть больше.

— Прилично. Настоящий мужской трофей. А ведь флагов Далкиленда даже больше, чем Уругвая, Майкл.

— Но меньше, чем «Пеньяроля», — хмыкнул ирландец, — а вообще, это приятно, конечно. Не ожидал, что будет столько. Ну, поехали.

Арбитр матча дал свисток и стадион взревел.

Лев Яшин творил чудеса, но даже его футбольной магии не хватило «Динамо», которое на голы Пеле и Гарринчи ответило одним результативным ударом Пушкаша.

«Кубок-не кубок» «Пеньяролю» вышел вручать первый космонавт человечества. Импровизация, но получилась она очень удачной — стадион пришёл в экстаз, а фотография после попала на обложку «Тайм». Василий Иосифович Сталин второй раз подряд стал человеком года, по версии этого журнала.

Лучшим бомбардиром первого Чемпионата мира по футболу среди клубов стал шестнадцатилетний Пеле, с девятью голами в шести матчах, а лучшим игроком ФИФА признала Яшина. Они и получили индивидуальные призы — золотого гепарда «Cheetah» (Пеле) и золотой мяч «ANBC» (Яшин).

А сманить Пеле, Василию так и не удалось. В страну, где в футбол запросто играют при температуре ниже замерзания воды, парень не согласился переехать ни за какие деньги.

Уругвай гулял всю ночь и всю ночь на улицах города звучал марш «Прощание славянки» — национальный гимн королевства Далкиленд. И этот турнир удался!

На Летнюю Олимпиаду в Монреаль, Майкл не полетел. Ещё в марте он назначил (или единолично выбрал) президента Национального Олимпийского Комитета Далкиленда — завершившего спортивную карьеру, олимпийского чемпиона Игр в Кортина-д’Ампеццо, в мужском одиночном фигурном катании — Хейза Алана Дженкина. Толковый парень, сразу понял, что от него требуется. Команду он собрал небольшую (сорок шесть человек), но очень результативную — бывшие австралийцы, итальянцы, французы и англичане выиграли шестнадцать золотых, одиннадцать серебряных и девять бронзовых медалей (в лёгкой атлетике, плавании, велоспорте, гребле и фехтовании), затащив Далкиленд на уверенное третье место в неофициальном командном зачёте и уступив только РССР и США.

Вячеслав Егоров, целенаправленно готовившийся к пятнадцатираундовому титульному бою с Рокки Марчиано, своих соперников разбросал по рингу одной левой. Реально разбросал — все бои он выиграл нокаутом.

Интересно, смотрел ли эту Олимпиаду промоутер Марчиано, суетливый и наглый итальяшка Антонио Ламбротта? Должен был смотреть. Смотреть и ужасаться.

Этот контракт дался Стиву Дастину очень нелегко. За бой с безрейтинговым русским новичком, да ещё и опять в Москве, Ламбротта затребовал двадцать пять миллионов рублей. Договориться удалось, пообещав тридцать пять за победу, но всего пять за поражение. Жадный и глупый итальяшка согласился, теперь, наверное, кусает себе пятки, или что там кусают в таких случаях в поговорке у русских?

В общем, спортивная индустрия королевства Далкиленд создана и перешла в хорошие руки, вмешиваться в управление ей больше нет необходимости. В экипировке от «Cheetah» на этой Олимпиаде выступали уже восемь команд из первой десятки: — США, Далкиленд, Венгрия, ГДР, Куба, Калифорния, Техас и Карибская Конфедерация, а к следующей переоденутся и Россия с Аляской.