"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 589

— Чудесно, папочка, — Злата соскочила с пуфика и чмокнула Алена в щёку. Он нежно потрепал её золотистые кудри. — Тогда отменю свой визит к Бронским, назначенный на послезавтра.

Отцовскому самолюбию Ольшанского польстило, что не последовало никаких капризов — его малышка предпочитает светскому приёму поездку с ним.

Утро для Кацпера началось ужасно. Двух суток хватило, чтобы вся академия уже знала об унизительном инциденте с тренажёром. И теперь только ленивый не предпринимал попыток его укусить. Он слышал, как за его спиной посмеиваются и перешёптываются.

— Слышали, как новенькая сделала нашего «короля»?

Находились смельчаки, которые и в открытую паясничали:

— Говорят, у землянки рука тяжёлая. Да, Кац? Сильно испугался, когда она тебя припечатала к тренажёру?

Ему оставалось только огрызаться:

— Кто там дрожал от страха, так это она.

Шимон поддакивал:

— Кацпер же не виноват, что у кое-кого магическое недержание случилось от перепуга.

Учебный день ещё никогда не казался Кацперу таким длинным. Спасали только мысли о мести. Эта выскочка должна ответить за всё. План вызрел простой и изощрённый одновременно. Сразу после занятий Кацпер позвал Шимона к себе и рассказал подробности.

— Нам нужно раздобыть систуйского зелья.

— И опрыскать незаметно её одежду? — хихикнул Шимон, схвативший идею на лету.

— Желательно юбку, — мстительно сощурился Кацпер.

У систуйского зелья замедленный эффект, но зато какой.

— Вот это будет сюрприз, — довольно потёр руки Шимон.

— Подстроим всё так, чтобы этот «сюрприз» случился при максимальном скоплении народа. Завтра на турнирной жеребьёвке.

 Там будет действительно людно — почти вся академия, ведь в турнире участвуют и младшие и старшие курсы. Кроме того, будет кто-то из ректората, возможно, сам ректор, и представители попечительского совета. Последнее было для Кацпера особенно важно. Он уже успел заметить, что ректор сквозь пальцы смотрит на выходки землянки. Но зато если кто-то из попечительского совета увидит, как девчонка применяет магию там, где это строго запрещено, её по головке не погладят. А она её применит. Кацпер был в этом абсолютно уверен. Злость делает её совершенно невменяемой. А злиться ей будет на что. Когда с выскочкой-землянкой случится подстроенный им «сюрприз», она же из себя выйдет. Да у неё от злости и досады пар будет идти из ушей.

На лице Кацпера заиграла довольная улыбка. Воображение в деталях нарисовало, как будет наказана землянка.

— Шимон, достанешь мне сегодня к вечеру систуйского зелья. Остальное сделаю сам.

Тот кивнул. Он знался со старшекурсником, который приторговывал разнообразными «особыми» зельями, какие в простой аптеке не купишь.

Глава 15. Общий неуд

Шёл уже третий день пребывания Валерии в академии, и ей начало казаться, что она втягивается. Преподаватели в основной своей массе оказались вполне адекватными. Делали поблажки, учитывая, что она новенькая — к доске не вызывали, неудов не ставили, а даже, наоборот, снабжали необходимыми методичками и пособиями, чтобы она могла поскорее наверстать пропущенное.

Инцидент произошёл только с леррой Катаржиной, немолодой въедливой преподавательницей основ магического этикета. Пышная грудь, узкие бёдра, треугольная голова, странная причёска, постоянная недовольная мина на лице — она напомнила Валерии Фрекен Бок из мультфильма про Карлсона. Катаржина разгуливала между рядами парт с указкой в руках, устрашающе постукивая её острым концом по своей ладони. Вот уж кому было наплевать, что Валерия просто физически не могла быть готова к её паре. Катаржина вызвала к доске, велев пересказывать прошлую лекцию. Валерия резонно заметила, что на прошлой лекции быть не могла, потому как в то время ещё даже не знала ни про существование академии, ни про профессоршу магического этикета.

Фрекен Бок рассвирепела и влепила неуд. Валерии жутко захотелось что-нибудь взорвать — например, указку в её руках. Но она всё же сдержалась, приняв во внимание почтенный возраст Катаржины. Пришлось применять приём Тоцкого — представила у себя в руке ледяную глыбу.

Катаржина, пожалуй, была единственной проблемной представительницей профессорского состава, если, конечно, не считать самого проблемного — Тоцкого. Отношения с ним пока оставались очень сложными. А какими они могли бы быть, учитывая его вредность, самодурство и самомнение?

Не далее как вчера он неожиданно вызвал Валерию в свой кабинет на большой перемене. Чувствовала она, что неспроста. Ох, неспроста. Явно ведь не для того, чтобы похвалить за первые успехи в учёбе. Пока шла по коридору, пыталась вспомнить, где накосячила. Вроде бы ничего в последнее время не взрывала, старшекурсников заиками не делала. Но всё равно заранее подготовилась обороняться. И способ защиты выбрала самый действенный — нападение.

Он встретил её грозным взглядом. Начальство редко бывает привлекательным, но у заразы Тоцкого всё наоборот. Ему шёл этот начальственный вид — такой злющий — просто ух! Глаза горят — сейчас начнёт отчитывать. Но Валерия, разумеется, слово сказать ему не дала — первой пошла в атаку.

— Дьер Ян, студенты используют большую перемену, чтобы повторить материал перед следующей парой. А вы лишили меня такой возможности. Поэтому если я получу неуд, это будет и ваша вина! Это будет наш общий неуд!

Тоцкий, бедолага, от такой наглости впал в ступор. Ещё больше нахмурился, но молчал — видно, переваривал информацию об общем неуде. Когда к нему вернулся дар речи, он решил включить в себе дьявола и, обжигая дьявольским взглядом, начал отбивать атаку.

— Я вас позвал поговорить о другом неуде, — рыкнул он. Выдержал театральную паузу, а потом обличительно добавил: — О том, который вы отработали обманом.

— Это вы о стенде?

— О нём. Мне известно, что вам помогли.

И откуда ему, интересно, известно? Кто сдал? Неужели Бланка? Она единственная из группы, кто отнёсся к Валерии не очень дружелюбно. Единственная, кто не помогал в отработке неуда. Но не хотелось верить, что это настучала она.

— Да, мне помогали друзья. Но я не помню, чтобы вы запрещали дружескую помощь. Сказано было: нельзя пользоваться магией, и всё, — с напором высказалась Валерия. — Чётче надо формулировать задания, — добавила она, чтобы добить. — Умение правильно поставить задачу — очень нужное качество, которое необходимо развивать. Особенно руководящим работникам, — она подарила ему назидательный взгляд.

Тоцкий в очередной раз лишился дара речи. Вызывая студентку на ковёр, видимо, не ожидал, что его же ещё и отчитают. Он сделался адски злым — его глаза метали громы и молнии, от него искрило, будто он был под напряжением, и даже волосы взъерошились сами собой. Нет, в ярости он убийственно неотразим.

— Ступайте, — бросил Тоцкий раздражённо.

Валерия вышла из кабинета, поздравляя себя с сокрушительной победой.

Кстати, о её победах уже начали ходить слухи по всей академии. Чего только не говорили. Ведь известно, что слухи, хоть и имеют под собой почву, но пересказанные из уст в уста, начинают жить своей собственной жизнью.

— …землянка размахнулась и ка-а-а-ак выбросит его чернильницу прямо в окно…

— …нет, это была не чернильница, а стационарный кристалл связи, и она его не выбросила, а взорвала прямо на ректорском столе…

— …а я слышала, что она и стол разнесла в щепки…

Ну вот, примерно такие шепотки раздавались за её спиной.

Но больше всего слухи о похождениях Валерии ударили по репутации Кацпера и Шимона. Их откровенно троллили и высмеивали. И эта парочка жутко обозлилась на Валерию. Она постоянно ловила на себе их косые взгляды.

Очередной учебный день пролетел быстро, но самое интересное было впереди. Сегодня после занятий намечалось грандиозное мероприятие — жеребьёвка для магического турнира. Волнительное предвкушение владело всей группой, да и Валерии передалось. Хотя жеребьёвка не считалась официальным событием турнира, но традиционно студенты воспринимали её как открытие соревнований. Команды-участницы собирались на огромной лужайке неподалёку от здания академии — соперников посмотреть, себя показать, а также вытянуть жребий — под каким номером выступать.