"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 436

Предводитель банды с большим трудом выбрался из-под груды напитков и продуктов. Несколько секунд он угрюмо взирал на обосновавшееся на потолке чудо природы. А потом, совершенно неожиданно, вместо того, чтобы дать стрекача, бросился в атаку. Модификант нажал на курок. Пистолет затрещал и выпустил длинную очередь зарядов. Все пули попали в цель, превратив грудь жертвы в огромную дымящуюся воронку. Девица Галька взревела от ярости и тоже прыгнула на модификанта. В мгновение ока на ее пальцах выросли полуметровые блестящие когти. Бывший очкарик запрыгал по потолку и, метко лягнув Гальку в лицо, сбил ее с ног. Еще до того, как девица упала, мстительный модификант несколько раз прострелил ее из своего оружия. Мелкая шпана тоже пришла в движение и с омерзительным шуршанием полезла на стены. Трудные подростки прямо на ходу преобразовывались во вполне зрелых и весьма крупных пауков. Виктор понял, что сейчас произойдет. Он повалил Тамару на пол и, встав на четвереньки, потащил ее к выходу. Очкарик словно ждал, когда они удалятся, и открыл шквальный огонь только после того, как беглецы поднялись по лестнице и выбрались на улицу.

Виктор помог своей старой знакомой встать на ноги. Правда, отряхивать женщине колени он не стал. Слишком много чести для дешевой проститутки. А впрочем, и для дорогой тоже многовато будет.

– Что это было? – охрипшим от страха голосом спросила Тамара.

– Гридерские биороботы, – вздохнул Виктор. – Только их мне и не хватало.

– Какие биороботы? Ты на каком языке со мной разговариваешь?

– Не важно. Долго объяснять. Пойдем, я тебя провожу. Показывай, где живешь.

На лестницу подземного перехода выскочил паук. Проскрежетав что-то невразумительное, он упал на ступени, издал прощальный вопль и испустил дух. В его брюхе дымилась дыра размером с ладонь.

Тамара заверещала и бросилась бежать по направлению к ближайшей подворотне. Виктор рысью помчался за ней. Его голова вертелась из стороны в сторону, стремясь распознать любую неожиданность, с какой бы стороны та ни подкрадывалась. Проскочив подворотню, Тамара уверенно ворвалась в ближайший подъезд и торопливо застучала каблучками по ступеням. Освещение на лестнице отсутствовало, и Виктору пришлось пробираться на третий этаж на ощупь, ориентируясь только на звук Тамариных шагов и на скрип ключа в замке. В полной темноте он проскользнул в квартиру. Дверь за его спиной захлопнулась, и слабая лампочка залила болезненной желтизной убогую обстановку прихожей.

Тамара облегченно вздохнула и скинула туфли.

– Сейчас сделаю чай, – сказала она. – Посиди пока в комнате.

– Чай так чай, – Виктор пожал плечами и посмотрел на часы. Задерживаться он не собирался, но на чашку чая время еще было.

Единственная комната квартиры представляла собой нечто среднее между складом старьевщика и кельей нищего программиста. На большом обеденном столе громоздилась пыльная пирамида из книг. У края поцарапанной столешницы приткнулся крошечный мониторчик допотопного компьютера. Похоже, компьютер в этом доме не выключали никогда. Топорщащийся проводами системный блок жалобно жужжал на полу. Кипы распечаток прижимали его к батарее парового отопления.

Одну из стен от пола до потолка занимали книжные полки, забитые старыми газетами и древними сувенирами. Бюстик Сталина соседствовал здесь с бюстиком Наполеона, и они вместе очень дружно подпирали рассыпающуюся подшивку журнала «Нива» за 1903 год.

Виктор присел на узенькую скрипучую тахту, мало похожую на главное место работы жрицы любви. Прямо перед ним высилось очень старое трюмо, знакомое ему еще со студенческих времен. Главную ценность семейства Бакулиных забыть было совершенно невозможно. Тамара утверждала, что сия мебель была изготовлена в конце XVIII века и какое-то время украшала интерьеры квартиры Пушкина на Гороховой. Потрепанный антиквариат благополучно пережил блокаду и теперь служил подставкой для очень древнего телефона. Настолько древнего, что Виктору захотелось снять трубку и строгим голосом сказать: «Барышня, Смольный, пожалуйста».

– А как же квартира на Владимирском? – спросил он, не повышая голоса.

В панельных домах первых поколений настолько тонкие стены, что можно расслышать тихий шепот даже с лестничной площадки.

– Продали. Дом пошел под реконструкцию, и нас настоятельно попросили съехать.

На плите, исходя паром, зашипел чайник. Тамара бодро стучала ножом, готовя бутерброды. Виктор достал из кармана бумажник и извлек из него толстую пачку денег. Скромный остаток премиальных за добытый для Российской Федерации гравитрон. Выдернув несколько бумажек на такси, остальные он положил на стол и накрыл листком бумаги. Потом взял ручку и торопливо написал на обрывке пару строк. Снова посмотрел на часы и поднялся. Чаепитие грозило затянуться, и лучше было бы уйти прямо сейчас.

– Уходишь? – спросила Тамара, бесшумно появляясь в дверях.

– Да. Пора, – Виктор поспешно отвернулся от стола, будто его могли уличить в какой-то мерзости.

Он уже собрался произнести кучу бессмысленных извинений, как вдруг понял, что в голосе Тамары прозвучали какие-то неприятные нотки. Виктор поднял глаза. Прямо ему в лицо смотрел грибообразный наконечник парализатора. «Хреново», – подумал он, непроизвольно делая шаг назад. Это оружие ему было слишком хорошо знакомо. Когда проклятые «синие человечки» похитили его с Земли и он в качестве раба попал на рудники далекой планеты, тамошние надсмотрщики близко познакомили его с действием этой хитрой штуковины.

– Извини, Блинчик, – палец Тамары надавил на курок. Виктор молниеносно отклонился в сторону. Заряд прошел мимо. Томка отпрянула в коридор и снова выстрелила. Чертыхаясь и круша книжные башни, Виктор перекувырнулся через голову и схватил старенький табурет за хилую ножку. Парализатор в руках Тамары зудел и неустанно пытался ужалить неуловимую цель. Виктору не оставалось ничего, кроме как, проскользнув под невидимым лучом, швырнуть в женщину табуреткой. Вскрикнув, Тамара упала, ударившись головой о стену. Рассвирепевший Виктор подскочил к ней и выбил из рук оружие.

– Кто тебя послал?! – проревел он.

– Я не знаю, – пролепетала женщина, выставив перед собой ладошку, словно хотела закрыться от материализовавшегося ночного кошмара.

– Почему ты напала на меня?

– Вчера пришел мой отец и сказал, что я должна слушаться людей, на которых он покажет, – она разрыдалась. Слезы смешались с кровью, сочащейся из разбитой брови, и потекли по лицу розовыми ручейками.

– Ты всегда слушаешься своего отца? – удивился Виктор.

– Мой отец умер четыре года назад! Я сама его похоронила, – всхлипнула Тамара, – но вчера он пришел и сказал…

«Совсем хреново, – трезво оценил обстановку Виктор. – Слишком много чудес для одного дождливого вечера. Надо срочно выяснить, кому всё это могло понадобиться, и рвать когти».

Виктор помог женщине подняться и даже протянул ей чистый носовой платок, чтобы она могла вытереть лицо.

– И зачем же ты прикидывалась шлюхой? – спросил он, безуспешно стараясь добиться доброжелательного звучания своего голоса.

– Они рассчитали, что так будет проще заманить тебя в квартиру.

– Кто они?! – вспылил Виктор. Похоже, неведомые противники очень хорошо его изучили. Он действительно не любил ходить в гости. Особенно не любил навещать старых, давно забытых знакомых, отношения с которыми не поддерживал много лет.

– Кто они? – снова спросил Виктор и втолкнул Тамару в комнату.

– Резо – и еще один тип с прилизанными волосами. У него дурацкая такая кличка. Орен, кажется.

– Резо – это тот, который изображал сутенера?

– Да.

Виктор выдернул из плечевой кобуры бластер, подошел к окну и выглянул на улицу. Обычный двор. Ничего особенного. Пара продрогших прохожих, прикрываясь зонтиками, спешит добраться до своих уютных квартир. Несколько машин мокнут на газонах. Всё тихо.

– Что ты должна была сделать после того, как парализуешь меня?

– Позвонить.

– Звони, – Виктор мотнул головой в сторону старинного телефона.