"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 444

– В чем дело, док? Я сменила флаг на дверях. – Элька недвусмысленно погладила рукоятку заткнутого за пояс бластера.

– Сегодня тринадцатый день, – мрачно заявил врач. Его голос сильно искажался дыхательной маской и напоминал поросячье хрюканье. – Тринадцатый день паралича. Вы понимаете, что это означает?

Элеонора кивнула. Она прекрасно знала, что это означает. Больной пепельной немочью на четырнадцатый день встает с постели. Его измененное инфекцией тело становится неуязвимым для оружия и, подчиняясь неведомому инстинкту, начинает истреблять всё живое вокруг.

– Войдите, – Элька уступила доктору дорогу. – А солдаты пусть пока подождут. Я скажу, когда будет можно.

Доктор вежливо прикрыл за собой дверь и приблизился к больному. Он заглянул в лицо Жака и пощупал его пульс рукой, защищенной толстой металлизированной перчаткой. Он действовал, как любой другой врач, за одним маленьким исключением – медицина бессильна против немочи. Единственное, что мог сделать лекарь, – это предотвратить появление живых мертвецов.

– Здравствуйте, ваше величество, король Тинор Четвертый, – прошептал врач и поклонился Жаку.

– Что вы сказали? – переспросила Элька, заглядывая ему через плечо.

– Король Тинор Первый вчера умер, – печально ответил врач. – Второй и третий клоны покончили с собой еще раньше. Сразу, как только заметили первые признаки болезни. Второй раз в истории Эстеи четвертый клон стал королем, и точно так же, как в те далекие времена, только на один день. Тысяча триста лет назад королем был Кельм Четвертый. Тогда на планете, как и сейчас, свирепствовала пепельная немочь, и точно так же четвертый клон короля властвовал всего один день.

Доктор достал из своего саквояжа перстень с печаткой и надел его на палец Жака. Кольцо плохо держалось на оголенной кости и со звоном упало на пол.

Элеонора выдернула из-за пояса бластер. Сегодня состоится ее последний бой. Он будет коротким и жестоким. Ей не суждено победить в этой схватке. Сегодня Элеоноре предстоит сделать всего два выстрела. Первый прекратит мучения Жака, второй – обеспечит ей возможность присоединиться к любимому в тех местах, откуда никто и никогда не возвращался.

Доктор обеспокоенно наблюдал за ее приготовлениями. Кто знает, что может прийти в голову сумасшедшей жене четвертого клона? К тому же инопланетянке.

– Скажите, док, почему я не заболела? – поинтересовалась Элька, нервно щелкая предохранителем бластера. – Я ведь не пользовалась никакими защитными средствами. Может быть, я не подцепила эту дрянь, потому что родилась на Земле?

– Я и сам много думал об этом, – невнятно пробормотал врач, – но как раз вчера я читал одну занятную летопись времен Кельма Четвертого. Ее написал придворный врач той легендарной эпохи. Мой прямой предок, между прочим, – с плохо скрываемой гордостью подчеркнул доктор. – Так вот, оказывается, к инфекции невосприимчивы грудные дети и беременные женщины. Это подтверждается и моими наблюдениями. Думаю, что подобный феномен связан с наличием специфических антител в кровеносных системах грудничков и еще не родившихся детей.

– Я не грудной младенец, – пробормотала Элька. – Следовательно…

– Вы беременны, ваше величество.

– Я думала, это простая задержка из-за стресса, – она закрыла глаза.

– Поздравляю вас. Хотя, конечно, ваш потомок никогда не сможет претендовать на престол, ибо не является клоном короля.

– Заткнись, док! – рявкнула Элька. – Не мешай мне думать.

Врач с тоской посмотрел на дверь, за которой дежурил взвод солдат. Может быть, они придут ему на помощь, если эта измученная женщина окончательно спятит?

Элька медленно нарезала круги по комнате. Ее взгляд бессмысленно скользил по цветастым гобеленам, закрывавшим серые каменные стены. Время от времени она задумчиво чесала затылок рукояткой бластера. Давно немытые волосы взъерошивались и застывали во взлохмаченном состоянии черными скользкими сталактитами.

– Скажи, док, аппарат для переливания крови у тебя с собой?

– Как всегда, – врач с готовностью похлопал рукой по саквояжу, не совсем понимая, зачем его об этом спрашивают. С тех пор как пришла немочь, ему еще ни разу не приходилось делать переливание крови.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнула Элька и распахнула дверь комнаты.

– Что вы задумали? – Доктор приподнялся со своей табуретки, но Элеонора даже не взглянула в его сторону. Она высмотрела на лестнице воина с самой значительной нашивкой на рукаве и поманила его пальцем.

– Лейтенант, войдите. У меня к вам дело государственной важности.

Крупного от природы парня скафандр высокой защиты сделал просто огромным. Боец карантинной службы едва сумел протиснуться в дверь. Он остановился на пороге, не решаясь пройти дальше и не зная, куда спрятать ствол огнемета. Находиться в присутствии коронованных особ с оружием в руках могли только охранники и телохранители. Он не был ни тем, ни другим.

– Не смущайтесь, лейтенант, проходите. Присаживайтесь. – Элька пододвинула ему стул.

– Не могу сесть, ваше величество. Устройство скафандра не позволяет, – застенчиво прогудел лейтенант.

– Ах да, извините, – понимающе кивнула Элька, хотя она прекрасно знала, что в скафандрах этого типа можно спокойно сидеть, лежать и даже кувыркаться. Просто боец не хотел отходить от придворного этикета.

– Слушайте меня внимательно, лейтенант, – она сделала паузу и вопросительно посмотрела на лицевую часть его шлема. Сквозь тонированное стекло не видно глаз, и солдат не поднял «забрало», как принято в подобных случаях. Немочь диктовала свои законы, которые были сильнее королевских указов и элементарного приличия.

– Лейтенант Соримэр. – Шлем слегка склонился в поклоне.

– Соримэр, слушайте внимательно мою просьбу. Вы, конечно, можете ее не выполнить и поступить по инструкции и вас за это только похвалят, ибо король, которого я хочу спасти, при смерти. – Элеонора посмотрела на Жака.

– Вы хотите спасти короля?! – хором воскликнули доктор и лейтенант.

– Это невозможно, – добавил врач и решительно замотал головой. – Полный бред с медицинской точки зрения.

– Слушаюсь и повинуюсь, ваше величество, – ответил Соримэр. Его голос звучал внушительно и отдавался легким эхом, будто он говорил в пустое ведро.

– Отлично. – Элька подошла к лейтенанту и положила руку ему на плечо. Для этого ей пришлось встать на цыпочки. Большой рост не относился к ее достоинствам. К тому же этот карантинщик оказался очень высоким. Почти таким же высоким, как Жак.

– Ты можешь отличить человека, который переболел пепельной немочью и изменился? Который готов убивать… Ну ты понимаешь?

– Вы хотите сказать, могу ли я узнать дарлока? – переспросил офицер. – Его даже ребенок узнает. Он похож вот на него.

Лейтенант махнул рукой в сторону Жака. Элеонора проглотила комок, который непонятно откуда появился у нее в горле, и, стараясь говорить спокойно, задала следующий вопрос:

– Твое подразделение сможет справиться с дарлоком?

– Безусловно, – карантинщик с готовностью щелкнул каблуками. – Если он свежий, то легко. Другое дело, когда дарлок застарелый. Тогда его кожные покровы затвердевают, и очень трудно бывает… – он смущенно умолк на полуслове.

– Слушай приказ, – Элька слегка выпятила грудь и немного приосанилась. – Я, Жак, то есть король Тинор Четвертый, и доктор останемся здесь. Выставь вокруг дома посты. Расставь людей так, чтобы мышь не проскочила. Арбалетчики на крышах и всё такое. Ну ты лучше меня знаешь.

– Да, ваше величество.

– Не забудь про канализацию. Перекрой все тоннели.

– Понял, ваше величество.

– Через двадцать четыре часа, если никто не выйдет, сожги дом и убей короля.

– Будет исполнено.

– То есть как это никто не выйдет! – Доктор взвился со своей табуретки и едва не подскочил до потолка. – Я не собираюсь оставаться здесь. Лейтенант, у вас же есть инструкция! В конце концов, вы должны подчиняться только мне!

Элеонора измерила врача взглядом и положила палец на спусковой крючок.