"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 655

Его взгляд ненадолго встретился с полными ярости глазами Квинн и тут же угас.

— Я не знал.

— Как ты мог не… — начала Квинн, все еще в ярости, но Ноа прервал ее.

— Как тебя зовут? — спросил он.

Парень быстро моргнул.

— Крис. Крис Доэнс.

— Как все добрались домой, Крис? — спросил Ноа.

Квинн посмотрела на него, но Ноа проигнорировал ее. Крики на этого несчастного ублюдка ничего не изменили бы в событиях этой ночи. Ничто не могло отменить те ужасные часы, которые они только что пережили.

— Несколько часов назад они пригнали автобусы, старые дизельные школьные автобусы. Джастин поехал на снегоходе в Остего за помощью. Все перепугались, но они приехали. Несколько помощников шерифа, пожарные, медики. Они ездят спасать застрявших людей по всему округу. Они говорили о том, чтобы договориться о чередовании со снегоуборочными машинами, которые все еще работают, чтобы держать главные дороги чистыми.

— Почему ты все еще здесь? — спросил Ноа.

— Последний автобус поехал слишком набитым. Он не мог вместить еще одно человеческое тело, и я… наверное, немного запаниковал, понимаешь? Не люблю замкнутые пространства. — Он слабо махнул рукой. — Вот почему я работаю здесь, верно? Никаких кабинок, мужик. Только открытое небо и свежий снег.

Он уставился в темноту, работая челюстью, словно собираясь сказать что-то еще, но не стал.

— Мы направляемся на юг, в Фолл-Крик, — сказал Ноа.

Взгляд Криса переместился мимо них.

— У вас есть машина, которая работает?

— Неужели не слышал двигатель грузовика? Ты не заметил фары? — недоверчиво спросила Квинн.

— Скажи нам, где ты живешь, — ровно произнес Ноа. Не имело значения, как он лично относится к этому бесполезному наглецу. Как представитель закона, он не мог просто оставить его замерзать до смерти. — Мы заберем и тебя.

Крис благодарно кивнул.

— Спасибо, мужик. Я уже начал думать, что умру здесь.

— Мы тоже, — съязвила Квинн.

Пристыженный, Крис опустил взгляд на колени и ничего не сказал.

— Пойдем, — сказал Ноа, — пока мы еще можем.

Глава 14

Ноа

День первый

Ноа наклонился вперед, вцепившись руками в руль старого «Форда», каждый мускул напрягся, сердце колотилось о ребра. Грузовик ехал медленно.

Снег лежал толстым слоем, дорога была скользкой, крутой кювет слева Ноа едва видел, но знал, что он там, только и ждет, чтобы он совершил ошибку и скатился за край. В лыжных ботинках управлять машиной сложно, поэтому он снял их и ехал в носках.

Они направились домой по М-40 S и I-94 W в абсолютной темноте. Ни звезд. Ни луны. Ни уличных фонарей, ни света от городов, ни света от проезжающих машин. Никаких проезжающих машин, и точка.

Они уже высадили Фиби и Криса у их домов — Криса в Плейнвелле, к юго-востоку от Остего, а Фиби в Давагиаке, примерно в четырнадцати милях к востоку от Фолл-Крик. Окрестности оставались темными. Все погрузилось во мрак.

Их фары оставались единственным светом в округе. Два желтых конуса пронзали черную пелену, прорезанную ныряющими, кружащимися белыми вихрями. Он не мог разглядеть фермерские угодья, перемежающиеся лесами и случайными домами, и предприятиями — складами и стоянками подержанных автомобилей.

Ноа не мог видеть ничего, кроме нескольких ярдов прямо перед собой.

То тут, то там фары грузовика освещали огромные холмы покрытого снегом металла — автомобили, внедорожники и грузовики, заглохшие и брошенные на обочине. Несколько раз ему приходилось объезжать аварии с нагромождением двух, трех и более машин.

Квинн сидела на пассажирском сиденье рядом с ним, лишь темная фигура в полумраке кабины. Ее колени были подтянуты к груди. Она держала руки перед печкой, чтобы согреть пальцы, и тупо смотрела в окно.

Майло крепко спал на заднем сиденье, свернувшись калачиком, как щенок, в спальном мешке. Ноа нервно поглядывал в зеркало заднего вида, чтобы проверить, как он там, и иногда включал один из верхних фонарей. Цвет его кожи казался нормальным. Грудь постоянно вздымалась и опускалась.

Его жизненные показатели оставались в норме. Тем не менее, Ноа беспокоился.

Сын пережил сегодня невероятное количество стресса. Это слишком много для взрослого, не говоря уже о ребенке. Как это повлияло на его надпочечники? Достаточно ли лекарств, чтобы защитить, или его тело уже ополчилось против него самого, как тихий, невидимый яд?

Перед тем как они отправились домой, Ноа дал Майло его вечернюю таблетку. При простуде или гриппе он обычно увеличивал дозу лекарства на три дня. После этого нужно было идти к доктору Прентису.

Если что-то серьезное, они удваивали или даже утраивали дозу на более длительный срок, постоянно контролируя уровень гормонов.

Майло был сильным ребенком, храбрым и стойким. Он ведь уже пережил потерю матери в результате самых ужасных событий, которые только можно себе представить?

С ним все будет хорошо. Должно быть.

Ноа сжал руль и поморщился от резкой боли. Тепло в кабине наконец-то отогрело его конечности. Пальцы, уши и нос болели почти как от ожога.

Это означало, что у него, вероятно, только поверхностное обморожение. Боль — это хорошо.

— Я знаю, кто ты, — проговорила Квинн после долгого молчания. — Я помню Ханну Шеридан.

Он взглянул на нее, пораженный.

— Что?

— У меня сегодня день рождения.

Грудь Ноа сжалась.

— Я… ясно.

— Я помню тот день. День, когда она исчезла. — Квинн смотрела в окно. — Не то чтобы планировалась большая вечеринка или что-то в этом роде. Не в канун Рождества. Октавия — моя мать — она обычно забывает. Но в том году она смогла купить мне торт. Бабушка завернула несколько подарков, в основном, принадлежности для рисования. Дешевый блокнот для рисования из «Волмарт». Это был хороший день, я думаю. Мой одиннадцатый день рождения. Ничего особенного.

— Но я помню красные и синие огни, мелькавшие в моем окне на следующий день. Она исчезла в мой день рождения… Я видела ее много раз. Она просто жила своей жизнью. Любила гулять рано утром с ребенком в коляске, всегда в наушниках. Иногда громко пела под то, что слушала. Aerosmith, Pink Floyd или еще кого-нибудь. Каждый раз она останавливалась и махала мне рукой.

— Знаю. — Он втянул воздух так резко, что это ранило его все еще больные легкие. — Ханна всегда отличалась добротой.

Обычно он не любил говорить об этом, но у него не хватало духу прервать Квинн. Эта странная, саркастичная девочка-подросток была расстроена, как и он сам.

Вдобавок ко всему Квинн потеряла члена семьи. Она ведь еще совсем ребенок.

— Я не знаю. Это просто… сильно ударило по мне, я думаю. Не так, как то, через что прошли вы с Майло. Ничего подобного. Но просто… Я гуглила это дело каждый день. Я внимательно следила. Когда они арестовали тебя, какое-то время действительно думала, что это сделал ты.

— Как и большинство жителей Фолл-Крик, — сказал он. — Весь округ так думал, на самом деле.

Он ненавидел вспоминать о тех днях. Подозрительные взгляды и недоверие со стороны друзей и соседей. Чувство изоляции. Одиночество.

Они так и не нашли никаких улик, доказывающих его причастность. Самым ужасным фактом оставался лишь тот, что он был ее мужем, а по статистике большинство женщин убивают самые близкие им мужчины.

Глянцевые полицейские шоу на телевидении приучили людей верить, что на каждом месте преступления остается след ДНК. Реальность оказалась совсем другой.

Через некоторое время дело просто замяли. Ночной снегопад стер все следы, которые могли остаться. Им не на что оказалось опираться. Ни зацепок, ни свидетелей, ни волос, ни отпечатков пальцев. Ни других подозреваемых. Только машина, брошенная на обочине шоссе.

Розамунд Синклер, суперинтендант поселка Фолл-Крик, горячо поддерживала невиновность Ноа. Ее вера в него никогда не ослабевала. Шеф Бриггс в конце концов тоже поверил в него. Со временем подозрения жителей города ослабли.