"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 165

Я грязно выматерился в ответ, но муры услышали лишь безликое бубубу.

– Не будь наивным, Рихтовщик, – рассмеялся упивающийся моим бешенством Клок. – Дары Стикса у ботов тебе не помогут. У них есть уникумы, способные блокировать Дары игроков. Так что ярких впечатлений на ферме огребешь по самые не балуйся.

– Понял, сука? – Пастух из сидячего положения лягнул длинной ногой по решетке, напротив моего лица. – Писец тебе, Рихтовщик!

– Че-то долго этот сикун не возвращается, – вдруг насторожился старший в тройке. – Пастух, иди, глянь, че там с ним.

– Да обосрался поди… Эй, Фара, хорош срать, – позвал приятеля Повар.

– Сходи я сказал, – чуть повысил голос Клок.

И амбал тут же вскочил на ноги.

– Автомат возьми.

– Параноик, мля, – прошипел Пастух, но калаш с травы поднял и, небрежно закинув на плечо, двинул в кусты.

Клок тоже поднял лежащий рядом автомат и, в отличии от пофигиста Пастуха, снял с предохранителя и передернул затвор.

Но выстрелить почуявший опасность мур не успел. Из кустов, где только что скрылся здоровяк Пастух, вдруг вылетел нож и с сочным хрустом по рукоять вошел Клоку в глаз. Следом из кустов донесся звук падения грузного тела.

– Привет, Рихтовщик, – рыкнул выскользнувший из-за кустов невысокий кваз.

Белка? – потрясенно забубукал я в ответ.

– Погоди, не разберу ничего, – отмахнулась моя недавняя убийца.

Обшарив карманы начинающего чернеть Клока, нашла ключ, сняла замок с клетки и, распахнув решетку, срезала путы на руках и ногах окровавленным ножом.

Кляп я вытащил уже самостоятельно.

– Белка, ты че, разве не умерла? – озвучил единственное более-менее разумное объяснение происходящему. – И потом следила за мной? А почему…

– Вопросы потом, – решительно оборвала меня девушка-кваз. – Сперва нужно с мурами разобраться… Смог рассмотреть: сколько их здесь?

– Восьмерых точно видел. Но могли еще по кустам таиться – часовые какие-нибудь.

– Скажешь тоже, часовые, – хмыкнула Белка. – Это ж муры, а не армейское подразделение. Кругом чернота – кого им бояться? Тот, кого они ждали, уже пришел. Будь у них часовые, думаешь, смогла бы я так спокойно к оазису подобраться?

– Согласен. Пожалуй, ты права.

– Так. Значит, муров осталось пятеро. А нас двое… Расклад не из лучших. Но на нашей стороне внезапность. Ну че, Рихтовщик, постреляем?

Слегка ошеломленный таким напором от бывшей подружки, я лишь покладисто кивнул.

– Ок. Тогда забирай у этого автомат, – кивнула командирша на Клока. – А я этот возьму.

Белка подхватила с травы автомат без вести пропавшего – подозреваю, не без ее помощи – Фары.

Когда я стал вытягивать калаш из почерневших пальцев мертвеца, потревоженный труп мура стал осыпаться черным пеплом.

– Ну че, готов? Двинули!.. И это… Рихтовщик, не надо геройствовать. Иди строго следом за мной. И начинай стрелять только, когда скажу.

Я собрался было возмутиться – а не прихренела ли часом барышня? Но, не дожидаясь моего ответа, сильно изменившаяся, самоуверенная и решительная Белка уже двинулась в сторону озера, и мне ничего не оставалось, как отправиться за ней следом.

– А ты еще раз его вызови! – раздраженный крик Гвоздя мы услышали еще метров за десять до крайних кустов перед озером.

Ускорившись, прижались к кустам с обратной стороны и услышали ответ:

– Да я уж сто раз вызывал, – испуганно канючил Клещ. – У них, похоже, рация вырублена.

– Не похоже на Клока, – возразил Гвоздь.

– Ну а че еще-то?

– Вот сходи и проверь.

– Ништяк, – тихонько рыкнула Белка и, повернувшись ко мне, выдала готовое руководство к действию: – Клеща я возьму на себя. А ты активируй «Лунное пламя» – оно давно должно у тебя откатиться…

– Откуда, мля! – перебил я, охренев от неожиданно обширных белкиных познаний обо мне.

– Потом объясню. Клещ вон уже встал, сейчас здесь будет. Короче, пока я занимаюсь Клещом, ты под «Пламенем» выходи к озеру и вали из калаша всех, кого увидишь… Готов?.. Клещ идет. Все, погнали.

– Пламя! – буркнул я, уходя в сторону от по-кабаньи громко пробирающегося сквозь кусты Клеща.

Вокруг тела вспыхнула белесая аура читерской Физической брони, и я тоже нырнул в кусты, но десятикратно возросшая Скрытность позволила пройти сквозь частокол веток практически бесшумно.

Вывалившись из кустов, я практически нос к носу столкнулся с Сытым, скатывающим на берегу в рулон пуховый спальник.

– Какого?!... – по-бабьи тонко заголосил было потрясенный моим явлением толстяк, но договорить не успел.

Короткой очередью из калаша я в кровавое месиво превратил его широкую, как луна, морду.

Сидящие поодаль Гвоздь с Цыганом на выстрелы отреагировали с похвальной сноровкой – оба вскинули мне навстречу стволы, и на курки мы втроем надавили практически одновременно.

Три автоматные очереди загрохотали в унисон, мы лупили друг в друга буквально с пяти метров, ни отскочить, ни уклониться, на такой дистанции было решительно невозможно. Разумеется, я без вариантов наглухо завалил обоих. Гвоздь с Цыганом тоже ни разу не промахнулись, но из-за активированного Дара пули вязли в защитной ауре, а я ощущал лишь болезненные толчки по груди и лицу.

Последнего мура нигде не было видно.

Я двинулся вдоль берега, вглядываясь в кусты. И почти сразу же за спиной громыхнула автоматная очередь.

Резко развернувшись, едва сдержался, чтоб не пристрелить союзницу.

Оказалось, стреляла Белка, управившаяся с Клещом, и двинувшаяся следом за мной для подстраховки. Жертвой ее выстрела стал Псих – этот урод решил подкрасться ко мне с ножом сзади. Чересчур уверовав в читерскую защиту, я чуть не проморгал эту подлую атаку. Если б не вмешательство напарницы, удар ножом, как не дистанционная атака, мог запросто стоить мне жизни.

– Спасибо! – буркнул я, возвращаясь.

– Ну что ты, прикрывать твою задницу – моя работы, – рыкнула Белка и залилась каркающим смехом.

– И все-таки, откуда ты узнала о моем Даре? И с мурами этими, у меня сложилось впечатление, ты не первый день знакома. Колись, Белка, ты мысли мои что ли способна читать?

– В некотором роде, – хмыкнула кваз.

– Это не ответ.

– Уж какой есть.

Решительно оттерев меня шипастым плечом, Белка подбежала к куче уложенного мурами барахла и стала потрошить рюкзаки, раскрывая подряд все молнии и вываливая на землю все содержимое.

– Эй, ты че? Аккуратнее! – возмутился я, когда вывалившаяся из третьего рюкзака бутылка водки, отскочив на камни, с жалобным звоном разбилось.

– Да забей, Рихтовщик, – отмахнулась кваз, отбрасывая пустой рюкзак и принимаясь за следующий, – все отсюда упереть, один фиг, не сможем.

– Но свинячить-то в оазисе зачем! Об это стекло на берегу потом какой-нибудь хороший человек может ногу порезать.

– Зануда блин, – фыркнула Белка и тут же радостно взрыкнула: – Ну наконец-то! Вот она – моя прелесть!

Белка подхватила вывалившийся из рюкзака моток янтаря, раздвинула когтистыми пальцами сделанный мною разрез и попыталась вытрясти содержимое на ладонь.

Разумеется, у нее ничего не вышло. Моток уже полдня как был пуст.

– Дерьмо! – Белка в сердцах швырнула пустую «шкатулку» на гору вещей. – Теперь неделю придется ждать, пока твой Дар откатится?

– В смысле?

– В коромысле, блин! Не тупи, Рихтовщик. Дар твой, квазовскую личину замораживающий – сколько до его восстановления осталось?

– Шесть дней.

– А я че сказала? Неделю? Ну извини, на день просчиталась. Хотя шесть дней, разумеется, куда как лучше семи. Впрочем, сейчас бы все равно ничего не получилось. Для завершения обряда блокировки нужен высокоуровневый знахарь.

– Так ты чего, не хочешь больше быть квазом?

– Я никогда и не хотела.

– Выходит, Скальпель меня снова обманул. Вот урод!

– Да забей ты на Скальпеля. Блин, Рихтовщик, у тебя белый жемчуг звездой накрылся, а ты по уроду какому-то, что за тридевять земель, угораешь.