"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 332

Я теряю сознание за мгновенье до того, как элитник закидывает наши кровоточащие тела в гигантскую пасть.

И снова погружаюсь в беспросветную черноту.

А через какое-то время чернота взрывается очередным флешбэком…

Отвернувшись от набегающих лотерейщиков, я хватаю Мараджелу в охапку и бросаюсь вдогонку за прошмыгнувшими мимо тварями.

И через секунду едва не врезаюсь в стену, задетый шипом плечевой брони обгоняющего топтуна.

— Мне жаль, Мараджела, но похоже это конец, — пыхчу, отчаянно работая ногами.

— Почему?

— Перезагрузка кластера!.. Конечный кисляк!.. Обнуление!..

Подтверждая мое бессвязное объяснение, белесый туман выстреливает из межплиточных щелей пола и начинает стремительно заполнять окружающее пространство.

А до выхода в спасительную лабораторию еще остается не меньше полутора десятков метров.

Увы, я никак не успеваю их преодолеть.

В метре передо мной через мгновенье ожидаемо загорается желтый огненный овал портала. Ускорения придает тычок в спину от набежавший сзади рубера. И с дамой на руках я буквально влетаю в огненное кольцо портала…

Но вместо удара головой о стеклянную стену, вдруг оказываюсь пленником злосчастного стекла. Тело бессильно бьется по полу в коридоре, голова же растерянно озирается по сторонам внутри помещения, а шея, как в колодке, намертво зафиксирована в стеклянной стене.

— Я сейчас помогу! — доносится сзади голос Мараджелы.

Не успеваю ответить, и стекло, над головой, сотрясает мощный удар тяжелого ботинка.

Раздается хрустальный звон трескающегося и рассыпающегося стекла…

Перед глазами загорается и тревожно мигает до боли знакомая короткая строчка уведомления:

Внимание! Сбой системы. Блокировка возрождения. Производится перезагрузка…

Не успеваю дочитать ее до конца, как рухнувший сверху на шею пласт стекла, как гильотина, мгновенно отрубает мне голову…

Я снова погружаюсь в беспросветную черноту.

А через какое-то время чернота взрывается очередным флешбэком…

Спина горит огнем. Правая рука болтается сбоку безжизненной плетью. В пистолете осталось всего три-четыре патрона, а бежать еще ой как далеко. Но азартное урчанье за спиной стимулирует лучше пастушьего кнута. И не решаясь оглянуться, я бегу. Изо всех оставшихся сил!

Ноги с каждым шагом наливаются свинцовой тяжестью. Шаги делаются короче, я замедляюсь, а топот преследователей сзади неумолимо нарастает.

В правую руку возвращается чувствительность, я снова могу ее согнуть, и неловко подхватываю под попу дрожащее от ужаса тельце девочки. Освободившаяся левая поворачивает пистолет к заходящему сбоку бегуну, и от души потчует пускающую голодные слюни тварь горячим свинцом.

— Седьмой! — объявляет, ведущая подсчет убитых тварей, Шпора и информирует: — До провала сто метров!

Тут же в спину впиваются когти невидимого преследователя. И, завопив от боли и бессильной ярости, я понимаю, что дальше тянуть нельзя.

— Круши! — хриплю из последних сил. И облегченно выдыхаю, чувствуя мгновенно разливающуюся по телу ураганную мощь.

Воздействие Дара превращает меня в чемпиона. В спину будто бьет ураганный ветер, из ног исчезает тяжесть и усталость. Я легко отрываюсь от толпы преследователей и выпущенной из тугого лука стрелой лечу дальше, увеличивая дистанцию. Волна встряхнувшей меня бодрости передается и Гале, девочка перестает плакать и устало кладет голову мне на плечо. Толпа сзади разочарованно ревет в бессильной ярости.

Но дотянуть стометровку до конца и гигантским прыжком окончательно избавиться от погони мешает чертов Кровавый Попрыгун, появившийся в этот раз на пару минут раньше положенного срока.

Тень элитника, на миг заслоняя луну, проносится у нас над головами. Кровавый Прыгун приземляется на краю провала, мгновенно разворачивается и, как гребаный тираннозавр, сверху атакует раззявленной пастью.

Я едва успеваю заметить вспышку перед глазами знакомой строки уведомления:

Внимание! Сбой системы. Блокировка возрождения. Производится перезагрузка…

Страшные челюсти смыкаются на наших телах, мгновенно умерщвляя и меня, и Галю…

Я снова погружаюсь в беспросветную черноту.

Молю Стикс прекратить сводящий с ума чудовищный калейдоскоп искаженных воспоминаний.

Но через какое-то время чернота взрывается очередным флешбэком…

Под действием Дара Чужая лапа, я в личине зараженного стою, окруженный толпой низкоуровневых слепунов. С потолка рывками спускаются десятка два высокоуровневых слепунов, и самый мощный из них, зависнув буквально в полуметре от моего лица, спрашивает:

«Ты кто? Зачем здесь?»

Уровнем тварь, по прозвищу Вскрыватель, соответствует матерому топтуну, и шутить шутки с таким серьезным противником чрезвычайно вредно для здоровья. Потому предельно серьезным голосом я выдаю уже не раз с блеском спасавший меня ответ:

— Я — Жрун! Ближник Кровавого Прыгуна! Знаешь Кровавого Прыгуна?

«Не знаю такого, — озадаченно шипит слепун. — Это наши просторы. Ты здесь лишний, Жрун! Уходи!»

— Конечно уйду. Но у меня к тебе, Вскрыватель, имеется выгодное предложение.

«Откуда ты знаешь мое имя?»

— Кровавый Прыгун сказал. Ты его не знаешь, но он тебя знает. И если со мной что-то по твоей вине случится, сам понимаешь, найдется кому за меня отомстить.

«Угрожаешь?»

— Просто информирую, во избежание недоразумений… Так как на счет предложения?

«Говори.»

— Я сопровождаю корм Кровавого Прыгуна. Дело срочное. Из-за срочности вынужден был без спросу заскочить в ваши просторы. Выдели мне охрану из своей мелочи. И, за это, я поделюсь с тобой частью корма.

«А почему сейчас ты, Жрун, без надежной охраны?»

— Была охрана. Мы угодили в засаду врагов, попытавшихся отбить корм. Уцелел я один… Вскрыватель, ты принимаешь мое предложение?

«Ну ты наглец, — в шипении твари слышу насмешливые нотки. — Твой корм уже мой. Зачем соглашаться на часть, когда можно забрать все?»

— Я не отдам корм! Тебе придется меня убить!

Но вместо ожидаемого вызова на поединок, слепун вдруг подло плюет мне в лицо ядовитой нитью. Из-за короткой дистанции промахнуться невозможно. Тварь попадает точно в мой единственный глаз.

От страшной боли в глазнице я теряю контроль, падаю на пол, и кончаюсь в мучительной агонии.

Из-за наступившей слепоты, в этот раз я не вижу короткого уведомления. И погружаюсь в беспросветную черноту без мигающей перед глазами строки.

А через какое-то время чернота взрывается очередным флешбэком…

Я в лифте, отбиваюсь от ковыряющего снаружи потолок кабины лотерейщика, чиркаю тварь по ладони, и на ней появляется широкий надрез.

Раненая тварь начинает остервенело выдирать руку из узкой дыры, и дергает ее так, что о края дыры в потолке начинает до крови сминаться крепчайшая чешуя.

Пока тварь выдирает руку, я успеваю еще трижды рубануть по мягкой ладони. Последний раз самый удачный — удается отчекрыжить толстый, как сосиска, мизинец лотерейщика. Брызнувший после ампутации фонтан крови окатывает меня с ног до головы.

Выдернув-таки покалеченную руку, наученная горьким опытом тварь не спешит совать в узкую пробоину здоровую пятерню.

Злобно урча, тварь начинает расширять пролом в крыше.

Увы, помешать ей изнутри кабины я никак не могу. Приходится, сцепив зубы, ждать, когда урчащий хозяин положения созреет до повторной атаки.

Мучительное ожидание затягивается минут на десять, показавшиеся мне целой вечностью.

Тварь основательно расширяет дыру в крыше. Теперь в нее совершенно свободно проходит вся рука целиком и даже остается место, чтобы, прижав к плечу голову, подглядывать одним глазом и направлять атаку когтистой пятерни.

Длиннющая рука лотерейщика легко дотягивается до середины кабины. Чтобы не угодить под жестокий замес когтей, рвущих сталь, как картон, мне приходится в буквальном смысле сложиться на полу гармошкой и кое-как отмахиваться из неудобного положения Шпорой, пытаясь рассечь уязвимую ладонь.