"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 739

Всадники остановились и зажгли над собой свет. Я узнал их, но сделал то же самое. После короткого разговора герцог Маерхант один направился в нашу сторону. Его спутники остались на месте.

– Стойте здесь, – сказал я и поехал навстречу герцогу.

– Доброй ночи, сударь Маэл Лебовский.

– Я бы так не сказал, сударь Галл Маерхант. Уж какой-какой, а доброй эту ночь точно не назовут.

– Не буду спорить. Это то, о чем я думаю?

Он посмотрел на кунакские корабли в море.

– Откуда мне знать, о чем вы думаете, сударь? Но это кунакские корабли, которые обстреливают Райхен. И я вот думаю: а с чего бы им это делать? Не потому ли, что кое-кто в Кунаке решил, что Райхенская империя погрязла в революции и теперь беззащитна?

Герцог и бровью не повел.

– Сударь Маэл, признаться, я удивлен. Никто не ожидал, что вы введете войска в город. Этого можно было ожидать от Аврелия, но от вас? Вы всем нам смешали карты, но завтра…

– А завтра у нас на первых страницах всех газет будет вот эта новость. – Я показал рукой на корабли врага. – А про мою скромную персону забудут.

– Сударь Маэл, в сложившихся обстоятельствах я предлагаю перемирие.

– На каких условиях?

– Вы не трогаете Сенат и Ассамблею дворян, а мы не будем вам мешать в первоочередных реформах и подготовке к войне. Вы знаете, что не мы стоим за бунтом. Дворяне в Райхене сами от него пострадали, и, признаться честно, мы благодарны вам и командующему гарнизоном Харальду Эриксону за наведение порядка. Я, Галл Маерхант, никогда в жизни не посмел бы поставить безопасность империи под удар.

– Союз промышленников должен быть наказан.

– Безусловно. Дворянская гвардия готова оказать вам посильную поддержку.

– Спасибо, не надо. Вы готовы отказаться от своих амбиций и безоговорочно признать власть Аврелия?

Герцог замялся перед ответом.

– Я готов вернуть нашу борьбу в Сенат, на уровень политических дебатов и газетных перебранок. Я не больше вашего хочу видеть кровь на улицах столицы.

– Все как раз думают, что я очень хочу залить улицы кровью, – криво усмехнулся я. – Я согласен на ваши условия. Но ответьте мне на два вопроса.

– Слушаю.

– Что вы знаете о сотрудничестве республиканцев с Кунакским патриархатом? И что вы знаете о сотрудничестве республиканцев с неизвестными Совету магов магами и волшебниками?

– Ничего, – совершенно спокойно ответил Галл Маерхант. – Ни с кем, кроме клана Астреяров и Рэндала Баха, я и мои союзники дела не имели. Ни я, ни кто-либо из моей семьи или друзей и союзников по партии республиканцев не имел никаких дел с кем-либо из Кунакского патриархата. А если кто-то из моих родственников, друзей или союзников сотрудничал с Кунакским патриархатом, то мне об этом ничего не известно. Клянусь вам в этом честью дома Маерхантов и своей честью.

Я молча кивнул, принимая его ответ.

– У меня к вам встречный вопрос. Имеет ли отношение Тайная канцелярия или вы к исчезновению нескольких молодых дворянок и горожанок из числа богатых семей Райхена?

– Нет, но я знаю, кто за этим стоит.

– И кто?

– А это отдельный разговор. Сейчас мне нужно связаться со штабом, узнать ситуацию и приказать войскам отойти от Ассамблеи.

– Хорошо. Если вы не возражаете, Сенат пока будет под нашим контролем.

– Не возражаю.

Мы пожали друг другу руки в знак заключения соглашения и разъехались в разные стороны.

Артиллерийская дуэль между береговыми батареями и кунакским флотом продолжалась. Из-за темноты невозможно было понять, кто побеждает, а кто проигрывает. Но, похоже, это был просто рейд, возможно, для отвлечения внимания, а основной удар нанесен в другое место. И вот это уже страшно. Страна не готова к войне, и война может стать для нее последней.

Связаться со штабом оказалось далеко не так просто, как я думал. Связи просто не было. Не работали ни обычные телефонные линии, ни спешно протянутые связистами. Пришлось срочно искать волшебника, а пока обходиться гонцами. И первый же гонец принес не самые лучшие вести.

– В городе диверсанты! Они перерезали телефонную и телеграфную связь! Штаб не может связаться ни с одной частью!

– Ясно. Что еще?

– В порту после обстрела есть раненые и убитые, загорелось несколько складов и разрушено здание администрации порта. С береговыми батареями нет связи. Генерал Харальд Эриксон отправил гонцов и приказал резервам выдвинуться к побережью и занять позиции.

– Хорошо. Передай генералу мой приказ: пусть задействует таможенную службу и прочешет окрестности.

Гонец кивнул и поскакал обратно к штабу.

– Харальд опасается десанта? В такую погоду никто не рискнет его высаживать. Как минимум до утра у нас время есть, – сказал Тирион.

– А что бы ты сделал на месте врага?

– Я бы постарался взять порт и высадить войска там.

– То-то промышленники так хотели завладеть железной дорогой и портом, – задумчиво произнес я. – Сделай они это – город достался бы кунакцам на блюдечке.

Штурм позиций Союза промышленников уже начался. Наемники открыли шквальный огонь из пулеметов и современных скорострельных винтовок. Солдаты отступили, не выдержав столь плотного огня противника.

Наемники промышленников были хорошо вооружены, а наши солдаты не отличались высокой подготовкой. Это были гарнизонные части, а не полевые.

Кроме этого, противник довольно грамотно организовал оборону, заняв все дома в радиусе пятисот метров от здания Союза промышленников. Это была многоуровневая эшелонированная система с пулеметными гнездами, позициями снайперов, перекрывающими друг друга секторами обстрелов, осаждать такие позиции можно неделями, так мне Джон кратко объяснил ситуацию.

– Я понял. Нам нужно захватить промышленников до утра.

– Нелегко придется.

– Пусть работают снайперы, вояки сейчас артиллерию развернут. Тирион! Сделай укрытия для орудий!

– Хорошо.

От первоначальной идеи обстрелять позиции наемников Союза промышленников с корабельной артиллерии пришлось отказаться. Сейчас все корабли разводили пары и вели перекидной огонь по кунакскому флоту. А батарею тяжелых орудий перебрасывали поближе к морю, чтобы и из них обстрелять корабли противника.

– Шеала! Поджигай крыши зданий.

Девушка побледнела, но кивнула. А я повесил над врагом несколько очень ярких светлячков. Они хорошо осветили наемников, и огонь наших солдат сразу стал гораздо эффективней.

Арья уже начертила вокруг себя фигуру и села в центре нее, крепко сжимая руками посох. В некромантии есть опасные боевые заклинания, а есть страшные. Убитые наемники начали подниматься, к ужасу своих еще живых товарищей. Зомби медлительны, тупы и неповоротливы. Справиться с ними очень просто, но суеверный ужас, который они внушали, выгонял людей из укрытий прямо под огонь солдат.

Офицеры навели порядок, и стрельба наших солдат стала чаще и лучше. Артиллерия методично разрушала здания и укрепления противника. Шеала поджигала здания. И вскоре отнюдь не рвавшиеся умереть наемники начали отступать.

Но мне этого было мало.

– Лартанал! Азфарил! Прогуляйтесь по их тылам, – приказал я, а потом скомандовал всем: – В атаку! Вперед!

Тирион остался рядом с Арьей, а Шеале я приказал идти за мной. Ученице было страшно, она не отходила от меня ни на шаг и все время норовила спрятаться за моей спиной.

Ни о каких рукопашных схватках уже речи не было. Шпаги и сабли, похоже, уходили в историю вслед за мечами и топорами. Теперь на поле боя безраздельно царили магия, гранаты и огнестрельное оружие.

Через полчаса, оставив за собой десятки убитых солдат, полуразрушенные и горящие здания, мы прижали наемников к их штабу – зданию Союза промышленников. Я приказал остановиться, чтобы дать солдатам передохнуть и измотать нервы противнику снайперским и пулеметным огнем. Арья и Тирион догнали нас.

Связисты наконец восстановили связь, и я смог связаться со штабом.