Будоражащий (ЛП) - Виктория Джулиана - Страница 63

Улыбка Але расширяется, и его рука скользит в мои волосы, захватывая их корни, когда он наклоняет мою голову, чтобы мои губы встретились с его губами в мучительно медленном поцелуе. Он так тщательно исследует каждый миллиметр моих губ, прежде чем наконец просунуть язык внутрь, дразня и пробуя меня на вкус, как будто это может быть последний раз в его жизни. Как будто он запоминает мой рот. Его мятный вкус сладок на моем языке, заставляя меня покалывать по всему телу, а когда он углубляет поцелуй, возбуждение проникает прямо в мое сердце.

Мы слышим щелчки камер, когда отстраняемся, но меня это не волнует. Пусть хоть раз они сообщат о чем-то позитивном; кроме того, ничто и никогда больше не встанет на пути между мной и этим мужчиной.

Але стонет, прижимаясь поцелуем к моему лбу. Он шепчет, прижимаясь губами к моему уху: — Мне нужно отвезти тебя домой, чтобы мы могли наверстать упущенное время.

Еще один удар электричества пронзает меня, и я почти задыхаюсь от этой мысли. Не только мое сердце скучало по нему.

***

Напряжение официально спало, когда прибыли остальные игроки "Philly Scarlets", которые выгуливали собак и позировали для фотографий по всему приюту. К концу дня весь приют был очищен. Почти все желающие усыновляют собак или кошек, хотя некоторые из них остаются в приюте на выходные, чтобы у их новых хозяев было время подготовить свой дом к приему нового пополнения.

Как оказалось, Джанни влюбился в помесь золотистого ретривера, которую он назвал Пиклз. Завтра он забирает ее домой.

Але и Танк не отходят от меня ни на шаг — рука Але постоянно обнимает меня за талию, пока я разговариваю с Глорией, благодаря ее за все, что она сделала.

— Ты для меня как дочь, Кэт.

Ее слова заполняют пустое место в глубине моего сердца.

— Я сделаю для тебя все, что угодно, — говорит она мне, и ее глаза искрятся нежностью.

Я обнимаю Глорию в последний раз, прежде чем Але уводит нас с Танком, чтобы попрощаться со всеми и отправиться домой.

***

Рука Але крепко сжимала мое бедро всю дорогу до нашего здания, а перед тем как подняться наверх, мы отправились с Танком на прогулку, наслаждаясь тем, что впервые за несколько недель оказались на улице, только мы, без посторонних глаз.

Мы поднимаемся на лифте, причем рука Але остается на какой-то части моего тела, словно он боится, что если он потеряет физическую связь, то я исчезну.

Мы решаем поехать к нему домой, так как недавно к нему приходила клининговая компания. Тем временем моя квартира выглядит так, будто по ней пронесся торнадо.

Когда мы заходим внутрь, Танк ложится на свою кровать в гостиной, и Але впервые отпускает меня, отойдя на несколько шагов, чтобы приготовить Танку ужин и оставить его, чтобы он поел, когда будет готов.

Але берет меня за руку и ведет в свою комнату. Он останавливается, как только закрывает дверь, его глаза блуждают по моему телу, вызывая мурашки по позвоночнику.

Энергия в комнате изменилась, она внезапно зарядилась электричеством, и меня охватила потребность.

— Подними руки, gattina.

Я делаю то, что мне велено, и его большие теплые руки опускаются к моей талии, задирают подол свитера вверх и через голову, а затем бросают его на пол.

Я опускаю руки, и он расстегивает бюстгальтер, позволяя моей груди упасть. Он расстегивает пуговицы на моих джинсах, спуская их с моих ног и утягивая за собой трусики. Когда он заканчивает, я оказываюсь голой, полностью в его власти, и с меня капает вода.

— Ложись на кровать, а голову свеси для меня.

Волнение захлестывает меня. Я понятия не имею, что он задумал.

Он раздевается догола, выставляя напоказ свое невероятное тело, и поглаживает рукой свой тяжелый член; подойдя ко мне, он протягивает противоположную руку, запуская пальцы в мои волосы.

— Я собираюсь трахнуть твою милую глотку. Считай это наказанием за те недели молчания, которые мне пришлось вытерпеть от тебя.

В его глазах мелькает озорство. Я знаю, что на самом деле он не злится на меня, но от этой игры у меня все равно запылала кожа и заколотилось сердце.

Я киваю ему, и он наклоняет налитую головку своего члена к моему рту, смачивая своей спермой мою нижнюю губу. Я слизываю солоноватый запах и издаю хныканье. До сих пор я не понимала, как сильно мне этого не хватает.

Он погружается в мой рот, прижимаясь к задней стенке моего горла, полностью контролируя темп. А я просто наслаждаюсь происходящим.

Моя челюсть почти отвисла, а зрение помутнело, так как глаза наполнились слезами. Он полностью вынимает член, позволяя мне сделать глубокий задыхающийся вдох, прежде чем снова погрузиться в него. Я настолько мокрая, что вновь устраиваюсь на кровати, опираясь на левое предплечье, а правой рукой пробираюсь вниз по телу, нащупывая клитор.

Рука Алессандро выныривает, пальцы обхватывают мое запястье, и он усмехается, качая головой.

— Ни за что, gattina. Ты не будешь себя трогать. Твоя киска сегодня в полном моем распоряжении.

Я издаю слабый стон, мое ядро сжимается.

Он снова берет меня за волосы.

— Ты так хорошо выглядишь с моим членом в горле, такая хорошая блядь, gattina.

Он продолжает вбиваться в мой рот с такой силой, что кровать сотрясается. Его тело замирает, становясь твердым, и я чувствую, как он пульсирует на моем языке. Он испускает долгий, низкий стон, когда горячая, соленая сперма стекает мне в горло, и я высасываю ее дочиста.

Он выпрямляется.

— Встань на руки и колени в конце кровати.

Я поднимаюсь со своего места и ползу вдоль края кровати, располагаясь в позе столешницы с поднятой вверх задницей на краю кровати.

Але опускается на пол позади меня, и я чувствую себя такой уязвимой. Вся я открыта для его взора.

— Боже, ты чертовски великолепна, — говорит он мне, и я отбрасываю свою нервную энергию в сторону, позволяя себе в полной мере ощутить каждую унцию удовольствия, которое придет ко мне сегодня вечером.

Этот мужчина такой запутанный. Он такой невероятно милый, но в то же время он берет все под контроль и владеет моим телом, используя грязные слова и действия, от которых я разрываюсь на части.

Он шлепает меня по заднице, смесь боли и удовольствия проникает в самое сердце, и с моих губ срывается очередной стон. Не успеваю я прийти в себя, как его язык проникает в меня и вырывается наружу. Я чувствую, как его пальцы скользят по моим слизистым складочкам, раздвигая их, но пока не проникая внутрь. Одна рука остается на моей заднице, поддерживая меня, пока я качаюсь на его лице, не в силах усидеть на месте.

Он приникает ко мне своим горячим ртом, избегая давления там, где я больше всего в нем нуждаюсь. Его язык проникает внутрь меня, а пальцы работают над тем, чтобы держать меня раскрытой для него, прежде чем его рот переходит к моему клитору, посасывая и натягивая его, пока он заполняет меня тремя пальцами.

Я растянута до предела, но готова к тому, чтобы он заполнил меня так, как захочет.

Я стону ему в рот, и его одобрительные возгласы вибрируют во мне.

— Ты хочешь кончить? — спрашивает он, уже зная, что я хочу.

Мое тело пылает, недели без разрядки накопились, доводя меня до грани.

Его губы снова покидают меня.

— Я спросил, хочешь ли ты кончить, gattina?

Его голос хрипловат и наполнен желанием.

— Да!

Я кричу: — Пожалуйста, Але, позволь мне кончить.

Мои ноги как желе, едва держат меня на ногах, так как потребность проникает в меня.

Через несколько секунд его пальцы покидают меня, и он снова шлепает меня по заднице, вызывая крик. Я чувствую, как его большой палец скользит по моей щелочке, его рот быстро возвращается, уговаривая меня раскрыться, когда он прижимает подушечку большого пальца к моей тугой, сжатой плоти. Я резко вдыхаю, глаза расширяются от шока и возбуждения.

Он урчит: — Мой милый котенок любит, когда с его попкой играют, не так ли?